Записки на кухонном полотенце

Пролог. Ездовой динозавр, или страдания автора средних лет.

— Нюська, ну сколько можно бумагу марать? — однажды сказал мне муж, ежедневно наблюдающий, как я вожу ручкой по исчерканному листу, и сунул мне в руки старый, давно забытый мною нетбук с отломанной крышкой. Дети постарались, оторвав экран у дышащего на ладан компьютерного мастодонта. Я стряхнула с клавиатуры вековую пыль — ну, плохая я хозяйка, чего уж тут скрывать — и начала перепечатывать свои каракули.

— Ты это, на флэшку скидывай, — дал мне дельный совет супруг. — А то твоему старичку там уже прогулы ставят, — весело хохотнул он и поднял указующий перст куда-то в район потолка.
— Там, это где? — удивленно выпучила я глаза на веселящегося благоверного.

— Ну, фиг знает. В компьютерном раю, наверное, — сконфуженно хмыкнул муж. — Хотя, учитывая разврат, который ты пишешь, не удивлюсь, что компьютерные демоны тоже потирают ручки в ожидании, — весело заржал любимый и шустро смылся на работу.

Первую попытку сменить «работающего инвалида» я предприняла спустя три месяца после знаменательного разговора. Едва услышав сие желание, мой старший сынулька оживился.

— Ты, мать, в компьютерах не рубишь все равно. Я тебе помогу.

Распотрошив заначку трясущимися руками — живем мы небогато — я доверилась любимому сыну и с чистой совестью ушла пилить ногти клиентам. Нести, так сказать, красоту в этот бренный серый мир. Вернувшись вечером уставшая и злая, как толпа дворовых собак, я застала картину достойную пера великого художника. Сыновья сидели у новенького — муха не успела покакать — стационарного компьютера и с ожесточением, достойным яростных берсерков, резались в КС.

— А, как же я? — с трудом выдавила горький вопрос измученная мать, то есть я.

— У тебя есть, — махнул рукой старший в сторону «инвалида».

— Между прочим, я жила без компьютерных игр, — вякнуло мое обиженное самолюбие, взывая к совести великовозрастного дитяти.

— Конечно, жила. У тебя же был ездовой динозавр, — заржал сынище, в пух и прах разбив мои надежды.

Вторая попытка случилась скоро. Приехав к нам в гости, подруга — страстная поклонница моих «виршей» — увидев компьютерного уродца, молча пошла и купила тоненький блестящий ноутбук.

— На вот. Подарок. Сердце кровью обливается, когда я вижу, как ты мучаешь убогого, — тихо сказала Катюшка, сунув мне в руки «мечту».

Два дня я летала. Кнопки клавиатуры пели под моими пальцами, словно клавиши рояля «Фациоли». Я даже не успела обратить внимание, что моя красавица-дочь вьется вокруг чуда американской промышленности, сделанного на заводе известного всем Стива Джобса. Яблоко на крышке светилось и манило, вызывая повышенное слюноотделение у подростка женского пола.

— Я только чуть-чуть попользуюсь, — лисой подкралась ко мне дщерь, едва подруга укатила в дождливый Питер. Больше я не слышала мелодии клавиш.
— Видно не судьба, — решила я и вернулась к обиженному, поникшему, но верному старичку. Мы дружим вот уже три года, и он ни разу не подвел меня. Единственное неудобство, что приходится ставить бутылку с вином позади мастодонта, что б крышка «не отпадала». Но это ведь ерунда, правда? Главное, что б ни спился)))

С чего все началось

— Слушай, а чего ты не напишешь цикл коротких рассказов про своих домочадцев? — спрашивает меня Катюшка, моя подруга, ажитированно хрустя печеньем.

— Думаешь, кому-то будет интересно? — дернув плечом, отвечаю я, не отрываясь от компьютера.

— Мне интересно, например. У вас тут вечно цирк с барабанами. Одна Падла чего стоит.

Падла — собака породы джек-рассел-терьер крутится тут же, выпрашивая калорийные бисквиты. Вообще-то, ее зовут Ника, но на Падлу она откликается даже лучше, чем на свое родное имя.

— Ладно, — соглашаюсь я, — но про тебя тоже напишу.

— А вот угрожать не нужно, — смеется Катя, тайком подкармливая собаку. Падла урчит от удовольствия и бьется в кулинарном экстазе у ног моей подруги. Что ж, так тому и быть.



Инга Максимовская

Отредактировано: 01.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться