Заветная мечта серой мышки

Эпилог

Михаил

Два месяца спустя

Утро выдалось пасмурным и даже морозным. Только Василию это не остановило, с самого раннего утра, надев свою излюбленную толстовку, девчонка убежала дышать свежим воздухом на утренней пробежке.

Я же предпочел прикинуться лентяем и подольше поспать, но что-то явно пошло не так, так как сна у меня уже ни в одном глазу не наблюдалось. Пришлось выбираться из теплой постели и топать на кухню за порцией кофе.

Кофе пил в тишине, вспоминая нашу с Василией первую встречу. Почему-то в последнее время я все чаще возвращался к тому дню.

Марина тогда позвонила мне и сообщила, что ее лучшая подруга Фиалка бесследно пропала. Снова. Маря тогда так кричала, что я понял – дело серьезное. В доме Любимовых, когда я приехал, была туча народу, но самое главное – там была Василия. Погладывала на меня своими невозможными, удивительными глазами и молчала. Что-то тогда цапнуло внутри, когда увидел ее глаза. И только сейчас понимаю, что именно это было.

А потом она исчезла. Номер телефона, что дал мне жених Фиалки, и который якобы принадлежал Василии, оказался бесполезным. Начались долгие поиски, которые привели меня к тому, что я обрел самое ценное в этом мире.

«Как медвежонок, только имя…» – вспомнив ее слова, улыбнулся, зажмурившись. Вроде ласково, но воспринимается не как что-то плюшевое, скорее как большой могучий зверь. Приятно.

Иногда все так странно происходит в жизни. Ты думаешь, что все уже давно решил, что будет только так, как ты задумал, а потом вдруг все резко меняется и выясняется, что та самая вселенная, на которую все время ворчит моя девочка, приготовила тебе такие сюрпризы, что можно просто сойти с ума!

Если бы не случилось той аварии и родители девчонки не погибли… Возможно, тогда все было бы по-другому. Я не хочу сказать, что рад произошедшему, но… Если бы в моей жизни не было мышки? На этот вопрос я предпочитаю не искать ответ.

Две недели назад мы ездили на кладбище, где похоронены Серыгины. Точнее, не так: мы ездили в родной город Василии, чтобы посетить кладбище. На скорости сорок километров в час. Поездка выдалась крайне длительной, но даже когда она задремала в машине, я не смел ехать быстрее. Ей нужно время. Много времени для того, чтобы окончательно преодолеть свою боязнь и навсегда расстаться с детским страхом. Значит, будем терпеливо ждать, когда такой момент наступит. А наступит он обязательно!

Девочка моя – молодец, держалась, не проронила ни единой слезинки рядом с могилами родителей. И только когда глубокой ночью мы вернулись домой, она все же позволила себе немного поплакать, забравшись ко мне на руки и спрятавшись на моей груди. Укладывая ее тогда в постель, я думал только о том, как такое хрупкое создание, как она, может быть настолько сильной внутренне?

Ведь если подумать, несмотря на то, что с ней случалось, она все равно оставалась целеустремленной, никогда не опуская рук. Не сетовала на судьбу поганую, что она бедная несчастная, и все в таком роде (жалобы на вселенную не считаются). Всегда шла вперед, ничего и никого не боясь, действуя так, как она сама решила, и никак иначе.

Ответ на этот вопрос нашел меня сам в лице Ивана Петровича, который и объяснил мне, что мои слова, сказанные Василии в тот страшный день, возымели на ее сознание гипнотизирующий эффект. Поэтому девчонка никогда не сдается и не испытывает страха как такового. Машин – да, боится. А вот все остальное, что не четырехколесное, – совсем не страшно для нее. 

Возможно, именно поэтому Василия и выдержала все побои, которые ей достались от утырка. Девчонка спрашивала меня о Венике, но я только улыбнулся в ответ, ничего не сказав.

Венька, я думаю, вспоминает меня очень часто, так как по моей просьбе Костя помог устроить гаденыша на одну не пыльную работенку. «Не пыльно» состоит в том, чтобы сидеть на цепи и быть подопытным кроликом у одного очень плохого дяди. Этот дядя мне обещал, что проживет Веник очень долго, испытывая муки не только совести, если таковая у него имеется. Но девочке моей об этом знать не нужно.

Самое главное – что она жива, чувствует себя прекрасно, и через месяц у нас свадьба. И это единственная причина, по которой Василия согласилась надеть платье. Вот не нравится ей такой предмет гардероба, и хоть застрелись, она такое носить не будет!

Марина как-то заявилась к нам домой, приволокла с собой целую кучу стилистов и привезла гору шмотья, мотивируя это тем, что мышка моя хоть и серая, но носить красивую одежду это никак не мешает.

Маря несколько часов с присущей ей настойчивостью пыталась убедить Василию, что смена имиджа пойдет на пользу, а когда все доводы были отвергнуты, попыталась подключить меня к этому делу.

А я… а что я? Меня и так все устраивает. Девочка моя и так хороша, без всяких соблазнительных нарядов. Поэтому я стал на сторону будущей жены.

– Василия Крестовская, – произнес вслух, пробуя на вкус сочетание имени и фамилии.

Здорово звучит! Идеально!

Через несколько недель моя поганка, видимо, согласилась с некоторыми доводами Мари и прошлась по магазинам, прикупив несколько очаровательных тряпочек. Правда, в этих лоскутках ткани по улице не погуляешь, чему я был крайне удивлен и очень рад.

Хлопок входной двери вывел меня из задумчивости, а через минуту на кухне появилась Василия. Улыбнулась, приводя дыхание в норму. Залезла осмотреть холодильник и вынырнула с упаковкой апельсинового сока.