Земля Уродов | Книга 1

Глава 24

ГЛАВА 24

Мы вывалились из бункера, жадно глотая воздух. На лес давно опустилась ночь, принеся прохладу и влажность. Светлячки мирно кружили над травой, создавая причудливые узоры.

Я смотрела на них невидящим взором, чувствуя что-то липкое и страшное внутри, в том месте, где было сердце. Всё тело болело, но эта боль испуганно пряталась от того страшного монстра, что плотно сел мне на плечи. Я лишь пыталась отдышаться и найти хоть какие-то слова, чтобы описать происходящее.

— Венара. Это была Венара. И всегда была она, — охрипшим гнусавым голосом выдавила я.

Аргес тяжело привалился к поросшей мхом стене. Он молчал, тем самым сгущая краски ещё больше.

— Она... я бы... никогда в жизни не подумал, что Венара способна на такое. Паршивка отлично сыграла свою роль. Бумфис пригрел на груди змею.

Я вздрогнула от той ненависти, что пропитывала каждое сказанное им слово. Но было в этом что-то ещё. Что-то, что заставляло монстра на моих плечах отвратительно скрежетать зубами.

Вина.

Он винил себя за то, что не догадался раньше, винил, что не умеет читать человеческие души, что в идеальной актерской игре не распознал фальши.

— Ты бы не смог. Никто бы не смог, — едва слышно ответила я на так и не прозвучавший вопрос. Но сомнений не было в том, что смысл остался понятым.

— Я должен был. Должен! — его голос сорвался.

Я прислонила тяжёлую болезненную голову к стене. Аргес отодвинулся на некоторое расстояние, убирая свою руку. Перчатка сгинула в этом страшном безумии, и теперь он бы не подошёл ко мне ближе, чем на метр. И от этого расстояния повеяло могильным холодом. Зябко. Обхватила себя дрожащими руками за плечи, создавая иллюзию тепла.

Иллюзия. Безжалостная пародия, острее любого лезвия. Обманчиво блестящая, фальшиво прекрасная, нестерпимо болезненная. Сколько ещё раз детская наивность поведётся на эти краски? Сколько ещё игл воткнется в душу, когда она, премерзко усмехаясь, скроется за углом? Она всегда близко, всегда окружает каждого, но она не доступна. Как и Лиарда.

— Лиарда... — протянула я в такт своим мыслям.

— Что? — не понял Аргес.

— Иллюзия. Венара отлично прикрывалась другом в тот момент, как совершала страшные поступки. Но иллюзия — не более, чем напускной туман. Стоит лишь взмахнуть рукой, как он развеется.

— Что? Что ты несёшь? — озадаченно поинтересовался парень.

Взгляд отключился от окружающих пейзажей, полностью погрузившись во внутреннюю картинку, которая обретала тревожащие душу очертания. Догадки укрепляли фундамент, мысли вставали на место, кирпичик за кирпичиком.

Ответ пришёл, оглушив меня своей очевидностью.

Я вскочила на ноги, чем заставила парня отшатнуться.

— Идём! — возбуждённо скомандовала я.

— Куда? Что происходит?

Я нервно потёрла переносицу, подбирая слова, чтобы правильно объяснить свои выводы, которые другому человеку могли показаться безумными.

— Если хочешь что-то спрятать, то положи это на самое видное место. Бумфис копал слишком глубоко и не в ту сторону. Он пытался найти двойное дно, хотя его по определению не было. Ответ всё это время был у нас под носом.

Мы потревожили люминесцентные кустики с фиолетовыми соцветиями. Тусклые свет лился откуда-то из-под ног, искажая лица тенями, делая их ещё более мрачными и угрюмыми. Аргес нахмурился ещё больше, на лбу вновь появилась вена, свидетельствуя о напряжённости. Он думал и пытался сопоставить, но что-то не вязалось между собой.

— Тинай в буквальном смысле унёс с собой дневник в могилу. А где он похоронен? — взволнованно пролепетала я.

— На Печальной горе, — изумлённо выдохнул Аргес.

Далее слов не потребовалось, чтобы пуститься в бег. Ноги пытались опередить одна другую, и только необъяснимое чудо удерживало меня в равновесии, позволяя ловко перепрыгивать преграды на тропинке. Аргес шёл впереди, расчищая пространство для меня. Светящиеся растения, потревоженные внезапным вмешательством, возмущенно протестовали, обдавая нас тусклым светом. Они светились так же, как и мои мысли.

Смысл всегда намного ближе, оттого его всегда так сложно найти. Люди сами себе усложняют задачу, придумывая странные закономерности, составляя безумные цепочки, создавая запутанные формулы. А достаточно лишь потянуть за нужный конец нити, как клубок распутается. Только вот нить эту чаще всего так и не находят, пытаясь разрубить узлы.

Не заметив остановки Аргеса, по инерции продолжала идти, глядя только себе под ноги. Избежать столкновения не удалось. Переведя взгляд на него, я застыла в немом удивлении.

В блеклом свете небесных светил и люминесцентных растений виднелась лестница, которая вела к месту памяти. Её конец терялся где-то в темноте, как и сам дом, словно предупреждая, что эта дорожка ведёт только в туманную неизвестность.

— Чего ждем? — тихо поинтересовалась я, поравнявшись с ним.