Заслуженное наказание

Глава 19.1

В обычный будний день доктор Рейчел Грейсон сидела бы в своем кабинете в психиатрической лечебнице и пила маленькими глоточками черный кофе со сливками и тремя ложками сахара. Она всегда пила кофе ровно в восемь часов вечера в компании посеребренной рамки с фотографией ее детей, когда за огромным старым окном с решетками было пасмурно и темно, а под потолком висела люстра, разгоняющая по углам тени.

Но сегодня компанию ей составила ее давняя школьная подруга Сара. Она сидела напротив с идеально ровной спиной и напряженным выражением лица. Даже не притронулась к своей чашке и не поддержала вежливые расспросы Рейчел о работе.

— Послушай, — наконец сдалась та, — я не могу рассказать тебе, о чем мы говорим с твоей дочерью, но могу дать один совет.

Сара молча кивнула, сглотнув.

— Прекрати давить на Скай, иначе ее состояние усугубится. Дай ей время.

Женщина со вздохом скрестила руки и отвернулась, посмотрев в дальний угол между кушеткой и книжным шкафом. Ее взгляд стал упрямым, губы на мгновение болезненно сжались в белую полоску.

— Я не знаю. Я не могу. Это переходит все границы. — Она говорила отрывисто, при этом избегая смотреть на доктора Грейсон. Она разрывалась от чувств, ей одновременно хотелось согласиться с подругой (и, что важнее, доктором), и возразить. — Скай ведет себя так, будто ничего не произошло, чтобы мы с Джеком не переживали. Но по ночам она плачет. Рейчел, — она взглянула на женщину с болью во взгляде, — что мне делать?

Доктор Грейсон протянула свою руку через стол, и мама Скай дала ей свою. Голос доктора Грейсон был одновременно и сочувствующим, и строгим:

— Мы с тобой знакомы всю жизнь, Сара. Ты всегда была образцовой матерью, женщиной, на которую мужчина может опереться в трудный для него момент, женщиной, которой доверяют дети. — Ее голос стал приглушенным, сливаясь с зарождающейся за окном осенней ночью. — Ты должна быть благодарной, что дочь так ценит и любит тебя, что не хочет расстраивать.

— Но...

— И должна ответить на вопрос, — с нажимом продолжила Рейчел, сжав пальцы Сары. — Должна ответить для себя на вопрос, почему Скай не хочет рассказать тебе о том, что у нее на душе.

Сара вновь выпрямилась и осторожно отстранилась от Рейчел. Доктор Грейсон поднялась с кресла и налила себе дополнительную чашку кофе.

― Ты ведь знаешь, что Скай... была мертва?.. ― Даже не взглянув на рыжеволосую женщину в поисках подтверждения, Сара продолжила сухим, бесстрастным тоном: ― В ту секунду я подумала кое о чем. Подумала о том, что со мной случится, если моя девочка не придет в себя. Я сидела в коридоре, слушала, как плачет Джек, и думала, думала о том, что со мной будет, если она не очнется. ― Сара сделала глоток остывшего напитка, чтобы перевести дыхание. Ее глаза покраснели, но голос не дрожал. ― Это было эгоистично, но в тот момент я думала лишь о том, что уйду вместе с ней. Оставлю Джека, мальчиков...

Рейчел Грейсон нахмурилась, сведя брови. Она смотрела на подругу сверху вниз, встревоженно втянув щеки и сжав губы.

― Это состояние все еще не оставило меня, и я думаю, что Скай это чувствует.

Доктор Грейсон медленно вернулась за стол и осторожно произнесла:

― Скай говорила, что ты несколько недель не давала ей пользоваться машиной.

― Я очень... ― Сара поднесла дрожащую руку с чашкой ко рту, но опустила. ― Я очень боюсь. Каждую ночь, уже целый год, мне снятся кошмары. Снится, что она стоит посреди глубокого озера, и вода в нем черная и гнилая, и Скай тянет ко мне свои руки, но я не могу ее вытащить. Я пытаюсь дотянуться до нее, пытаюсь схватить пальцами, но рука... ― Сара опустила взгляд на свою ладонь. ― Моя рука просто скользит по ее коже, а затем я ее теряю.

― Сара, мы люди, и с нами может случиться что-нибудь ужасное в любой момент. Никто не в состоянии защитить нас.

Сара заплакала, не выдержав.

― Я знаю, но... ― Ее грудная клетка мелко подрагивала, взгляд опустился в колени, затянутые в черные классические брюки.

― Скай смелая девочка. И ты должна быть терпеливой и внимательной к ней. Всегда быть рядом. Понимаю, это кажется сложным, но твоя дочь сама должна довериться тебе. И как только она откроется, все вновь станет как прежде.

― Так ты думаешь... ты думаешь, я не должна обращать на происходящее внимания? Уже неделя прошла после того, как Том...

― Дай ей немного времени. Будь ее мамой. Она вернется. Немного времени всегда помогает прийти в себя... ― голос Рейчел затих, и она взглянула в окно на темно-синее небо, на котором с каждой секундой загоралось все больше звезд. ― Возможно, уже завтра ты увидишь, как она выйдет из комнаты и отправится по магазинам.

― Моя Скай ― и по магазинам?

Рейчел улыбнулась, вызывав слабую улыбку у собеседницы.

― Ну... возможно, она изменится не так кардинально.

***

Не совсем уверена в этом, но кажется, сегодня первое декабря. Я слышала, как отец, идя по коридору мимо моей спальни, обратился к кому-то по мобильнику:

— Не могу. Сегодня первое, я уже должен быть в тюрьме. Да, на встрече с клиентом. Не будет два дня. — Затем шаги прекратились у моей двери, и я услышала, как папа громко произнес: — Доброе утро, моя девочка!

И продолжил путь к лестнице, ведущей на первый этаж.

Интересно, как он догадался, что я не сплю? А может и не догадывался, а лишь притворился, что знает, и остановился у моей комнаты, надеясь, что я все слышу.

Но вместо слов отца я слышала хрипловатый, равнодушный голос Тома Гордона: «Мой отец не такой, как у тебя. Не заботливый папочка, который поет на ночь колыбельную. Мой отец вместо колыбельных приносил каждую ночь порцию боли и мучений. Приходилось засыпать под плач брата и крики матери. Я ненавидел эти звуки».



В.Филдс

Отредактировано: 20.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться