Земля Ксанфа

Размер шрифта: - +

Часть 1. Глава 5

Грузовые шаттлы, вопреки всеобщему мнению, летали вдвое, а то и втрое быстрее пассажирских челноков. Их дизайн пренебрегал комфортом для экипажа, а пассажиры при перелетах этих кораблей и вовсе не предусматривались. Это не значит, что пассажиров не было вовсе. Были. Особенно, если не обращать внимания на отсутствие удобств, можно было добраться до нужного места очень быстро. Например, за шесть с половиной часов, из которых шесть проведено в ложементах.

– Мне нужно снова осмотреть вас, инспектор, – устало, даже слишком, сказал Стефан Дефо. Он пытался встать, но у него это не получалось. Тело почти не слушалось его. Несмотря на скафандр и противоперегрузочное кресло, англичанин плохо перенес перелет.

Олег же не хотел думать, говорить (тем более отвечать доктору) или вообще двигаться. Он полулежал в своем ложементе и смотрел на то, как центральный экран складывается и уходит вверх, а передняя часть кабины шаттла частично приоткрывается, давая увидеть Венеру.

Он никогда не видел Венеры. Восемь лет летал между Землей, Луной и Марсом и совсем забыл, что существуют другие планеты.

Грязно-серый неприглядный шар с огромной белоснежной воронкой облаков, пронизывающей атмосферу планеты до самой тверди. Воронка, конечно, имела искусственное происхождение. Человеческое.

Терраформы на Марсе преобразовывали красную планету исподволь, понемногу меняя ее для того, чтобы колонисты, их дети и дети их детей – уже внуки и правнуки – успели приспособиться. Потому что баланс нужно создавать понемногу, чтобы вовремя среагировать на малейшее его колебание.

Жить на Венере в ближайшие два, а то и три века никто не собирался. Работать – да. Для этого была создана «Воронка Хамова». Долгая, кропотливая и рискованная работа, унесшая жизни пяти десятков человек. Лучших из лучших. Умных, благородных, отважных. Все для того, чтобы те, кто пришел бы за ними на планету, смогли сделать, казалось бы, невозможное: создать завод по добыче и переработке полезных ископаемых, а также преобразованию их в нужные материалы для постройки еще более грандиозного сооружения – орбитальной венерианской верфи.

Пилот челнока скорректировал курс, и потому планета вскоре стала уходить на второй план, чтобы дать место для огромной, возможно, несколько нелепой на первый взгляд, конструкции. Длиной в восемь километров, диаметром в пятнадцать, она поражала воображение. Здесь повахтенно жили и работали одновременно порядка десяти тысяч человек, не считая тех сотен, что находились внизу, в центре «Воронки».

По шлему постучали, Олег скосил взгляд. Над ним, кривясь на левый бок, стоял Дефо.

Инспектор медленно приоткрыл шлем.

– Вы меня не слышите, – сказал Дефо.

– Не нужно трогать его сейчас, доктор, – раздался голос старшего инспектора. – Инспектор Ковалый сейчас… немного занят.

– Занят?

– Тем, что приходит в себя после долгого перелета. И тем, что пялится на венерианскую верфь. Скажу честно, незабываемое зрелище, особенно для тех, кто прибыл на Венеру впервые. Тем более, младший инспектор выглядит лучше, чем вы.

Дефо провел ладонью по лицу, сверху вниз (шлем он уже снял и прицепил к поясу), сказал:

– Наверное, да.

– У нас есть еще время, – снова заговорил старший инспектор, – до основных маневров и стыковки. Капитан сообщил мне, что шаттл прибыл чуть раньше намеченного срока, поэтому нам придется ждать своей очереди, чтобы нас приняли в грузовом доке. Минут двадцать у вас еще есть. Отдыхайте. Отдых вам нужен. Отдых нужен всем.

– И вам? – спросил тихо Олег.

– И мне, – ответил Доров спокойно, понимая подтекст вопроса. – Но не сейчас.

Было слышно, как включились магнитные подошвы. Спустя двадцать секунд Доров покинул кабину.

Из экипажа – во втором ряду кресел три ложемента пустовали. Только пилот вводил дополнительные данные в навигационный компьютер для коррекции курса корабля.

Доктор молча вернулся на свое место, с совершенно стариковским кряхтеньем забрался обратно.

Можно было спокойно наблюдать за Венерой, воронкой, внутри которой совершенно по-земному плыли облака, заводом, еле виднеющимся в центре ее основания, парящей над планетой орбитальной верфью и… межзвездным ковчегом, строящимся на ней.

 

Как известно, перед тем как начать строить корабль поколений, для начала нужно разобраться с двумя задачами. Первая – это решить, куда, собственно, направиться, а вторая, не менее важная, – найти место, где будет построена верфь, где в свою очередь будет построен межзвездный ковчег, в котором полетят переселенцы.

Над вопросом, а что, собственно, будут делать долетевшие до назначенного места, никто никогда не задумывается, потому что это и так понятно. Сумевшие добраться до цели будут продолжать делать то, что делали на протяжении всего полета: выживать.

Человечество с успехом справилось с поставленными им же целями еще в двадцать первом веке.

В две тысячи шестнадцатом году с помощью роботизированного 0,6-метрового телескопа TRAPPIST, расположенного в Чили, а потом спустя год и телескопом «Кеплер» в созвездии Водолея была обнаружена планетная система, состоящая из красного карлика спектрального класса М8 и семи планет, совершающих витки вокруг своей тусклой звезды. Согласно заключениям видных астрономов того десятилетия, три планеты должны были находиться в зоне обитаемости, то есть быть близкими к условиям на Земле с обязательным существованием воды в ее жидкой фазе.

Что-то лучше за следующие семь десятков лет люди так и не обнаружили. Разве что благодаря совершенству техники разобрались, что самой пригодной экзопланетой для колонизации оказалась TRAPPIST -1 е. Именно туда и решили направить корабль поколений. И огромное расстояние в сорок световых лет не стало психологической преградой для человечества.



Владимир Палагин

Отредактировано: 25.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться