Защитница

Глава 26

Сырое подвальное помещение до сих пор хранит в себе воспоминания о недавнем заточении девушки. Рыжая бестия, хоть и кажется на первый взгляд милой и безвредной, оказалась не простой, а полной загадок. Ее знания огромны, и во много превышают всех тех Заклинателей, каких я знал. Да, те были глупцами. Безмозглыми глупцами, но не она. Она еще до вступления к Межсторонникам уже тянулась к познаниям старинного, древнего, отчего ее обучение идет в ускоренном ритме.

Но Лиза не умнее меня. Она не сможет понять всю мощь знаний мира, утерянного от других людей. Сколько возможностей хранит познание Метуса. Влияние на разум человечества, изменение внутреннего страха и контролирование его, меняя, чему им опасаться, а к кому тянуться. Она бы делила со мной трон влияния, но ее принципы не позволят. Девушка будет сражаться за свободу.

Но и убивать Лизу нет смысла. Помочь она может и так, сама не понимая, что помогает мне совершать мой план. Не вспомнит девушка и того, что случилось в подвале. Да, может разум и будет играть с ней шутку, и добавлять во сны моменты забытого, но сопоставить их не сможет. Как можно вспомнить то, чего нет в памяти?

Глухой стук каблуков отражается от каменных стен подвала, сырых и потрескавшихся от времени. В этом подвале можно и заблудиться, если в первый раз попадешь. Да и в первые сто раз тоже заблудишься. Но я вырос здесь, и провел детство, бегая и развлекаясь в лабиринте подвала, пугая тех, кто забродил сюда. Меня это забавляло, хоть и иной раз я оставался ночевать на холодном каменном полу, теряясь и сам. И влетало от отца за баловство в небезопасном месте.

Только в старшем возрасте я стал понимать, зачем нужно это помещение, и кого сюда водят подручные отца. Один раз, подсмотрев за компанией, в которой было два человека из работающих на отца и третий, которого вели на что-то подобие казни, состоящей из порки хлыстом, я не спал несколько дней. Но отец разъяснил, что с человеком все будет в порядке, он поправится, но он провинился, и поэтому необходимо было его наказать, чтобы другие знали о последствиях.

Некоторое время я не понимал смысла всего этого, но средняя школа дала того, чего не досталось от родителей – унижения. В семье не было такого, просто отец ставил себя на первое место, но нас с матерью любил. А в школе же были те, кто хотел все и сразу, кто хотел быть страшным, кого необходимо было бояться. И я не смог стать таким человеком. Да, я приводил кого-то в подвал, рассказывал страшилки об избиении и убийства людей, но никто не верил, что в подвале происходят такие действия, поэтому и потешались над моей фантазией, а отомстить мне никто не давал.

А после и в семье произошли изменения: отец стал груб, а мать покончила с собой. С тех пор отец даже и не смотрит в мою сторону, видя в моем образе свою жену, с которой он был долгое время, которую он любил. Да, я его понимаю, но только отчасти. Прошло время, и он не стал так принимать меня, но его эгоцентризм перешел в предел, и теперь он бог для себя, для близких друзей и для рабочего круга. Я же остаюсь в зоне сынка, которого обеспечивает и продвигает отец.

Приближаясь к месту встречи, запах сырости улетучился, давая понять, что нахожусь в проветренной части подвала, уходящей в сторону города.

- Я надеюсь, все готово?

Пожилой мужчина вышел из-за поворота, приветствуя меня поклоном головы и проходя ближе к центру помещения. Свет от ламп, проведенных по всему периметру подвальных помещений, попал на лицо присутствующего человека. Глубокие морщины, глаза, которые за все время многое повидали, седые волосы, зачесанные назад.

- Да, сегодня же приступим.

Звонкий голос совсем не подходит в образ старичка, находящегося напротив. Но только этот старик и был зачинщиком всего того, что творится в Метусе сейчас.

- Ну что же, может, обсудим то, что произойдет в ближайшем времени?

***

Выйти сегодня на осмотр территории было лучшем решением, чем просто употреблять ледяной алкоголь в пустой комнате. Да, было выпито вчера всего пару стопок, но этого вполне хватило, чтобы я отключился, как только сразу приземлился в кровать. Спасибо за это Адамину. И кто сказал, что алкоголь помогает забыть? Сейчас я нахожусь в той ситуации, которую не пожелал бы даже врагу своему. Тяжелые мысли никуда не делись, а вдобавок к ним прибавилась тупая боль в голове, напоминающая мне о своей ошибке.

Проходя по знакомым улицам, мимо жилых домов, и улавливая низкие колебания, я знаю, что внутри находятся страхи, употребляющие минимум того, что им надо от человека. Именно поэтому, они не привлекают моего внимания.

Но в какой-то момент, мысли об Аметисте и моих родителей перекрывают рабочие. Когда произошла эта авария, девушки даже не было еще в мире, но меня уже что-то направляло на ее поиски. Сейчас я не злюсь, и не воспринимаю все так яро, как когда об этом рассказал Морион. Но что будет, когда я буду смотреть на нее?

И очнувшись от своих мыслей, я оказываюсь на том пути, каким я хожу к дому Аметисты. Меня тянет к ней неосмысленно, и я не хочу сопротивляться этому желанию. Лишь с ней я ощущаю себя тем, кто нужен кому-то, и я чувствую отдачу, взаимную. Но не знаю, как я себя поведу рядом с ней.

Подойдя к уже знакомому дому, я знаю, что буду делать. Нет, записки не отправлю, не хочу ее тревожить пока не пойму своих чувств, но необходимо ее увидеть, поэтому, начертив на стене знак, я захожу в оживший дом.