Здравствуйте! Я ваше чудо!

Глава 6. Новую жизнь, как и новые туфли – порой приходится разнашивать...

Да, в последний момент я поменяла решение и обрубила пути отступления к той старой, привычной жизни. Что тому было виной? Временное помутнение? Желание насолить вредному элементалю, так норовившему меня выпроводить? Попытка хоть бы раз поступить необдуманно и безрассудно? Или же вот эти зеленые кошачьи глаза, которые всего лишь миг глядели так ласково, что…
Впрочем, я уже достаточно взрослая девочка, чтобы не придумывать себе лишнего. Принц просто испытал облегчение. Чисто по-человечески порадовавшись, что я в норме. Или по-эльфийски? По-звериному? Мне еще во многом предстояло разобраться, раз уж поговорка «в омут с головой» в перспективе заиграла новыми красками.
- Встать можешь? – участливо осведомился белобрысый говорун, когда молчание изрядно затянулось.
И руку, что характерно, ненавязчиво убрал. Вновь преобразуясь в далекую-далекую яркую звезду на небосклоне моих девичьих грез.
Нет, определенно новые обстоятельства будят во мне слишком много творческого. Еще немного и стихи слагать начну. А может, и вовсе заведу дневник? Где буду изливать страдания по неразделенному чувству? Блажь, она ведь если накрыла, то основательно и причудливо.
- Не знаю, - ответила, прислушиваясь к ощущениям.
Общая разбитость чувствовалась остро, но… Когда меня волновали такие мелочи. Балерина я или кто? Хоть теперь ипо-видимому в прошлом.
Однако попытка подняться, привела к тому, что в голове заплясали черные круги в обрамлении белых вспышек.
- Тише-тише. Давай, помогу, - удивительно приятным мягким голосом без примеси ироничного франта, проговорил Чарчер и, обхватив меня за плечи, приподнял. – Надо же, легкая какая. Я, конечно, слышал, что фейри создания невесомые, но чтобы настолько…
И почему в последнем почудилось недовольство?
- Тебе повезло, - проронила, нахмурившись, чувствуя себе неваляшкой, готовой завалиться на бок. Голова была тяжелой, как мяч, набитый песком, которым любила пошвыряться моя первая хореографша, заметив, что ранверсэ я делаю недостаточно четко.
Но высочество не дал. Придержал, а после и вовсе обложил подушками.
- В чем это? – уточнил с сомнением.
И пересел. Чтоб, значит, дистанцию соблюдать. Хотя оно и верно, я же три дня валялась и… При его зверином обаянии, находиться рядом наверняка нестерпимо.
- В том, что ты о них вообще что-то слышал. В отличие от меня. И… Ай… - Поморщившись, попыталась дотянуться ладонью за спину, только сейчас с удивлением осознав, что ноет левое крыло. Боже, даже мысленно продолжает звучать так себе! – Как вообще мне теперь с ними спать?
- Обыкновенно. Не обязательно поправлять руками, разработай плечи и просто почувствуй их. Крылья такая же часть тебя, как и прочие конечности, и способны двигаться сами.
- Легко сказать, - выдохнула ворчливо, но все же послушалась совета, прекрасно осознавая, что теперь мне это предстоит не единожды. – Действительно шевелятся, - глупую улыбочку скрыть не вышло.
Чудно, да и только.
- Ну, надо же боевая фея умеет улыбаться, - с мнимым умилением хмыкнул любитель поизгаляться словесно.
Ага. Она еще и в далекие дали отправить способна. Но это успеется. Чувствую, моя природная молчаливость рано или поздно прогнется под натиском большого кота и все же блеснет красноречием. Спорим, таких словесных оборотов он на своем веку еще не слыхивал?
- А где Триур? – решив сменить тему мимики моих губ, спросила оглядываясь.
С момента, как склочный ворон устроил мне сотрясение, в комнате порядком потемнело. Прямо таки романтический полумрак. Интересно, а у третьего рандийского высочества глаза в ночи светятся в эльфийском облике? Хорошая экономия на ночнике была бы. Вопрос для кого, я благоразумно решила себе не задавать.
- А вы и познакомиться успели? – слегка прищурив изумрудные гляделки, полюбопытствовал принц, скрещивая руки на груди. – Или кому-то и оттуда было хорошо слышно, что здесь происходит? А может еще и видно?
Обличительные нотки не оставляли необходимости отнекиваться. Я и не стала. Пожала равнодушно плечами, согласившись:
- Всё может быть. В вашем мире, я так понимаю, вообще всё может быть.
- В нашем, - усмехнувшись, поправил меня парень, продолжая буравить взором «я тебя раскусил». Привыкай, - не посоветовал, а поставил перед фактом и добавил лаконично. – Если и не всё, то многое.
- Непременно, - ответила односложно.
И смолкла. Он, что удивительно тоже (редкий случай, когда Чарчеру Сейхери нечего добавить!). Помещение наполнила вязкая, душная тишина, словно растопленная паром баня, горячащая кожу и путающая мысли.
Ну, вот Дарина, самое время неправильному эльфу эдак ненавязчиво намекнуть, что засиделась ты в гостях, и вообще, пора и честь знать. И куда, спрашивается, тебе теперь податься? Да уж, прямо как в поговорке: «Не беда, если задница приводит к приключениям. Главное, чтобы приключения не привели к ней». Нечто подсказывает – мой вариант именно второй.
- Что ж… - первой паузу попыталась нарушить я, заставив свое косноязычие шевелиться активнее и просто сказать спасибо.
Это ведь был мой выбор – остаться. Нечего пытаться теперь кого-то в этом упрекать.
- Прежде чем я оповещу своих деятельных родичей о твоем долгожданном возвращении… - не дал договорить Чарчер, словно почувствовав мой настрой.
А может и так? Кто этих белоснежных барсов знает?
- …тебе стоит определиться, кем ты хочешь себя видеть. Эльфийкой или быть может человеком? Вторым тебе, наверное, сподручнее, учитывая тот образ, в котором ты сюда попала. Но иллюзию эльфа наложить проще. Там, по сути, и править нужно только нижнюю половину ушей, да крылья скрыть.
 На меня смотрели очень оценивающе, не стесняясь пробегаться взглядом не только по лицу. Далеко не только по лицу! И я бы непременно зарозовела щеками, если бы не привычная бледность кожи, на которой даже лихорадочного румянца не разглядеть.
Это то и спасло.
А еще белобрысый наглец ждал ответа. Терпеливо этак. Давая возможность додумать сказанное самой. И вспомнить, что личность мою, а вернее, происхождение они решили с батюшкой утаить. Отсюда и необходимость блюсти конспирацию, в связи с чем Чарчеру Сейхери и  приходится со мной возиться.
Ну, что ж, не гонит - и то хлеб. 
- Человеком, думаю, действительно проще, хотя бы потому, что я знаю, как они себя ведут, - и добавила с сомнением: - Наверное.
Все же уверенности в том полной не было. Кто его знает, какие у них здесь порядки?
- Как хочешь, - деланно пожал плечами принц, - тогда приступим? – как бы и спросил и поставил перед фактом одновременно.
И вот только теперь до меня дошел смысл, сказанный им в полной мере.
- Погоди, - зацепилась за непонятные определения: - Что значит – наложить иллюзию? Ты хочешь применить ко мне магию? 
- Сказано так, сирина Вьюга, словно я к тебе не просто с неприличным предложением обратился, а сморозил непростительную похабщину, - не сумел сдержать порыв поехидничать белобрысый Мерлин.
- Да лучше б и впрямь похабщину. В конце концов, ты в этом толк знаешь, - выдала напугано, только потом осознав, что мысли вслух, определенно вредны!
Рандийский третий наследный принц явственно оскорбился. Фыркнул не то возмущенно, не то сердито, наклонил корпус ко мне, слегка склонив голову влево, нахмурил светлые брови и вкрадчиво уточнил:
- Правильно ли я понял, маленькая фейрина… - выдержал глубокую паузу, давая возможность проникнуться моментом, и добавил: - Не иначе ты сомневаешься в моей магической компетенции?
Видимо, я наступила на больную мозоль. И, конечно, соблазн потоптаться по ней от души, присутствовал но… Кому, как не мне известно, насколько неприятна незаслуженная, раздутая из плохого отношения критика?
- Во-первых, Дарина, - напомнила спокойно, и добавила, примирительно заметив, как недовольно прищурились зеленые глазищи. – А во-вторых, я в принципе сомневаюсь в необходимости применять ко мне магию. Любую.
Слишком уж неоднозначны воспоминания об элементале Смерти и тех незабываемых ощущениях в мире граней.
Судя по всему, неправильный эльф нечто понял по моему лицу, потому что дуться резко передумал. Усмехнулся как-то совсем не весело и заключил:
- Мне жаль, но вот это вот… - его пальцы легонько пробежались по кончикам моих крыльев, и я незаметно сжала под одеялом руки в кулаки, пытаясь совладать вдруг с взбунтовавшимся организмом. Слишком уж касания… Откровенные что ли? До мурашек и ярких всполохов в глазах! – Под плащом не скроешь. Да и пол-уха не обрежешь.
Вот уж обрезать я себе действительно ничего не собираюсь.
- …посему, - протянул принц с налетом превосходства, давая понять, что вариантов немного. – Придется по старинке, магией. Не переживай, сирина-снежинка, у меня по иллюзиям одни пятерки всегда были, - мне еще и подмигнули для дополнительного успокоения.
Сразу вспомнилась старая песенка, про мага-недоучку, который хотел сделать грозу, а получил козу. Розовую, с жёлтой полосой. И, кажется, вместо хвоста у неё выросла ещё одна нога, а на ней рога. Как-то так. И вот… сомнений стало в разы больше. Я бы даже попятилась, было бы куда!
- Я всё-таки… - хотела корректно отказаться, однако дослушивать меня белобрысый своевольник не стал.
Закатил с досадой изумрудные кошачьи очи и…
Вверх я подлетела вовсе не магическим образом! Кто-то большой и не по-эльфийски накаченный просто устал проявлять терпениеи, ухватив за плечи, поставил на кровати вертикально, отчего мой защитный одеяльный курган осел на простынь, а я осталось даже без этой подстраховки.
Хотелось зло воскликнуть: «что ты себе позволяешь?», а ещё прикрыться в смущении руками, но… привычной пижамы, единственной, что осталась от прошлой жизни, больше не было. На её месте присутствовала ночная рубаха из плотной бежевой ткани, прикрывающей даже щиколотки и не оставляющей ни намека на видимость лишнего. Это настолько удивило, что…
- Да, маменька постаралась максимально обезопасить твою девичью честь и изничтожить в зародыше любое проявление моего эстетизма, - счел нужным пояснить изменения в нехитром гардеробе полуоборотень в привычной ехидной манере. – Я даже отвернулся, - добавил, лучезарно ухмыльнувшись, преисполненный гордости за свой поступок. – Хотя и полагаю, что после того, что видела ты - это несколько несправедливо.
- Я вовсе не просила тебя демонстрировать наготу, - заметила возмущенно, против воли вовлекаясь в комичную перебранку и совершенно отвлекаясь от действий местного Гудвина.
- Ровно, как и я никого не ждал в столь поздний час в своей опочивальне, - мигом нашелся парень, отчаянно быстро жестикулируя пальцами, словно бы пытаясь за пару мгновений перечислить весь алфавит для глухонемых.
Даже голова закружилась от попыток угнаться за юркими перемещениями чужих конечностей. И нечто подсказало – колдует. Отвлекает меня на всякие глупости, а сам…
Чародей липовый!
- Судя по твоему внешнему виду, как раз наоборот, сложилось впечатление, что ты кого-то определенно ждал и готовился, - заметила враждебно, почувствовав себя маленьким ребенком, которого усиленно заговаривают перед прививкой.
- Боевое расположение духа у нормального мужчины должно быть всегда начеку, - заметил этот… этот пошляк самодовольно, сверкая такой же улыбочкой.
Против воли негодующе выдохнула и недовольно поджала губы.
- Не знала, что это… - и взором спустилась аккурат на мужской пояс, не сумев довести взгляд до обсуждаемого органа, - теперь так называется.
Впрочем, смутить зеленоглазого болтуна являлось делом заранее проигрышным. Наоборот, рандийское высочество засияло, как отчищенное от пыли зеркальце, подошло впритык к постели, отчего я ощутила его дыхание на своем виске, и этак интимным шепотом поведало на моё многострадальное, остроконечное со всех сторон ухо:
- О, сирина Вьюга, я с радостью восполню любой ваш образовательный пробел.
Прозвучало более чем двусмысленно!
И мне бы оттолкнуть наглую кошачью морду и сказать что-нибудь резкое, чтоб впредь неповадно было лезть с пошлыми намеками, но… Ладони безвольничали, слюна во рту гулко сглотнулась, покатившись по горлу снежным комом, лишь набирающим вес и скорость, пищевод скрутило щекоткой. Чарчер же и вовсе застыл, не шевелясь и не предпринимая попытки отстраниться, что не добавило моему душевному смятению повода успокоиться.
- Вот и все, - прошептал он в итоге сипло.
 И словно нехотя, так как будто это стоило немалых усилий, отошел от меня на полшажочка. За тем еще на шаг. И еще. И столкнулся с креслом, едва в него не упав.  
Сообразить, о чем он, сразу не получилось. Я, словно угодив в полынью, несколько секунд металась взглядом по комнате, душа порыв открыть рот и ссилой втолкнуть в лёгкие воздух.
Драные балетки, что за реакция такая у меня на него?
Руки взметнулись вверх, проверяя целость собственных ушей, нащупывая всё ли на месте. Но это исключительно, чтобы создать хоть видимость того, что я озадачена очередным изменением облика, а вовсе не тем, что неправильный эльф имеет столь фатальное влияние на мои эмоции. Становясь чуть ли не путеводителем для них!
- Не старайся, - небрежно прочистив горло, будто не случилось только что, не пойми чего, проговорил третий наследный принц, спрятав руки в карманы то ли удлинённого пиджака, то ли камзола. – Изменения носят лишь визуальный характер. Всё осталось прежним и прекрасно прощупывается. Помни об этом, прежде чем дать себя поцеловать за ушком или погладить спинку, - договорил в высшей степени ехидно, словно бы ожидал заранее, что именно так я первым делом и поступлю.
В этот раз не стала реагировать на подначивание, рассудив, что словесную войну сегодня мне не осилить с учетом чересчур бурной реакции чувств. Лишь хмыкнула небрежно, подхватила первое попавшееся покрывало, демонстративно основательно в него завернулась, осторожно спустилась на пол и прошествовала к зеркалу, уже прекрасно зная, что и где здесь располагается.
В отражении была… практически прежняя я. Разрез глаз сделался только больше, да и цвет. Синий-синий. Слишком яркий. Слишком нереальный?
- Всегда можно сослаться на то, что у тебя в предках кто-то из эльфов или нимф отметился. Вот и сказалось на общем фоне, добавив чертам утонченности. И да… не стоит благодарностей, - последнее было сказано с сарказмом, явно предполагающим, что я устыжусь и рассыплюсь в признательностях.
У них ещё и нимфы есть. Потрясающе. Просто потрясающе.
- А почему… - вопрос показался правильным, и даже удивило, отчего мне это раньше не пришло в голову: - Почему у меня, вернее у моей выдуманной личности, не может оказаться предков из фейри? Да я уже поняла, что до трагедии все расы жили в некоторой обособленности, но не за железным занавесом же?
Чарчер фыркнул, судя по всему, до последнего надеясь хоть бы на «спасибо», церемониально уселся обратно в кресло, положил локти на быльца, переплел пальцы в своеобразный мост и, оперев на него подбородок, заговорил:
- Конечно, случалось всякое. Но редко. Такие полукровки, как я, в среднем получаются только у одной пары из ста. Статистика удручающая, посему и пылкие чувства далеко не всегда побеждают риск остаться бездетными. Да и… Те, кто надеется, что уж им-то точно повезет, порой разочаровываются и находят новую пару. Разводы у нас уже давно не под запретом.
Занятно.
- Почему так? – определенно меня отчего-то очень взволновал этот момент.
Азы биологии прямо-таки напоминали, что кровь становится сильнее, если в неё вливать новые генетические составляющие. И стать Чарчера Сейхери прямое тому подтверждение.
- Мировое равновесие - штука не всегда справедливая на первый взгляд, - несколько раз моргнув устало, пытаясь проделать нехитрую гимнастику для глаз, поведал принц доверительно. – Полукровки, рождаясь, берут от родителей всё самое лучшее, становясь на порядок сильнее окружающих. И кстати, если, например, я выберу в избранницы эльфийку или оборотницу, то проблем с зачатием уже не возникнет. А дети мои вновь станут полукровками. Оттого, если не устраивать естественный отбор, то… - и не договорил, давая возможность додумать – население за несколько поколений утратит свою чистоту практически полностью.
Хотелось задать вопрос, а что будет, если он выберет в пару представительницу другой расы, но я вовремя себя одернула. Здраво рассудив, что это вовсе меня не касается.
- Но у твоих родителей… - хотела напомнить, что у четы правителей Рандии аж трое наследников и все пошли и в папу, и в маму, однако Чарчер понял с полуслова.
- Считай это божественным вмешательством. На вроде того, что заставило тебя вернуться домой. Одной богине Созидания известно, на кой рыхт это нужно.
Хмыкнула, оценив его самоиронию и уточнила:
- И все-таки касательно фейри.
- Да, у них тоже случались межрасовые мезальянсы. Однако от общей беды удаленное нахождение полукровок не спасло. Все обратились камнем в единый момент.
- Все, кроме меня, - проговорила тихо.
- Кроме тебя, - повторил белобрысый балагур, сверкнув зелеными глазищами до того пристально, что…
Вот это его «кроме тебя» в моей голове прозвучало как-то совсем уж по-особенному и обещающе сладко. Отделаться от наваждения помог только резкий щелчок дверной ручки, заставив нас с третьим рандийским высочеством вздрогнуть одновременно и встретить визитёра с нервным выдохом.
Вернее, визитеров. Двух.
******
- Дари, милая, ты меня поражаешь! Я и подумать не могла, что с тобой окажется так легко! Ты буквально схватываешь на лету, - восторженно вещала правительница Рандии, знакомя меня с местной столовой сервировкой.
Хотелось, конечно, скептически поинтересоваться, не думала ли она, будто я привыкла, есть руками? Но…
Обижать эту женщину кощунственно. Её эмоции по отношению ко мне кажутся столь порывистыми и искренними, что язык не поворачивается одернуть излишний энтузиазм матери белобрысого говоруна. Ведь сиронна – оказалось это местное обращение к замужним дамам, с самого начала отнеслась к моему появлению так радостно, что злиться не получается. Правда, я сама себе иногда начинаю напоминать эдакую заморскую невидаль, в которую хочется удивленно потыкать пальцем, однако мирюсь даже с этим чувством. Чай, не сахарная, потерплю.
Мы уже прошлись по азам геральдики, основным приличествующим этикету фразам и действиям, обсудили моду (причем, и попрактиковались, поскольку негоже расхаживать в ночной сорочке молодой особе), которая безусловно весьма разнилась с земной, но… Вовсе уж не стала для меня трагическим явлением. Всё это напоминало предметы академии искусств. Нас ведь не только балетному мастерству обучали. И теперь вызубренные знания больше не казались лишними и не нужными. Даже не предполагала, что умение отличить рыбную от закусочной вилки пригодится мне совсем в другом мире!
Однако вилки присутствовали, поблескивая вычищеннымсеребряным отливом, и издевательски рябили в глазах. Просто, информации в какой-то момент стало столь много, что…
- Ила, драгоценная моя, тебе не кажется, что Дарейне нужно передохнуть? - мягко пожурил жену Чевиан Сейхери, восседающий во главе импровизированного обеденного стола, сервированного к ужину прямо в спальне принца.
Вот ведь, я даже не нашла сил вновь одернуть его насчет имени. Раздражение выдалось вялым и приглушенным, а после и вовсе махнуло рукой, с досадой фыркнув - пусть себе.
- Что вы, батюшка, - вклинился в разговор Чарчер, с появлением родителей сделавшийся опять колючим, как тот кактус, который месяц забывали поливать. – Маменька только, можно сказать, дорвалась до благодарного слушателя, а вы… Прям на корню…
- Я сейчас тебя на корню выпорю, неблагодарное ты - чадо, - не вынесла сыновьей критики правительница Рандии, надув возмущенно щеки.
- Это негуманно, - внес конструктивное замечание белобрысый болтун с таким серьезным выражением лица, что я…
Нет, не прыснула и даже не улыбнулась. Разве что глазами…
Но он заметил. И на секундочку образ хмурой тучи, подвергся солнечным бликам на лике неправильного эльфа. Однако Илайяра Сейхери не собиралась уступать в семейной идеалистической перепалке и приятные моему сердцу трансформации развеяла ветром негодования.
- Нет, право слово, лишь сейчас начинаю жалеть, что в детстве не занималась силовыми мерами воспитания! Всё казалось, где ж тут ударить можно, если попа такая маленькая, такая розовенькая? А теперь эта вот попа выросла и превратилась в…
Нужно признать, окончание речи мы с принцем ждали с одинаково округленными глазами и священным ужасом на лице. Просто не верилось, что столь милая, восторженная, открытая, но вместе с тем преисполненная величия женщина вдруг выдаст слово «задница» или того похуже.
