Здравствуйте! Я ваше чудо!

ГЛАВА 2. Постель не повод для знакомства.

Спалось мне непривычно уютно, комфортно и... Надежно, что ли? А мысль, что завтра можно доспать до восьми, теплым воском грела душу. И тем досаднее её пришлось сдирать с сознания, когда среди ночной тиши я вдруг проснулась от того, что на моем локте оказалась рука. Не моя. Страха это понимание не вызвало. Мозг быстро идентифицировал чужую конечность – Витькину. Опять, наверное, притащился к Маринке навеселе и кровати перепутал. Моя-то ближе к входу расположена, а автопилот Понфилова иногда сбоит!
На краткий миг, еще не до конца вынырнув из царства сновидений, я даже почти согласилась потерпеть безвредного пьянчугу, лишь бы не просыпаться. Внутри стонала усталость, и каждая клеточка организма противилась возвращению в реальность. Тем более что сегодня от парня на удивление не несло перегаром и арбузной жвачкой, но… Рука, в край, потеряв крохи осторожности, плавно и одновременно властно забралась ко мне в подмышку, а оттуда перекочевала на грудь, слегка сжав её, умащиваясь поудобнее. Потом довольно затихла. А в комнате раздалось невнятное сонное довольное причмокивание губами и как будто даже отдаленная мурчащая вибрация, исходящая от кошки. От большой такой кошки!
Глаза распахнулись сами собой. Широко и испуганно. А в горле непроизвольно волнение забилось пойманным воробьем. Но я, все еще лелея надежду, что рядом находится приятель соседки, четко и строго, нарушая его покой, произнесла:
- Руку убрал, олух. Ты снова ошибся кроватью. Еще раз такое повторится, сменю замки и настучу коменданту, чтоб тебя не пускали. Будете тогда с Мариной по кустам в парке лобызаться.
Угроза должна была подействовать на недотепу благотворно, потому как парковая романтика то еще удовольствие, и тело, хоть и молодое, а все же в кроватке оно как-то удобней, чем на земле с ветками и мусором, но…
Рука, что бесцеремонно и вальяжно разместилась в непозволительном месте, вдруг напряглась, выдавая тот факт, что её владелец соизволил проснуться, а в тишине раздался вовсе и не Витькин голос!
- Не понял, - возмущенно припечатал совершенно незнакомый мне индивид и…
Свет вспыхнул не только в помещении, но и казалось у меня в голове, ослепляя и дезориентируя!
А когда я смогла проморгаться…
- Что за...? – оборвала саму себя растерянно, не понимая, где нахожусь!
Комната оказалась явно не моей. Хотя бы потому, что превышала её габаритами раза так в четыре! Словно за ночь в нашем блоке снесли все стены и сделали одно сплошное пространство. Но вот в то, что они еще и евроремонт под старину успели соорудить, верилось слабо. Темные панели дерева, потолок во фресках, вычурные статуэтки и картины, настенные канделябры, зеркала во весь мой рост и гигантская постель, в которой можно разместиться хоть вдоль, хоть поперек и не найти края! Удивительно как мы вообще встретились с…
Парень был странным. Красивым, бесспорно, но странным. И каким-то неправильным, что-ли?! Светлые короткостриженые волосы, изогнутые брови, ярко зеленые глаза с вертикальным, кошачьим зрачком, прямой нос и губы, сжатые в недовольную линию. Но главной безуминкой происходящего для меня оказались его уши! Право слово, я бы, наверное, и того меньше изумилась, если бы их вообще не было, чем узреть длинные, заостренные на верхних краях, виденные мной ранее только в фильмах - эльфийские локаторы. При том, что пресловутой утонченности, как у сказочных созданий водится, в нем не было ни на грош! Потому как широкий разворот плеч и бугры мышц, не вписывались в общую концепцию моего не то кошмара, не то…
Все это я успела заметить и оценить буквально за пару взмахов его коротких, но густых ресниц. А еще подумать, что наверняка, меня накачали наркотиками в клубе и продали какому-то двинутому толкиенисту! В больших городах и не такое бывает…
- Ты кто? – выдавила сипло, сползая на край гигантской махины, потянув на себя белый шелк покрывала, и отчаянно пытаясь зацепиться взором хоть за что-нибудь, чем можно будет обороняться в случае чего!
«В случае чего» наступило довольно скоро, потому как простыню мы с ушастым молчаливым индивидом делили поровну, и когда я её перетянула на свою строну, продолжающий грозно щуриться ушастик предстал передо мной во всей своей первозданной красе. И даже не подумал прикрыться!
 Я сглотнула, против воли, но пробежавшись взором по голой мужской груди, плоскому рельефному животу, пупку со светлой полоской волос, устремляющихся в… Нет, я, конечно, видела обнаженных мужиком. Благо (вернее, к сожалению!), сейчас в интернете и не хочешь, а на экране выпрыгнет какой-нибудь голый гамадрил, пугая оттопыренной боеготовностью своих гениталий, но… То все же виртуально, на безопасном, так сказать, расстоянии, а здесь…
- Сирина-незнакомка, насмотрелась? Или повернуться еще и в профиль? Вы не стесняйтесь, разглядывайте!  Нужно, же знать, что тебе всучают, верно? Не переживайте, мне скрывать нечего. Или может для праздничного эффекта себя еще и красной ленточкой подарочной обернуть? Все ж таки не каждый день, вернее, ночь, судьба сулит такую удачную партию, - заверил меня ехидно, приятным низким голосом нагой любитель пластических хирургов, (ведь если глаза я еще могла объяснить линзами, то все остальное…) устраиваясь на боку, задумчиво подперев голову рукой.
Всеми своими действия подтверждая, что и дальше намерен передо мной позировать! 
С ходу даже не вышло определиться, что смущает и нервирует сильнее: его обнаженность, непонятные завуалированные возмущенные нотки, несуразность сказанного в целом или та расслабленная манера, с которой он при этом держится. А ещё нечто подсказывало – это напускное. Передо мной некто, кого стоит и даже нужно опасаться! А потому… Потому взгляд обшарив доступное для маневра пространство, зацепился за прикроватную тумбочку с моей стороны, на которой стоял низенький светильник, в виде деревца с разноцветными огоньками-листьями. И если таким успеть попасть по темечку, то… Шансы не велики, но есть.
- Для начала… - поморщилась, услышав собственный осипший от шокового состояния голос, не шедший ни в какое сравнение с приятным тембром ушлого эксгибициониста. – Оберни чем-нибудь вот это… недоразумение! – и, подхватив пальцами подушку, метнула её в причинное место, угодив аккурат, как говорится, в яблочко. Или для ситуации подойдет больше аллегория – огурец? Ох, Дарина, откуда столько пошлизма? Пусть и как-никогда он соответствует ситуации.
Судя по всему, бросок мой парню по вкусу не пришёлся. Все же места там нежные, а силы я не жалела. И да, возможно, не стоило драконить в моём положении богатенького извращенца, однако легкая тень дискомфорта, отразившаяся на холеной физиономии, слегка окупила шквал пережитого страха. И бояться я стала чуточку меньше. Еще и к заветному светильнику руку пододвинула. Что впрочем, не осталось незамеченным его осуждающе сузившимися глазищами. Ну, точно, кот: обманчиво манерный, ленивый и расслабленный.  
- Мы уже на ты..? – проговорил он притворно изумленно, и головой слегка недовольно качнул, дескать, ох и свободные у Вас нравы, девушка.
Угу, как будто это я тут свечу, чем ни попадя! 
Правда, мою пижаму тоже нельзя назвать верхом благоразумия, но… Теорию с похищением из клуба пришлось опровергнуть. Одежда определённо моя. Растянутые бретельки и маленькая дырочка, намечающая по левому боковому шву были слишком хорошо знакомы. А пасти меня до самого дома, дожидаться пока я улягусь спать, только чтобы потом бессознательную приволочь сюда… Стоило ли заморачиваться? И выходит..? Черт знает, что и сбоку бантик!
- …быстро же Вы, сирина, сориентировались. И как только маменька от меня прятала так долго такую хваткую прелестницу? И папенька хорош. Потакает ей в этом абсурде, - договорил с сарказмом и вновь обвинительно, словно это не он меня, а я его удерживаю в… 
А где собственно? И не пора ли облечь интересующие слова в вопросы. А то, смотрю, этого любителя ролевых игр совсем не туда занесло.
- Как я сюда попала? – произношу ровно, следя за каждым его мимолетным движением или сменой мимики на лице.
- Мне вот тоже интересно знать, - с охотой поддакивает этот… эльф недоделанный, не переставая сладко усмехаться. И ухмылочка эта… Почему я не чувствую привычного отвращения, которое обычно всегда испытываю к лицам противоположного пола, когда оказываюсь в центре их внимания? – Видимо, Вы весьма одаренное создание. Или я старею… Раз, моя защита не шелохнулась, пропуская Вас в покои. А это… Очень интересный случай, да. И что еще любопытней в кровать ты тоже влезла неуслышанной, а это уже и вовсе нонсенс!
Создание… защита… покои… Да уж, манера речи отрепетирована на ура! И стоило бы искренне разозлиться на абсурдность претензий, однако не только он здесь может иронизировать.
- Так мы уже на ты? – передразнила его же фразочку, с удовольствием отметив, как он морщится. 
А в следующую секунду, успела пожалеть о несдержанности, потому что совершенно упустила из виду толчок, позволяющий ему, оказаться вплотную ко мне. Практически нос к носу! 
Нечеловеческая реакция какая-то! Анаболики он, что ли хлыщет для ускорения? Вот уж запущенно-модифицированный случай. Но о том, что ему пора завязывать со стероидами, я разумно умолчала. Хотя не исключено, что мой речевой аппарат просто замкнуло от близости к этому ненормальному. 
- А чего зря время терять? – провокационно прошептали его губы, и волей-неволей, но я на них засмотрелась. Однако далеко не в романтическом ключе! Просто прикус у некоторых тоже имел ряд особенностей – острых и клыкастых! Благо только в качестве четырех резцов. – Я хорош собой, ты тоже ничего так. Разве не этого добивалась? Правда, одежду могла и поинтересней подобрать. Насколько я знаю, соблазняют несколько в ином репертуаре: кружавчики там, ленты, корсеты. Или делала ставку – на необычность? 
Оставляя все меньше личного пространства, напирал доморощенный хам. И поскольку детский дом приучил в критической ситуации бить первой, отходить от проверенного временем алгоритма действия я не стала. Выпад и моя нога, словно отпущенная пружина, попадает по внутренней стороне бедра позера, заставив оного распахнуть свои зеленые гляделки пошире, выдохнуть с силой воздух и потерять равновесие. И пока он заваливался своим лицом мне на живот, я мигом разворачиваю корпус, чтобы двумя руками сразу, схватить приглянувшуюся лампу и…
Шнура в ней не было. Место для батарейки тоже впопыхах не обнаружилось, но вот заставило застопориться не это – огоньки, при первой видимости, казавшиеся маленькими светодиодами, не имели стеклянного вместилища! То есть они горели, но совершенно обособленно от светильника, и пока я им пыталась размахнуться, немного не поспели за моим орудием и словно рой миниатюрных призраков, пролетели сквозь руку!
- Драные балетки… - выдохнула потрясенно, повторив эксперимент и пару раз взмахнула странной лампой. Эффект был точь в точь что и раньше. – Что за чертовщина здесь творится? – прошептала растерянно и обескураженно уставилась на единственного доступного информатора.
Тот впрочем, тоже на меня пялился весьма озадаченно, не меняя местоположения – то есть, взирая снизу вверх с уровня чуть пониже моей груди. Мы так и замерли, не размыкая взглядов, словно затянувшегося рукопожатия.
Потрясенную тишину толкиеновский выдумщик нарушил первым. 
- Знаешь, - заговорил приглушенно, как-то тяжко сглотнув. Перевел взор с моих глаз мне же на грудь и поспешно метнулся обратно, видимо, упомнив, что перевес силы пока что на моей стороне. – Я несколько традиционен в данном вопросе, и принцип «возьми меня силой» - это не ко мне, - закончил мысль, впрочем, не предпринимая попыток подняться.
Удобно ему, что ли так? А Маринка еще пеняла на мои острые кости и излишнюю худобу. Вон улегся на ребра балабол изнеженный и не жалуется.
Светильник я оставила в правой руке. Ибо терять стратегического превосходства, не планировала. Пусть даже и дезориентированная странностью происходящего, не собиралась расслабляться, но… Я, наверное, не смогу объяснить, почему вторая моя руку потянулась к длинному острому уху, потому что природное любопытство так развитое в любой женщине, всегда обходило меня стороной, уступая место осторожности, а тут…
Ухо на ощупь оказалось вполне себе цельным: упругим, хрящеобразным и теплым. В общем, не бутафория точно! 
- А это уже интересно, продолжай, - хрипловато подсказал поганец, пытаясь представить мою исследовательскую миссию в выгодном ему ракурсе. – Мне еще нравится, когда мочки поглаживают. Тебе, вообще, как, сразу все эрогенные зоны обозначить или постепенно?
Я настолько ошалела от нереальности происходящего, что не сразу отреагировала на очередные похабные предложения. Но уж когда способность воспринимать действительность спокойно возобладала над эмоциями, твердо заключила, уперев ладонь в голую и довольно волосатую грудь самоуверенного хлыща:
-  Кто о чем, а вшивый о бане. Слезь с меня немедленно, ушастый. Пока я самостоятельно не нашла все твои эрогенные зоны весьма специфическим образом, - и в качестве аргумента светильник на ладони подкинула.
Ответом мне стал зеленый, наглый прищур не оценивший угрозы.
- Кто бы говорил… - заключил он не совсем понятно, а потом сделал что-то такое, чего я не поняла.
И осознала скорее интуитивно.
Большим пальцем любитель ролевок щелкнул поочередно по мизинцу, безымянному, среднему и указательному собратьям и у меня перед глазами нечто стрельнуло, как будто лопнувшая струна! От неожиданности я дернулась и, скорее всего, завалилась бы на пол, не удерживая он мои ноги. Лицо обдало холодом, левое предплечье же, напротив, будто кто-то обжог раскаленной иглой, а спина больно зазудела в районе лопаток.
От контраста болевых ощущений, я зажмурившись, зашипела.
- Вот тебе раз, - протянул подлец в кои-то веки искренне озадаченно, выдирая меня из вакуума неприятных ощущений и словно изучая мою внешность по-новому, добавил: - Прелестные полумесяцы. А сирина-незнакомка, оказывается с сюрпризом.
Откровенно говоря, все сказанное для меня снова осталось замысловатым бредом. Но ровно до мгновения, когда я мимолетно бросила взгляд в ближайшее зеркало…
******
Это было…. Пожалуй, так сильно я не удивлялся уже давно. А возможно, и вовсе никогда! Мало того, что маленькая интриганка тайком пробралась в комнату, не порушив защитной вязи магических плетений, поправ всю мою веру в собственные таланты и заставив едва ли не признать проф-маг-непригодность, так её не почувствовал даже мой внутренний зверь, что и вовсе… Нелепица, не иначе! Чтобы оборотень и не учуял чужака на своей территории? Что со мной? Неужто сердобольная родительница, так отчаялась пристроить непутевого сына, что пошла на крайние, и наверняка запрещенные методы? Существуют ведь зелья, притупляющие возможности второй ипостаси и… Если, так, то это и подавно перебор! Там ведь такие побочки.
Стало быть, желание поступить по-своему и навязать мне совершенно ненужную девицу оказалось приоритетней? Нечто по образу: цель оправдывает средства? Возвышенные идеалы и всё такое?
Естественно, это не порадовало. Мягко говоря. И да, пусть проснуться, сжимая в объятьях удивительно хрупкое, но отчего-то безумно уютное создание с копной белоснежных волос, оказалось неожиданно приятно, (особенно, если учесть, что руки и вовсе опередили разум и успели провести разведку - боем!), но это нисколечко не оправдывало сирину-невозмутимость!
А дальше… Дальше всё пошло как-то не по тому сценарию, который выстроила моя логика.
Во-первых, венценосные родичи не спешили на огонек, «случайно» застать их чадо за очередным похождением, дабы незамедлительно пресечь оное на корню и исполнить свою родительскую волю, обвенчав по-быстренькому своего третьего наследничка, пока тот спросонок опомниться не успел!
Во-вторых… Тут и вовсе интересней. Сирина не выглядела смущенной, не пыталась флиртовать, жеманничать или хоть как-то отыграть версию – соблазненная невинная дева! Напротив, мой внутренний тотем отчетливо улавливал транслируемые ею ужас и панику. И пусть держалась она при этом с завидной стойкостью, напомнив изящную статуэтку, вырезанную из горного хрусталя или и вовсе изо льда (кажется, тронешь такую, и развеется серебряными снежинками!), но глаза не врали – ей страшно. И очень сильно. Однако верить в то, что отец с матерью подсунули мне её силой, и вовсе не хотелось.
А значит, следовало искать другое объяснение происходящему.
Следовало бы… Жаль только, столь умные мысли пришли в голову уже после того, как я наговорил гадостей, да и вел себя не лучшим образом. Видел же, что девчонке не по себе от происходящего, что неловко от моей наготы, что… 
Сирине, впрочем, тоже незачем было бросаться подушкой! Моей! И по мне! Еще и недоразумением назвала возможно самую прекрасную часть меня в целом, как личности! Смотрите, какая привередливая! Всем, значит, нравится, а ей нет. 
Но стоило пережить первый поклеп, адресованный моей неотразимой натуре, как… Удар пяткой в бедро, отрезвил да. И, что удивительно, раззадорил, что ли? Не то, чтобы мне никогда не давали отпор, но чтобы столь явный и неприкрыто искренний!
Наверное, именно поэтому я упустил из виду, куда более важные детали. Непростительная беспечность! То, как она рассматривала обстановку, насколько широко распахнулись её васильковые очи при виде моих клыков, то с каким неподдельным замешательством она разглядывала магическое освещение… Словно ни разу не сталкивалась с подобным! И это при том, что у самой сила бурлила нестабильным шквалом, будто метель в неспокойную зимнюю ночь.
Стоило поразмыслить над этим. Определенно стоило. Вот только… Почему-то зверь внутри меня как будто и вовсе сбрендил, подбивая потрогать, понюхать, а то и лизнуть незнакомку. Он, видите ли, был абсолютно уверен, что сирина окажется безумно вкусной и вовсе не в гастрономическом смысле! Естественно, навязчивые понукания оборотнической сущности, сдобренные инстинктами и замешательством, не на шутку отвлекали, да и… Эпитет «ушастый» моя эльфийская составляющая приняла за личное оскорбление, а потому я не придумал ничего остроумнее, как разоблачить зарвавшуюся синеокую гордячку. Невооруженным глазом же заметно - на ней висит иллюзия. И если сначала я предполагал, что особа, неизвестно как очутившаяся в моей постели, пытается скрыть недостатки внешности или, напротив, приукрасить достоинства (собирался всего лишь её проучить!), то когда чары развеялись…
Вот он - апогей изумления!
Передо мной сидела самая настоящая фейри! Тонкие, точеные черты лица, пушистые белоснежные волны волос, едва дотягивающие до линии подбородка, две маленькие точки-родинки разделяющие бровь, фарфоровая кожа, полные губы, будто бы не знающие улыбки, уши, заостренные ровно как у мочек, так и основания (хватило же наглости к моим цепляться!) и… крылья.
В этом бы не было ничего удивительного - лет этак двадцать назад. Ведь именно тогда этот народец видели в последний раз! И не без основания полагали всех представителей расы крылатых фейрин безвозвратно утерянными. 
И вот сейчас передо мной находился, считайте, потерянный элемент Союза Пятигранной Короны и болезненно морщился от проступающей на левом предплечье вязи странной татуировки! Татуировки, к слову, отродясь фейри не воспринимали, и пусть известно мне это только из исторических талмудов, но... Диссонанс от происходящего буквально выбил воздух из легких, заставив разглядывать свою находку едва ли не с непосредственностью ребенка!
- Что ты так смотришь? Какие еще полумесяцы? - прошипела сирина Вьюга (а бродили во мне подозрения, что маленькое хрупкое создание с беспощадными пятками относится к ветви зимних фейрин) озадаченно и зло, явно обвиняя в своих неприятных ощущениях меня.
А я ведь только иллюзию развеял всего-то. Кто же знал, что это спровоцирует процесс трансформации истинного облика, которым, судя по всему, давненько не пользовались (если и вовсе никогда!), что по самочувствию приравнивается к первому обороту оборотня. Мягко говоря, неприятно...
Она еще хорошо держится. Впрочем, такой вывод не порадовал, поскольку породил подозрения, что девчонка так контролирующая эмоции, привыкла к боли, вот и научилась с ней ладить, как с вздорной родственницей, которую и не выгонишь, и жить вместе тошно. Это странным образом задело мой тотем, и зверь внутри забился с новой силой, желая защитить столь эфемерную, практически невесомую барышню. Причем, от всех тревог и злоключений разом!
Вот ведь не было печали...
- Да вот, раздумываю, каким ветром тебя ко мне занесло, сирина-снежинка? Вроде бы не по сезону. Чай, только первый месяц осени на дворе, - поведал задумчиво, и все же отвоевал часть покрывала обратно.
Не то, чтобы мне было чего стыдиться после всего, однако, чудилось, что ее синие глаза при необходимости и заморозить способны, а мне вот как-то пока в себе все дорого!
- Как это осени? - осипшим голосом осведомилась нежданная гостья, бросая беглый взгляд в поисках окна.
Однако на полпути застыла. Заинтересовавшись пусть и стеклом, но только зеркальной поверхности. Брови ее поднялись вверх от изумления, рот изогнулся в удивленное "о", а руки... руки обхватили остренькие ушки, пытаясь их или ощупать или и вовсе оторвать!
- Святые барабашки... - прошептала она, прежде чем вскочить и больше не смущаясь своих странных панталон в синюю полоску, подбежать к зеркалу, чтобы практически уткнуться в него носом, разглядывая себя так, словно видит впервые. 
- Вот уж дикость - нечисть к святости причислять, - пробурчал не менее озадаченно, рассматривая боевое оружие фейри - её ноги. 
Имея теперь неограниченный эстетический доступ к длинным, стройным, упругим изгибам тела сирины. Однако слова мои, впрочем, как и бесстыдные, оценивающие разглядывания остались без ответа.
Вьюга полностью сконцентрировалась на своей внешности, изучая оную широко раскрытыми очами (она то нервически дотрагивалась до лица пальчиками с длинными острыми коготками, то истерически фыркала, бормоча что-то про свет мой зеркальце скажи...), в которых пополам плескалось неверие и паническая атака.
Последнюю лично мне хотелось наблюдать в последнюю очередь, поэтому тяжко вздохнув и осознав, что выспаться сегодня уже не выйдет, я встал и направился к креслу, куда небрежно сбросил одежду.
- Между прочим, излишнее самолюбование не красит девушку, - выдал вредно, пытаясь одновременно и одеться, и вывести сирину из прострации.
Не преуспел. Маленькая снежинка не реагировала на подначивание. Теперь она со смесью восторга и ужаса осматривала свои крылья, желая и страшась до них дотронуться.
- Они чудесны, - выдал не весть отчего хрипло (так будто и сам отродясь крыльев не видывал!) и, наконец, заполучил ее внимание. И пусть мимолетное, но...
Синие глаза буквально опаляли холодом. Однако от них почему-то не бросало в дрожь, а напротив, становилось горячо дышать.
Списав все на выверты расшалившейся оборотнической сущности, небрежно качнул головой, застегивая на рубашке запонки, и послал магический призыв к горячо любимому родителю. Он-то, небось, почивает себе спокойно, довольный воспитательным моментом. Вот пусть теперь тоже поучаствует в разбирательстве и идентифицированнии личности данной фейрины. Чудится, он весьма изумится всей своей правящей натурой, узрев у нерадивого сына в покоях столь необычную визитершу. И дай, боги, позабудет о своих отцовских нареканиях!
Хоть на какое-то время.
Совсем бы было идеально и маменьку занять, но... Тут может случиться осечка, а то и вовсе выйдет мне боком. С её-то тягой и рвением всех вокруг переженить!
******
Давно, ещё в том милом возрасте, когда не все детские мечты атрофируются жестокой реальностью, я всем и каждому доказывала, что у меня есть крылья. Просто они не видимы окружающим. Естественно, мне не верили. Воспитатель отмахивалась, а дети... с ними все обстояло сложнее. Насмешки, обидные прозвища, неуместные реплики в мой адрес не прекращались. И чем сильнее я пыталась доказать правоту, тем их становилось больше. Они буквально множились, как долговые проценты банку. Это сейчас я уже привыкла сносить чужую недалёкость равнодушно, а тогда... За правду ведь и умереть не страшно, верно? Жаль не нашлось никого рядом, кто мог бы сказать - нет. Страшно, ещё и как. А так же больно, что и вовсе не справедливо.
Второй этаж. Высокий подоконник в туалетной комнате. Именно там не успели установить решетки. Я босая, стащившая табуретку, чтобы на нее залезть. Впереди распахнутое окно, а сзади свора заговорщиков, предложивших на спор доказать, что смогу взлететь. Не знаю, верили ли они всерьез, что я решусь, или просто ждали, когда расплачусь и сбегу. Все это было неважно, потому что тот роковой шаг я все же сделала. Без сомнений или потаенного - а вдруг не выйдет?
Торжество момента длилось недолго, а падение и вовсе выбило из меня веру в сказки, оставив взамен только металлический привкус крови из разбитых десен, острую боль в спине, тошноту и неприглядную темень собственной исковерканной души. В ней я и балансировала дальше, бесстрастно сносив врачей, больницу и длительный процесс восстановления. Там даже по-своему оказалось хорошо. Спокойно. Тихо. Еще бы не жалеющие взгляды мамочек, лежавших вместе со своими нормальными, не брошенными детишками, однако...
И вот сейчас разглядывая свое отражение в высоком зеркале, находясь в странном месте в сомнительной компании белобрысого невежи, я едва сдерживала порыв истерически расхохотаться. Крылья! Чтоб их, три раза за ногу! За моей спиной действительно слегка подрагивали и переливались перламутром четыре сетчатых, смахивающих больше на стрекозиные, закругленные на конце, крыла.
Похоже, я все-таки сплю. И воспаленное рутинной действительностью подсознание транслирует мне то, о чем неосознанно мечталось? Эта была бы самая адекватная и обнадёживающая версия, если бы не черед "но"!