Заслуженное наказание

Глава 11.4

***

Особняк Хардманов вырисовывался на фоне неба жуткого цвета стали настоящим раскуроченным монстром. Строительные работы были в самом разгаре, рабочие намеревались закрыть план до Рождества и теперь трудились с утра до ночи (за непомерную плату, конечно).

Во время пути я попыталась выкинуть из головы Серену и все ее слова, но сейчас, топая по промерзшей земле по направлению к особняку, я увидела пряничный домик Кэри Хейла, затаившийся среди деревьев, и мигом обо всем вспомнила. Даже фарфоровое лицо Серены с рыжими локонами вольно спадающие к бедру предстало перед глазами как реальное. Она сказала, что я заслужила все это. Будто бы я маньяк-убийца!

И во-вторых, почему Серена и Томас произносили одни и те же слова? Разве они могут быть как-то связаны? Но ведь Том встречается с Евой, а Ева ― сестра Серены. Что-то пугающее во всем этом было. Будто бы какая-то тоненькая, прозрачная нить, невидимая глазу, связывала всех этих людей.

Некстати вспомнилось, как миссис Норвуд описывала дочь. Слова больной женщины никак не вязались с правдой, с тем, что мне довелось увидеть своими глазами. Милая, нежная и ранимая Энджел? У нее насмешливый изгиб губ, рыжие брови вразлет, и самое главное ― холодный, убивающий взгляд из-под тяжелых ресниц. Нет, после загадочной истории в Эттон-Крик девушка превратилась в жестокую, ироничную и властную. И о ней никто не должен знать.  

Когда я вошла в дом, рассеянно хлопая шелестящим пакетом со сладостями по бедрам, у меня вдруг появилось жуткое предчувствие: до ушей едва уловимо доносились голоса Эшли и Кэри Хейла. Сначала я услышала только взбешенный голос Эшли, высокий, с истеричными нотками, и, почему-то тоже разозлившись, быстрым шагом направилась в сторону читального зала (небольшая чрезвычайно уютная комнатка на первом этаже с миллионом самых разных книг). Но когда я услышала голос Кэри Хейла, отвечающий ей невозмутимо и с небольшой долей отстраненности, мои ноги приросли к полу, и дыхание застряло в горле.

― Ты же это не серьезно! ― крикнула Эшли с обидой в голосе. Если мистер Хейл и пытался быть хоть чуточку тихим, то собеседница истерически орала во все горло. Чтобы не нарушить их интересную беседу (и дослушать ее до конца), я осторожно опустила пакет со сластями на пол у стены, а сама на цыпочках приблизилась к деревянной двери. В приоткрытую щель было видно боком Эшли в облегающем темно-бордовом свитере с высоким горлом и простых джинсах и Кэри. Они выглядели как всегда. Но по-отдельности. Чтобы они так беседовали друг с другом, я никогда не видела и не слышала.

― Скажи еще раз глядя мне в глаза! ― продолжала драматизировать Эшли. Она высоко задрала голову, чтобы видеть Кэри. Тот скучающим (как мне показалось) взглядом смотрел поверх нее в сторону книжных шкафов.

― Я и смотрю тебе в глаза, Эшли. И я очень серьезен. Я могу подойти и сказать тебе, ― Кэри действительно ступил на полшага вперед, и Эшли опустила руки, скрещенные перед грудью будто щит. ― Я могу прошептать, прокричать, написать на бумаге, в небе, напечатать в газете ― скажи где, чтобы ты поняла, и я сделаю это прямо сейчас.

Боже, ― я не верила своим глазам и ушам. ― Да что же здесь происходит?

Кроме любопытства меня настигло чувство стыда, ведь подслушивать нехорошо. Но любопытство было сильнее, ведь интересно из-за чего конфликт!

Кэри был невозмутим, и именно это пугало больше всего ― то, с какой холодностью он говорит. Вдруг он изможденно вздохнул, так, будто целый день работал над отстройкой особняка Хардманов, и смягченным тоном голоса, который не смягчил самих слов, произнес:

― Я очень устал от тебя, Эшли. От твоих нападок, непостоянности и капризов.

Он говорит так, будто они встречались.

― Так теперь ты винишь меня?! ― завопила Эшли, топая ногой. Я услышала, как на кухне что-то прогрохотало (надеюсь, это не тетя Энн мчится в библиотеку, чтобы разобраться с происходящим). На всякий случай я ступила в нишу, где стояла тумбочка со старинной лампой, купленной на какой-то ярмарке. Забравшись в щель и втянув живот, я продолжила слушать. ― Ты меня винишь в том, что произошло?

А что, собственно, произошло?

Может, вместо того, чтобы прятаться, мне стоит войти на кухню и прервать их ссору каким-нибудь ехидным замечанием, которое обоих смутит и заставит заткнуться? Эта ленивая мысль растаяла в ту же секунду, когда я услышала следующее:

― Ты так ведешь себя из-за Скай, верно? Ты действительно влюбился в нее?

Что? Кто? Кэри Хейл? Влюбился? В кого, в меня?

Я мысленно рассмеялась, не смея вдохнуть полной грудью, но где-то в душе появились странное томление и горечь.

Кэри не смутился.

― Ты бросила ее на озере с незнакомцами, ― сухим тоном напомнил он. ― Ты даже не позвонила, чтобы предупредить, что собираешься напиться и остаться на ночь у своего парня.

― МНЕ БЫЛО ПЛОХО!