Не выдала. Запнулась. Порозовела скулами и с мольбой уставилась на мужа – дескать, ситуация выдалась щекотливая и ты, как спина, за которой я привычно прячусь, должен её решить.
Правильный эльф при этом очень показательно хмыкнул. Глаза его не просто посмеивались, они буквально обхохатывались, наслаждаясь происходящим. Однако на лице не дрогнул ни один нерв, видимо, благоразумно рассудивший, что дальше провоцировать супругу хозяина всё же не стоит.
- Дарейна, не желаешь ли прогуляться? – переводя тему, мягко обратился он ко мне. – Полагаю, после вечерней, столь насыщенной трапезы тебе не помешает пройтись, чтобы спокойно переварить как ужин, так и информацию. Да и пора покидать укромный уголок, в котором мы тебя скрывали. Тебе предстоит явить себя миру. И неплохо начать хотя бы с дворца.
Неплохо бы накрыться одеялом с головой и сказать, что никого нет дома – подумалось печально.
Но Чевиан Сейхери прав – хватит прятаться. Пора разведать обстановку. Только при этом было бы прекрасно не шарахаться от окружающих. Всё же не уверена, что моя психика за прошедшее время стала столь устойчивой, что спокойно вынесет концентрат рас, с которыми сталкивалась лишь в книгах и кино!
Мысли пронеслись паническим стадом диких лошадей, испуганных хищником. Но пределы черепушки не покинули. Я кивнула, отложила столовые приборы этакой буквой «Л», чтоб ещё раз несказанно обрадовать Илайяру и встала, прошествовав вслед за правителем Рандии, чувствуя, как зудит меж лопаток от взора третьего высочества, провожающего меня молчаливой сосредоточенной задумчивостью.
С чего, спрашивается, такое внимание?
 Шли долго. Я и представить не могла, что впереди бесконечная череда коридоров, лестничных пролетов, закоулков, залов. Наверное, потому, что никогда прежде воочию дворцов не посещала, а виденное на картинках не демонстрировало внутреннюю планировку. Зато встреченная мной публика - от стражи до придворных, произвели эффект значительно меньше ожидаемого. Видимо, мозг просто устал удивляться, и воспринимал всё с притупленной неизбежностью.
- О чём задумалась? - поинтересовался мой спутник, заводя меня в какую-то картинную галерею, не иначе.
Портреты располагались повсюду. От них пестрело в глазах, и в целом посетило то самое, неизведанное наукой ощущение – засосало под ложечкой в предчувствии волнительного.
- О том, что если вам вздумается меня здесь бросить, дорогу назад я не найду, – ответила ровно, вертя головой, не зная, за что зацепиться взглядом.
Изображения были, бесспорно, занимательны, и хотелось уделить внимания всем, зная, что за каждым наброском стоит целая веха истории данного места.
Чевиан Сейхери одобрительно повел подбородком, покивал головой и заметил сдержанно:
- Чувством юмора ты в отца. Он тоже любил своеобразные и сдержанные остроты.
- Ага, а ещё черный юмор неплохо приживается в детях, оставленных на попечение детских домов, - хмыкнула невесело, желая тему отцовства закрыть.
Как-то вот это неприятно. И то, что всю жизнь считала его предателем и то, что, даже теперь, зная о благородных помыслах, не могла до конца проникнуться уважением.
- Настоящее искусство мрачной и горькой комедии, поверь, всегда было за некромантами, - улыбнулся по-отечески мягко правитель Рандии и неспешно двинулся вдоль галереи.
Хотела возразить, а потом вспомнила элементаля Смерти и как-то разом передумала. Мысленно передав этим магам пальму первенства. С юмором у них и впрямь специфически.
- Зачем мы здесь? – спросила, когда поняла, что мужчина не собирается нарушать тишину первым.
Слишком уж он выглядел грустно и в тоже время умиротворенно. Словно витая в лабиринте воспоминаний, прекрасно зная выход, но не стремясь его покинуть.
- На этом портрете,  как видишь, изображена моя семья, - заключил с гордостью, любуясь работой поистине великого гения.
Очень уж изображенные на портрете получились живыми! Словно вот-вот и изумрудные кошачьи глаза вновь обличительно прищурятся, дескать, опять сирина Вьюга (надо же, даже в моём сознание такое ироничное обращение прижилось. А ведь я с детства не воспринимала клички и прозвища!) вы за мной подглядываете.