Земля крылатых

Размер шрифта: - +

Часть I. 16

17.

Луна еще делала вид, что рисует просто так, чтоб успокоиться. Но решение пришло сразу, как только она вывела на песке первый рисунок. Она закрыла глаза, стараясь представить как можно яснее колдовское озеро и виденья на нем. С закрытыми же глазами начала рисовать. Один за другим на песке появлялись очертания незнакомых островов. Луна волновалась и несколько раз открывала глаза, чтобы стереть нарисованное и снова начать. Получилась карта с почти равными промежутками между кусочками земли. Лишь два из них были заметно больше остальных. Луна чиркнула острой палочкой стрелку. Она была похожа на шрам на гладкой коже берега и указывала на север. Луна еще раз измерила расстояния, вздохнула и одним движением стерла рисунок с песка. Потом выпотрошила свой заплечный мешок. Для долгого путешествия вещей было мало. Но был нож, покрывало, фляга с водой и немного еды. А еще на Глин-горе был тайник, о котором знали лишь они с Барсом. И там лежали новенькие удочки и мешочек с орехами. Луна забрала все. Оставалось лишь взмахнуть крыльями - и в путь. Луна еще раз кинула взгляд в сторону дома или того, что от него осталось. И ей показалось, что и берег, и люди – все это из какой-то далекой прошлой жизни. Оставлять эту жизнь было не жалко. Для родителей в потайном местечке ее детства и рыбалок с отцом лежал маленький сверток со словами прощания. Им придется понять. Никаких Речных Коршунов. Никаких высиживаний в доме у головы. Того, что случилось – уже не изменить. Надо лететь дальше.

Луна повернулась лицом на север и оттолкнулась от земли. По тому, как снова заныло сердце, предвкушая дорогу, она поняла, что решение верное. Другого уже и не могло быть.

Под крыльями Луны развернулся ковер с узором из темных пятен глубин и голубоватых отмелей. Потом рисунок сменился, потемнел. Отмели постепенно исчезли. Луна знала, что к вечеру на горизонте должен появиться крохотный каменный островок всего в несколько шагов туда и обратно. По крайней мере, его она первым увидела в озере. Луна гнала от себя мысль о том, что могла ошибиться или озеро обмануло ее. Да это было и неважно. Можно лететь до самого конца, совершенно свободной, без погони за спиной и упасть навечно в мягкую водяную постель. Такая смерть не пугала ее – куда страшнее оказаться в окружении обезумевших соседок. Не пугало и одиночество. Чтобы подбодрить себя Луна стала тихонько петь, потом расправила свой голос, словно крылья, и он полетел звонкий и свободный вместе с ней.

Раскрой крылья, пришло время

Узнать, о чем шепчет ветер.

Пусть сладким сном спит твое племя,

Но солнце тебя встретит.

Звенят перья. В обнимку с ветром

Навстречу заре крылатой

Лети! Будь сильным, и даже небо

Тебя назовет братом…

 

Но песня быстро закончилась. А в полете предстояло провести весь день. Луна стала думать о Барсе. И от мыслей о нем сердце у нее замирало, чего никогда не было раньше. И никак не стирался из памяти его прощальный взгляд в последнюю встречу в доме у головы. Может быть, он тогда понял то, что Луна поняла только сейчас. Впервые увидев солнце…

По крайней мере, с этими мыслями лететь было не так страшно. Хотя Луна ни капли не сомневалась, что найдет Барса. Карта, которую она нарисовала на песке, как будто отпечаталась в сознании. И первым пунктом на ней должен был быть небольшой каменный островок.

Он сам поймал ее на ладонь. Луна уже перестала различать границу моря и неба – все стало одинаково темным – и просто начала падать. Но вместо усыпляюще-мягкой воды вдруг натолкнулась на камень и тот час потеряла сознание. Когда она пришла в себя, стояла глубокая ночь. Луна тронула голову и с удивлением почувствовала на пальцах кровь – она даже не помнила, как могла пораниться. Должно быть, когда падала, перекувыркнулась. Почему-то дрожали коленки. Луна достала тонкое свое одеяло, укуталась, выбрала рыбку пожирнее и стала жевать. Мысленно представила свою карту и прикинула расстояние до следующего острова. Получалось не так уж и далеко. Луна оглянулась. Море было странно тихим. Волны неспешно облизывали края каменного острова. Вокруг кроме воды ничего больше не было видно. Луна легла на спину и стала смотреть на звезды. И очень скоро ей стало казаться, что она лежит на крыше своего дома. Карта внутри нее работала. А это значило, что она действительно может отыскать Барса.

 

Куница вернулась через пять дней глубокой ночью, когда Барс и Сокол уже вовсю клевали носом, но спать еще не ложились. Она выглядела счастливой и даже как будто помолодевшей, хотя по всему было видно, что ей много пришлось ходить. Но глаза у нее горели.

-Идите спать!

Барс точно помнил, что еще минуту назад хотел расспросить ее обо всем, но теперь это почему-то не трогало. Вдруг стало очень спокойно. Он еще успел подивиться своему неожиданному доверию к Вещей Кунице, но подумать об этом уже не смог – провалился в сон.

Рано утром Куница снова вышла из дома. Барс и Сокол еще даже не продрали глаза. Но на этот раз вернулась она очень быстро и принесла с собой каких-то очень странных скользких закорючек. Куница назвала их грибами и очень ловко содрала кожицу, порезала и принялась жарить. Сокол сразу же испытал приступ острого недоверия к почерневшим кусочкам и стал рыться в своем заплечном мешке в поисках еды. Кроме одной крохотной рыбки там уже ничего не было. А тем временем, по дому разлился непривычный, но приятный запах. От него есть хотелось еще больше.

Когда грибы совсем почернели, Куница сказала, что они готовы, и принялась их уплетать с большим аппетитом. Барс попробовал кусочек. Вкус был странный, но блюдо оказалось вполне съедобным. Барс не стал привередничать. В желудке была отвратительная пустота. Сокол еще какое-то время терпел, но голод взял свое и он, морщась и почти не пережевывая, стал глотать черную массу. Куница рассмеялась.



Светлана Сватковская

Отредактировано: 23.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться