Затерянные в горах

Размер шрифта: - +

Глава 8

Луна опять куда-то запропастилась. Подниматься обратно к лагерю пришлось чуть ли не на карачках, цепляясь по пути за вросшие в землю молодые побеги. Уже порядком выдохшись, я грезила лишь о своем спальном мешке.

Неожиданно руки нащупали в темноте носы чьих-то ботинок. Пришлось выпрямиться. Для того чтобы нос к носу столкнуться с Мариной. Как будто и без нее мне на сегодня не хватило объяснений. Попыталась обойти вставшую на пути девушку, но та вцепилась длинными лакированными ногтями в мою руку и ядовито промурлыкала:

– Как там тебя зовут? Китикэт, кажется, или что-то типа того.

– Типа того, – буркнула я, вырываясь из ее хватки.

– Так вот, Китти, я заметила, что ты ошиваешься рядом с Ямпольским.

Резко вскинула на нее глаза.

– Даже так?

Блондинка провела рукой по волосам эффектным, привычным к фотосъемке жестом.

– Ой, только не строй из себя дурочку. Я не дам заморочить голову и ему, поняла?

Шумно выдохнув, наблюдавшая за нами со стороны Ната, дала знать подруге, что ей не терпится присоединиться к остальным ребятам, дремавшим у огонька.

– Да подавись! – почувствовав себя окончательно измотанной, выпалила я.

Эти двое прямо-таки сговорились, чтобы постоянно действовать мне на нервы. Ох, как же трещит голова! Добравшись до своего места у костра, я сразу же крепко заснула.

 

Похоже, пропускать рассвет уже становится для меня традицией. И снова доброе утро недоброго дня. Лишь одно неизменно – Комар по-прежнему меня бесит. Что-то все основательно запуталось. То друзья, то посторонние, а теперь вообще не пойми кто друг другу. И какой смысл вылезать из спального мешка, если все внутри саднит от боли? Ну уж нет. Останусь здесь навсегда. И пусть этот лживый мир катится ко всем чертям.

Вчера Артём увидел самую дьявольскую сторону моей натуры, хотя за годы нашей дружбы уж должен был бы привыкнуть ко всему. Неужели он так и не понял, что с теми парнями нельзя было иначе. С ними бесполезно драться или выяснять отношения. Это лишь вызовет желание отомстить. Самое верное средство –  припугнуть так, чтоб больше не совались. Борюньчик же не знал, что именно мне было известно. Выходит, конкретно у него рыльце в пушку.

С полнейшей тоской я вперила взгляд в небо. О, Господи, сделай так, чтобы я сейчас оказалась дома, в своей теплой постели. И всего вот этого попросту не было. Ну пожалуйста!

Проходивший мимо Сэм остановился, ткнул меня ботинком в бок и противненько прогнусавил:

– Эй, просыпайся. Ты там не окочурилась случаем?

А этому-то что от меня нужно? Нехотя перевела на него взгляд.

– Знаешь, что Влад,… Хотя нет,  постой-ка, – я сделала паузу и продекламировала, вскинув руки к небу. – Влад – Welcome to ад! Звучит, правда?

Рядом послышались смешки. Сэм покраснел и прошипел, склонившись ко мне:

– А ты, и правда, гадюка, Харламова.

– Стараюсь, дорогой. Стараюсь.

На этом я безмятежно закрыла глаза и потянулась. Но долго лежать мне было не суждено. У самой головы послышался шелест травы – кто-то присел рядом на корточки.

– Твой протест не засчитан, – насмешливый голос Комара прожужжал совсем рядом. – Так что перестань валяться. Вот-вот хлынет дождь. Ты рискуешь превратиться тут в огромную лужу.

Артём разглядывал меня так, как будто видел впервые. Было неловко лежать перед ним, словно поверженная. Я решительно начала выбираться из спальника. Комар задумчиво сжал губы, прикусив их изнутри, словно хотел сказать мне что-то, но, махнув рукой, поднялся на ноги. Потом, взлохматив волосы, он все-таки заговорил с легким подобием улыбки:

– Тебе всегда мастерски удавалось выбивать почву у меня из-под ног. И вот я снова чувствую себя мальчишкой с той ветхой крыши сарая.

Больше он не сказал мне ни слова, да и вообще смотрел теперь, как на пустое место. В детстве все было иначе. Руки так и чесались поставить зарвавшегося Комаришку на место. Дождь стал накрапывать лишь после обеда. Да и то несильный. Плохой из тебя синоптик, Ямпольский.

Просто так идти было невыносимо скучно. Видно, отшельник из меня получился бы никудышный. От однообразия походной жизни я, кажется, действительно становлюсь сумасшедшей. Скоро начну выкидывать фортеля еще почище Сэма.

Поразмыслив, я протянула руки к волосам, распустила их, слегка взъерошив. Потом скинула куртку и, скатав ее, убрала в рюкзак. Воздух приятно холодил кожу. Хорошенько прикусила губы, потом провела по ним влажным языком. Закрыла глаза. Как давно я не ощущала себя желанной, словно запихнула все чувства в самый дальний ящик на чердаке своей души. Ну что ж, пришло время приоткрыть крышку. Томно взмахнув ресницами, с загадочной полуулыбкой на губах я устремилась вперед, к голове нашей малочисленной колонны, по пути вбирая в себя силу и мощь гор, делясь с ними своей энергией.

На минуту представила, что простая белая майка и свободные с дырками на коленях джинсы – самое изысканное платье, которое я когда-либо носила. Словно ступаю сейчас по камням не менее чем на десятисантиметровой шпильке, как те самые пресловутые красотки из американских фильмов. Что в моей власти подчинить себе весь мир. Сейчас я была роковой женщиной, какой меня понапрасну считали когда-то. И никакие Барби в подметки не годятся.  Ну держись, Комарик. Поиграем…



Изольда Петрова

Отредактировано: 22.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться