Защитница

Глава 19

Рассказать Аметисте, что со мной произошло двадцать лет назад, было, скорее, спонтанным решением. Но я рад, что смог с ней поделиться этим. Единственный раз, когда я рассказывал о прошлом, был тогда же, когда все случилось - я рассказал Хранителю, который был изгнан.

Гессонит, именно так звали того Хранителя, принял меня и разрешил остаться с ним на время. Я ему помогал по дому, а он взамен учил.

Мужчина уже был очень стар, даже по меркам Метуса, ему было около пятиста, но бодр душой и телом. Для меня он стал больше, чем учителем, он был моим другом, единственным на тот момент.

Как и я, он не представлял с чего начать мое обучение, но Гессонит говорил, что я уникален, что, таких как я, с моими способностями всех Стражей, уже нет, их истребили. Но обучение – залог успеха.

Бывает, появляются в Метусе люди с такими же возможностями, но об этом прознают Старейшины, и, как часто такое бывает, с ними решают вопрос сразу же. В моем случае – просто повезло, меня просто изгнали, дав всего лишь один меч, и запасов на несколько дней. Видимо, решили, что Страхи меня поглотят раньше, чем я найду, куда смогу пристроиться.

Как говорил Гессонит:

- Вас бояться, вы сильны обычного Стража, и вот в чем ваша проблема. С моей памятью уже вряд ли вспомнишь, как называли твой дар, но до меня доходили слухи, что очень мало было таких как ты, а сейчас и раз в сто лет такого Стража не появится.

Что же тогда получается? Мир меняется? Или все-таки мы? Как получилось, что там, где я обосновался, появилась Аметиста с такими же способностями? Случайность, или судьба?

***

Добравшись до города, мы все уже были без сил. Сколько раз я проклинала то, что мы не поехали на автобусе? Но, как мне пояснили, парням дороги нет в наш мир, кроме совсем уж серьезных случаев, они все-таки Стражи Метуса. А если мы с Лизой отправились бы на автобусе, то не помогли бы парням с вещами, и могли бы вообще не пересечься при переходе в Метус.

Мы остановились недалеко от города, чтобы передохнуть и набраться сил, а к десяти вечера мы уже подходили к Пункту Защиты.

Перед нами располагалось двухэтажное здание, с потрескавшейся краской на стенах и облупившейся на лестнице. В некоторых местах окна были мутными, где-то чистые, но все были в форме арки, как и огромные тяжелые двери.

Постучав в закрытые двери, мы услышали гулкое эхо внутри здания.

- Мне что-то не по себе, - встрепенулась Лиза.

Адамин с Янтарем переглянулись, и решили открыть дверь своими силами, но как только они не пробовали, дверь не поддавалась.

- Все, я больше не могу, - сел на ступени Адамин. – Она что, под заклятием, что ли?

Мы все посмотрели на Лизу, та лишь качнула головой, показывая , что не знает, и подошла к двери.

Я знала, что подруга умная, но чтобы сразу определить, что надо сделать, проговорить на другом языке неизвестную мне фразу, и сделать руками пасы, чтобы дверь отворилась сама, я была не просто удивлена, а шокирована.

Но, видимо, только для меня было все так волшебно, потому что по виду парней было сразу ясно – они предполагали, что Лиза справится. Вот для чего ее и взяли. Ну вот, у Лизы теперь есть свой фан-клуб из Стражей.

В здании было темно, единственное освещение – фиолетовые вспышки и светлая ночь, свет которой лился сквозь помутневшие окна. Ступали мы тихо, боясь пропустить любого звука. Адамин шел впереди, за ним Лиза, если понадобиться ее помощь, следом я, а Янтарь ступал позади, защищая с тыла.

На первом этаже никого не оказалось, поэтому, найдя дорогу на второй этаж, мы стали поднимать по ступеням.

- Ну, не может же быть такого, что никого нет, - я боялась сказать громко.

- Может, Аметиста, - Янтарь шел почти вплотную ко мне. – После нападения на этот Пункт, от него не было никаких вестей.

- А почему не пришли на помощь? – логики я не понимала.

- Решили, что раз нет вестей, значит, и смысла нет помогать. Может здесь все умерли уже.

- А где тела тогда? – не унималась я.

- Страхи впитывают тебя целиком, не оставляя ничего.

Какая оказывает страшная смерть в Метусе. Твоя жизнь висит на волоске всегда, не известно, когда на тебя нападут, и сможешь ли ты защититься вовремя. Твое тело пропадет, и никто не узнает, где ты, ни кто не сможет тебя похоронить, оплакивать будет некого. Человек исчезнет раз и навсегда, ничего не оставив после себя.

- Подожди, так ей имя выбрали? – повернулся к нам Адамин.

- Оно временное, ее камня среди наших нет.

Адамин посмотрел на меня всего несколько секунд, оценивая, что я могу, и пошел дальше.

Если на первом этаже были комнаты, то второй больше считался огромным холлом. Света было много из-за огромных окон, и лишь колонны отбрасывали свои тени на пол. Только у дальних стен были видны двери.

- Ну что, разделимся. Адамин и Лиза пойдете к стене с одной дверью, а мы с Аметистой – в другую сторону. Там больше дверей и мы сможем все их обойти поодиночке.

На этом мы и разошлись. И, лишь отойдя, я спросила у Янтаря:

- Поодиночке? Ты настолько мне доверяешь?

- Да, Аметиста, доверяю, – парень с улыбкой на губах продолжил: - Ты уничтожила уже трех Страхов, теперь тебя не так просто запугать. А больше никого здесь не может быть.

Кивнув, я последовала к дальней двери.

Дверь отворилась легко, за ней была кладовка. На верхних полках стеллажа лежали огромные пожелтевшие свертки бумаги, коробки с каким-то хламом. На нижних же были тряпки, баночки с жидкостями, бутылки и свечи. На стене рядом с проходом прикручен крючок, который на этот момент пустовал.

Захлопнув дверь, я пошла к следующей комнате. Эта была оборудована под маленькую кухню. Сервант со стеклянными дверцами лилового цвета был заполнен разной посудой от кружек и до бокалов. Рядом была раковина, встроенная в темный кухонный гарнитур, дальше плитка маленькая, всего лишь на две конфорки, а в дальнем углу - холодильник. Здесь же стоял маленький столик.