Замок де ла Кастри Том 1

Размер шрифта: - +

Вступление

Противоречивые чувства обуревали Габриэля всю дорогу до дома. Мысли о старшем единоутробном брате, казалось, готовы были свести его с ума быстрее, чем желание вновь уколоться. «Почему он поступил со мной подобным образом? За что?» Ведь в детстве они были так близки, всегда держались друг друга.

Габриэль перешел через мост, плотнее запахнувшись в старый кожаный плащ. Нет, он не замерз. Ему незнаком был холод, даже когда реки в Петербурге покрывались льдом, а температура опускалась ниже минус тридцати градусов. Просто в потайных карманах его плаща были спрятаны пакетики с героином, и Габриэлю вовсе не хотелось, чтобы сильный ветер, бивший ему в лицо, изъял эти пакеты, подобно бессердечным Служителям, ныне постоянно патрулирующим улицы после шести часов.

Это Мелуар де ла Кастри, старший брат, сделал его наркоманом. Долгое время братья были близки, пока однажды Габриэль не застал старшего насилующим Эвелин – их младшую сестру. Габриэль не мог дать объяснения тому, в кого превратился его брат. Он мог лишь догадываться, что проклятие Франсуа де ла Кастри, их деда, которого он никогда не видел, сыграло в этой печальной истории не последнюю роль.

Гнев Габриэля был обжигающим, а расправа – мгновенной. Однако Мелуар повторял свои выходки еще не раз до тех пор, пока их мать не отдала Габриэлю серебряный перстень с зеленым камнем. Перстень должен был передаваться по мужской линии от отца к старшему сыну или, как в их случае, от деда к старшему внуку, но Катрин окончательно разуверилась в Мелуаре. Она отдала перстень Габриэлю, тем самым неосознанно причинив ему еще больше страданий.

Шокированный поступком матери, Мелуар надолго исчез. Габриэль продолжал работать в модельном агентстве, благодаря своей неординарной внешности получая время от времени не самые плохие деньги. Деньги, которые день ото дня укрепляли надежды на то, что однажды их семья сможет распрощаться с тесной комнатой в борделе, где они жили.

Мелуар появился внезапно. Он вернулся к ним около двух недель назад, точно ураган, сносящий все на своем пути. Подкараулив Габриэля, когда тот возвращался с работы, он попытался убить его. Брат вколол ему несовместимую с жизнью дозу героина, но кровь де ла Кастри спасла Габриэлю жизнь. Получив однако свою первую дозу, он стал вечным рабом этого зовущего коварного порошка. Мелуар снова исчез, а сегодня Габриэля прогнали с работы. И без того нелегкая жизнь рушилась прямо на глазах.

Габриэль обогнул бордель, в красных окнах которого мелькали силуэты обнаженных женщин, и зашел внутрь с черного хода. Поднялся по узкой загаженной лестнице и свернул направо, затем еще раз. Вот и дверь, ведущая в комнату, в которой он родился подобно своему брату и сестре, прямо на этой самой кровати, где обычно спала мама, и которая в данный момент пустовала.

Кровать, стоявшая ближе к двери, сейчас была занята, на ней отдыхала его младшая сестра. Стоило Габриэлю скользнуть внутрь комнаты и хлопнуть дверью, как Эвелин проснулась и, сонно потянувшись, села, спустив ноги на пол.

– Ты сегодня рано, – произнесла она еще заплетающимся со сна языком. Рыжие мелкие кудри разлетелись по ее плечам и спине. Россыпь веснушек на носу резко выделялась при свете единственной горящей в их комнате лампы. – Что-то случилось?

– Да, – протянул Габриэль, наклоняясь и целуя сестру в щеку. – Можно сказать и так. Меня выгнали с работы.

Эвелин, однако, никак не отреагировала на заявление брата. Она знала, что к этому все шло. Она уже давно переросла ту маленькую глупую девчонку, которой была раньше, и научилась понимать, что к чему. Она была младше Габриэля на пять лет, недавно ей исполнилось двадцать два, и она знала о его наркотической зависимости. Ох, как она отговаривала его от повторной дозы! Эвелин прекрасно понимала, куда стали исчезать деньги, которые Габриэль раньше копил на съемную квартиру. То, о чем он сообщил ей сейчас, всегда было лишь вопросом времени.

Габриэль, не раздеваясь, рухнул на кровать.

– Разбуди меня, когда мама закончит обслуживать клиента, – пробормотал он, переворачиваясь на бок. Они никогда не говорили «трахаться», «заниматься сексом за деньги», «продавать свое тело» и так далее. «Обслуживать клиента» или просто «работать», будто слова могли как-то изменить суть той страшной и безнадежной профессии, которой приходилось заниматься их матери.

Эвелин посмотрела на наручные часы. Они едва держались на ее запястье при помощи полусгнившего кожаного ремешка. Какое-то время она молчала, понимая, что меньше всего на свете Габриэль сейчас хочет разговаривать с ней, но в итоге все-таки произнесла:

– Вообще-то она не выходила из своей комнаты уже около четырех часов. Она обслужила двоих. Мне кажется, я слышала, как они вышли, а потом я заснула…

– Может, к ней зашел кто-то еще?

Эвелин покачала головой.

– Понятия не имею, но ты же знаешь, как я сплю. Меня и громом не разбудишь. Что если она просто решила отдохнуть… там?

– Нет. Она никогда не остается там дольше, чем того требует ее работа.

Габриэль поднялся и осторожно подошел к двери в смежную комнату.

– Мам?

Габриэль громко постучал, ожидая, что Катрин тут же ответит на зов любимого сына и побежит открывать. Он уже успел представить ее уставшее, но все еще такое прекрасное лицо, запах дешевых духов, иссиня-черные волосы (такие же, как у него), волной накрывавшие ее спину…



Крис Мейерс

Отредактировано: 23.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: