Завтра июль. Повести и рассказы

День рождения Марии. Рассказ

День рождения Марии

 - Ты собираешься умереть девственницей? – удивилась Изольда.

Я смутилась и заозиралась по сторонам: вроде бы, она сказала это не очень громко, но народу вокруг было много, кто-нибудь мог услышать. И, конечно, от такого прямого вопроса я почувствовала себя очень неуютно.

 - Ну, я даже не знаю…

Она рассмеялась.

 - Мэри, как такое можно не знать? Тебе сегодня исполняется шестнадцать – будем считать, что уже исполнилось и все можно. Но если хочешь что-то предпринять, имей в виду, надо поторопиться, осталось всего пара часов. Пить будешь? – она ловко подхватила стакан с коктейлем с подноса официанта, проходившего мимо, и протянула мне. У нее самой в другой руке был бокал, в котором оставалось еще пара глотков какого-то ярко-зеленого зелья.

 - Давай.

Я взяла стакан из ее руки, Изольда чокнулась со мной своим бокалом, тряхнула лоснящимися черными кудрями.

 - За то, чтобы мы пережили этот вечер! – воскликнула она и снова рассмеялась. – Интересно, Он и правда явится?..

Она была уже довольно пьяненькой. Если так пойдет дальше, она рискует заснуть и пропустить все на свете. Я тоже уже пила сегодня – совсем немного, для храбрости. Подействовало, кстати, не очень.

Коктейль был сладкий и вязкий, после него хотелось прополоскать рот.

 - Ну, что, надумала?

Я уже успела забыть, о чем мы разговариваем. Изольда вздохнула.

 - Ну, хочешь, я пойду поговорю с Дином? Он там, с какими-то ребятами болтает, - она неопределенно махнула рукой куда-то в сторону.

Я почувствовала, что краснею.

 - Не надо… пока. Может, чуть позже…

Изольда усмехнулась.

 - Как знаешь. Но времени почти не осталось.

 - Вы во сколько уходите?

 - Мы никуда не уйдем, но… сама понимаешь, - она прикрыла глаза и невесело улыбнулась, снова притронувшись к краешку бокала губами. Я удивилась.

 - Как, вы не поедете домой?

Хорошенькое лицо Изольды исказила гримаса пренебрежения.

 - А куда нам идти-то? У матушки крыша совсем съехала: после того объявления она все сидела на хлебе и воде, из дома не выходила, бубнила целыми днями что-то. А неделю назад укатила в какую-то секту, они там в гробах лежат целыми днями, свечи жгут и песни поют. Она меня проклинала на чем свет стоит, за то что я с ней не поехала. И сегодня звонила, ругалась – мол, покайся, еще не поздно, и все такое… А где наш папаша, вообще неясно: как ушел в загул, так ни слуху о нем ни духу. Единственная весточка – позавчера счет из одного ресторана за разбитый аквариум прислали. В такое-то время – забавно, правда?.. А сейчас я вообще не в курсе, живой он хотя бы или нет.

Я задумалась. Мы с Изольдой, хоть и знали друг дружку, все же не были настолько близки, чтобы она рассказывала мне такие вещи, и ее откровенность обескураживала меня. Мне сегодня исполнялось шестнадцать, Изольда и Дин были старше, нас разделяло два года – в таком возрасте это все равно что пропасть, я знаю. Честно говоря, я вообще удивилась, когда они пришли к нам сегодня.

Хотя, тут была целая череда удивлений, приятных и не очень. Сначала я удивилась из-за того, что отец предложил мне пригласить моих друзей на эту прощальную вечеринку, так забавно совпавшую с днем моего рождения. Вообще, он меня не очень-то баловал, и поначалу я хотела отказаться. Но потом подумала и согласилась: какая теперь разница, чем все закончится. Я набралась смелости и отправила приглашения своим друзьям по колледжу и теннисному клубу, среди прочих Изольде и Даниэлю, то есть Дину, и стала ждать ответов. Моя решительность удивила меня, но, если вдуматься, на самом деле я ничем не рисковала.

Никто, кроме Изольды и Дина, не согласился прийти. Прощальные вечеринки устраивали много где, у всех этот день был расписан чуть ли не по часам, большинство – включая тех, кого я считала своими близкими друзьями, – предпочли провести его в другом месте и в другой компании. И это как раз было совсем неприятно: ну и что, что сегодня такой день? Я же не виновата в том, что он совпал с днем моего рождения. Но сделать ничего я не могла.

Наконец, меня удивило, что Изольда и Дин действительно пришли. Это было приятное удивление, поначалу я очень, очень обрадовалась. Но довольно быстро я сообразила, что не знаю, что делать дальше, и растерялась. Собственно, у меня до сих пор не было никакого плана… Да что там план! Я даже не знала, чего я хотела добиться всем этим. Время шло, все близилось к завершению, а я до сих пор не знала, что делать.

Из задумчивости меня вывел голос Изольды.

 - Ты скромница, это так мило.

Она поставила на ближайший столик опустевший стакан и оглянулась в поисках официанта, чтобы обзавестись следующим, полным. Губы у нее дрожали. «Да она же до смерти перепугана», - догадалась я.

 - Не подумай, что я на чем-то там настаиваю, но, если хочешь, я могу спросить Дина, - продолжила она. – Что он думает о тебе. Ну, ты понимаешь… - она сделала неопределенный жест, поиграв пальцами с воздухом.