Заслуженное наказание

Глава 3.1

― Ты просто бесподобен, ― покачала я головой, после того как несколько секунд пребывала в полнейшем шоке, выглядя, наверное, глупо, в то время как Кэри Хейл ничуть не смутился, терпеливо ожидая моей реакции. 

Затем, поколебавшись несколько секунд (будто бы подсознательно ожидая какого-нибудь вразумительного объяснения), я развернулась и на ватных ногах вышла в коридор, где в прохладном коридоре столкнулась с Дженни.

Ее карие глаза смотрели на меня проникновенно, что значило, что Джессика уже излила ей душу и порыдала на плече.

― Ну, что он сказал? ― спросила она с присущим только ей алчным любопытством, вцепившись в лямку моего рюкзака. Я предложила ей отойти на безопасное расстояние от кабинета Кэри Хейла, и, когда мы направились в сторону наших шкафчиков, ответила:

― Он ничего не сказал. ― Прозвенел звонок. ― Он не сказал ничего такого, что стоило бы внимания. И я думаю, что это с ним что-то не так, а не со мной.

…

Когда спустя час мы вышли из учебного класса по математике, Дженни вновь принялась ныть, уговаривая рассказать о чем мы разговаривали с Кэри Хейлом. Из-за того что ее парень (мой старший брат) учится в колледже, ей не жизненно не хватает драмы и она пытается раздуть трагедию на пустом месте.

― Я же все объяснила, Джен, мне не нужно никаких лекарств, мистер Хейл лишь хотел выяснить, в чем корень конфликтов с Шайлой. И не сверли меня взглядом, я говорю правду, ― добавила я, потому что Дженни яростно нахмурилась.

― Вы ведь не поругались?

― Нет. ― Он лишь сказал, что я ему нравлюсь, только и всего. К сожалению, я не могла полностью раскрыться своей лучшей подруге, потому что она разовьет вокруг нас с Кэри Хейлом бурную деятельность и это плохо скажется на моем здоровье.

― Знаешь, Скай, моя любимая подруга, ― начала Дженни саркастичным тоном и покрутила в воздухе у моего носа указательным пальцем с ярко-зеленым ногтем, будто пыталась нажать на невидимую кнопку. Я отмахнулась. ― С твоим невинным лицом я тебе не верю. Да, да, невинным лицом.

― У тебя тоже невинное лицо.

― И, тем не менее, я не притворяюсь ангелочком как ты, ― обвинила она, на что я хохотнула.

Я не притворяюсь ангелочком.

Мы остановились на первом этаже у моего шкафчика, и вдруг что-то случилось. Кто-то дернул меня за шарф, намотанный вокруг шеи, развернул на девяносто градусов и припечатал спиной к металлическим дверцам. От испуга я зажмурилась, но тут же распахнула глаза. Сердце унеслось вскачь, когда я увидела, кто стоит передо мной.

Том Гордон. 

Дженни вскрикнула, подлетев к нам и вцепившись в его руки, но у нее не было шансов против бицепсов Тома. Я проморгалась, но он не исчез, потому что не был миражом.

― Какого черта?! ― взбешенно спросила я. Страх отступил, и я взбрыкнулась и толкнула Тома в грудь. ― Отпусти меня немедленно! 

Я не хотела смотреть в его лицо, в лицо, тесно связанное с моим счастливым беззаботным детством, когда Том, я и Дженни были лучшими друзьями. До восьмого класса мы вместе ходили в кино, участвовали в школьных постановках и олимпиадах, смотрели ужасы в комнате Джен, прячась под ее одеялом с аппликацией головы единорога, собирались поступать в один колледж. А когда мы перешли в девятый класс все закончилось, потому что Том начал встречаться с моей двоюродной сестрой, похожей на пятнадцатилетнюю Мэган Фокс. Том изменился. Или мы с Дженни изменилось.

― Отпусти меня, ― прорычала я, перестав бороться и выпрямившись во весь рост. Том тоже выпрямился, сократив между нами расстояние. Почувствовав, как его толстовка черного цвета коснулась моего живота, я затаила дыхание. Я приказала: ― Отпусти. Меня.

 «Или что?», ― спросил его темный взгляд. Опасный взгляд.

«Что с тобой случилось?», ― хотелось спросить мне в ответ, но я не успела, потому что он вдруг поинтересовался:

― Ну и, Скай, что тебя связывает с нашим новым красавчиком-медбратом?

Я опешила, потому что вопрос Тома выбил меня из колеи. При чем здесь Кэри Хейл? Том набросился на меня из-за этого парня? Что их связывает?

Вокруг нас уже столпились студенты и, если бы мои родители не были адвокатами, а дядя не работал в полиции, на нас с Томом направились бы камеры мобильных телефонов. Не обращая на общую суматоху внимания, он опустил руки по обеим сторонам от моей головы и склонился так низко, что наши лбы почти соприкоснулись. Я вновь набрала полные легкие воздуха, чтобы не вдыхать запах своего бывшего лучшего друга ― запах сигарет, мятной жвачки и геля для душа.

― Почему он говорит, что ты его девушка?

― Че-че-чего?.. – мой взгляд метался по знакомому и одновременно незнакомому лицу в поисках подсказки что он шутит. Раньше Том мне нравился. Он был самым добрым из всех, кого я знала, и был самым красивым мальчиком. Он был настолько красивым, насколько это возможно в четырнадцать лет. Его темно-каштановые волосы были жесткими на вид, большие голубые глаза заглядывали в самую душу. Он был добрым, заботливым и даже самоотверженным. А потом вдруг изменился. Голос стал хриплым, лицо обрело болезненно-бледный цвет, глаза потускнели. И он больше не мой друг.