заноза в сердце.

Глава 6

Глеб созвонился с авторитетом по имени Стёпа, кличка Капрал, договорился о встрече, не объяснив по телефону причины такой спешки.

- Привет, давненько мы с тобой не виделись - пожимая протянутую руку, проговорил Степан.

- Да, это точно. Извини, что от дел оторвал, но мне нужна твоя помощь.

- Всегда рад помочь, в особенности тебе. Я же твой должник, а долги рано или поздно надо платить. Что за проблема у тебя?

- Ты знаешь кто такой Чечен?

- Да. Скользкий тип. Хотя в бутылку не лезет, авторитетам палки в колёса не ставит, старается сохранять дистанцию, где надо. В остальном - крутится, как может, ему не мешают. Его настоящее имя Бетхан Авалиев. Чтоб ты понял, кто он такой на самом деле, расскажу одну историю. Другому бы не рассказал, тебе можно. Ты помнишь, как мы с тобой встретились? - Степан разлил по рюмкам водку, сам выпил сразу, наполнил вновь и поднял, - давай чокнемся за всё хорошее.

- Такое не забывается... Мы же тогда кишлак этот двое суток отбивали, сколько ребят полегло.... Да всё напрасно, и откуда им только подкрепление пришло, ума не приложу. И ведь никто про эту операцию до последней минуты не знал, пока мы до места не добрались.

- Эх, Глеб, и в командном составе крысы водились. На вашей кровушке они себе немалый капитал сколотили. Но, даже отступая, ты меня не бросил, километров двадцать на себе тащил. А кто я был для тебя? Даже не однополчанин, я же никогда в армии не служил. Грязный, заросший, зачуханый, я вообще на человека-то не походил, а ты меня пожалел.

Вспомнив тяжёлые времена, Степан вновь опрокинул рюмку, выпил, не морщась, закусил бутербродом с икрой.

- Кончай, Степан, какая разница, кем ты был, солдатом или гражданским лицом, я приказ выполнял и обязан был со своим взводом вызволить заложников, вот и всё.

- Но согласись, вас тогда здорово обманули, военных в плену не было, вообще никого, кроме меня. Я полгода в сарае прожил один, правда, в компании с овцами, - кулаки его сжались, и на скулах нервно заиграли желваки. - Ты никогда не задавал мне вопросов, как я в плен угодил. Хочешь, расскажу? - невесело ухмыльнулся Степан, - ты не торопишься?

- Нет. Я по природе не из любопытных, ты не говорил, а я к тебе в душу не лез. Это твоё право, но раз решил, значит, время пришло узнать и мне твою правду.

- Мне поручили наладить канал по поставке оружия в Чечню, на половине пути между Москвой и Грозным меня ждал посредник. На нейтральной территории я должен был передать задаток за оружие, миллион зеленью. Кто посредник - тебе без разницы, но скажу - шишка в армии не маленькая. Так вот, в купе ко мне подсел чеченец, лет тридцати парень. Я без сопровождения был, чтоб не привлекать к себе излишнего внимания, кейс с деньгами в сумку дорожную запихнул и под сиденье положил. Веришь, даже в туалет боялся сходить.... Чеченцу представился как журналист. Проводнику на лапу дали, чтобы он к нам больше никого не подсаживал, а мы в картишки перекидывались, время коротали. Помню только, как стакан кофе выпил с утречка, а потом провал. Очнулся я в горах, в кишлаке, откуда ты меня и вытащил. Как туда попал, чёрт его знает, не помню ничего. Кто меня привёз, как доставляли, каким транспортом - глухо в мозгах, будто память стёрли на тот промежуток времени. Зачем меня там держали, я так и не смог понять. Когда пытался узнать, эти твари только в лицо мне гоготали.

- Так из-за выкупа, это же ежу понятно.

- Если бы! Никто за меня ничего не просил. Когда до Москвы добрался - опять же тебе спасибо, деньгами помог - вычислил я того мерзавца, который меня сдал: на моё место метил! Только три человека знали, что я бабки везу. Я тогда по-крупному облажался, еле выкрутился. Когда своего попутчика увидел, думал придушу гада, не дали. Он тогда уже нужным человеком стал, практически весь канал перевозок на нём держался.

Бетхан Авалиев снял шапку с бритой головы, прижав к груди, приготовился слушать, проникнутый глубоким почтением к тем, кто его призвал. Одет он был в тёмно-серый костюм, обут в туфли фирмы "Salamander", и выглядел, как казалось ему, не хуже всех присутствовавших.

Его не уговаривали, не обхаживали, как невесту, но дали ясно понять, что если что-то пойдёт не так, головы ему не сносить, говорили о его подвигах, вскользь упомянув об исчезновении Степана Разгуляева и пропавшем кейсе.

Догадался из разговора, что его хотят сделать большим человеком, и в то же время козлом отпущения, если провалит дело. Скуластое лицо дёрнулось, как от тика, а маленькие усики дрогнули над тонкими капризными губами, растянутыми в нехорошей улыбке. Глаза его сверкали торжеством, на чисто выбритых щеках горели красные пятна. Его спросили, с кем знаком, какие шансы и гарантии он может предоставить на бесперебойные поставки оружия по его каналам.

Говорил Авалиев всё быстрее, загораясь от собственных слов, то и дело поворачивался сторону Кирилла Абрамовича Гусейнова, понимая, что только от кивка его головы зависит окончательное решение. По частым кивкам он понял, что смог убедить не только его, но и всех остальных.

Когда Бетхан покинул ресторан, где проходила встреча, он не смог сдержать выражения явного торжества на лице.

- Наконец-то мои заслуги будут оценены, а в дальнейшем, если всё пойдёт так, как я наметил, моё положение укрепится ещё больше, они и шагу без меня ступить не смогут. Работа, конечно, опасная, потребуется максимум усилий, но она того стоит. Главное - осторожность и еще раз осторожность, чтоб сохранить свою жизнь и когда-нибудь вернуться жить на Родину, в свой родной Гудермес. Чтобы там, дома, наслаждаться тем, что сумею выбить из русских, занять высокую должность, а может со временем и баллотироваться в президенты республики. Начальный капитал уже есть, миллион мне пригодится, - такие планы роились в голове Авалиева.

- Теперь ты понял кто такой этот Чечен?

- Да. Он, возможно, и считает себя крутым, но мне наплевать. Он посягнул на то, что принадлежит мне, а я своим делиться не намерен.