Зеркальное искажение

Глава 11

    Снег перестал падать и покрывать землю. Джон, пройдя через всех людей и знакомые ему разрушенные дома, вернулся к поляне, где он появился, увидел на некоторое время зеркало их дома, а также нашел указатель, который и вывел его на Исифа.

    Он надеялся, что сможет нагнать его по дороге, даже ускорял свой шаг, чуть ли не переходя на бег, но это было безрезультатно. Он его нигде не видел, даже подошел к дому, где встретил его однажды на втором этаже. Джон вспомнил про голову в камине, которую он минул. Вопрос о ней он забыл задать, да и, учитывая все, что на него высыпалось, голова была не самым страшным.

    Джон боялся одного – он не сможет вернуться домой. Исследовать дом второй раз, он не осмелился, лишь подошел к двери, приоткрыл ее и выкрикнул имя Исифа. Тот не отозвался, после чего Джон даже не стал делать вторую попытку, развернувшись и двинувшись в сторону лесной поляны.

    Без труда она нашлась, пройдя по лесу всего минуты три. Было тихо и пусто, в этот раз снежинки не обжигали щеку. Джон вышел на середину и оглянулся по сторонам.

    Безысходность давила на него, словно сверху упала кувалда, и он никак не мог снять ее с себя. Вес увеличивался с каждой секундой и давил все больнее и больнее. В мыслях больше не витали идеи о том, чтобы найти ответы на вопросы: где он, как оказался здесь, кто все эти люди, а также что ему тут делать. Ему хотелось уйти, вернуться на свободу. Найти в лесу чертово зеркало, подойти вплотную и посмотреть в свои глаза. После, почувствовать слабость в ногах и теле и оказаться в родном доме, в родных стенах, выкурить с Лили по одной, а может и две сигареты, а после крепко ее обнять. Обнять до хруста костей.

    Джон чувствовал себя тюремным заключенным. Вот он совершил преступление, его судят, а после выносят приговор о том, что он отправляется на пожизненное заключение в колонию строго режима. Он прочувствовал, какого это, потерять все и сразу в один лишь миг. Это действительно страшно и никогда в жизни не сравнится с потерей работы и прочими бытовыми проблемами. С ними тяжело, а потерять их – гораздо сложнее.

    Он упал на колени и начал водить руками по земле, словно пират, хотевший найти затерянный клад. Расчистив небольшой участок от снега, Джон со всей силы ударил кулаком по земле и закричал во все горло. Он никогда в жизни не позволял эмоциям взять над собой верх и выплескиваться им так свободно. Но настало время исключений, он больше не выдерживал.

    Лили.

    Его крик не раздался эхом по окрестностям. Лес поглотил его полностью, не давая остальным услышать, как он страдает, как ему плохо. Не давал лес и шанса на то, чтобы кто-то пришел, нашел его, поговорил и, наконец, разъяснил ему, что здесь и к чему. Может быть, кто-то и знает, как выбраться отсюда. Джон всегда верил, что если есть вход, то выход есть всегда. Если и убрать выход, то всегда можно найти запасной. На случай непредвиденных обстоятельств.

    Джон сидел на коленях, тяжело дыша. Слюна потекла с губ, и он выплюнул ее на землю, собрав в нее всю злость, что накопилась за последний час.

    – Да встань ты с колен.

    Джон поднял голову и никого перед собой не увидел, но голос узнал сразу. К нему пришел единственный, кого он знает. Старец. Исиф. Джон посмотрел назад и увидел, как он подходит к нему, сметая ногами снег. Больше с ним никого не было. Бальтез ушел у храма в неизвестном направлении, и больше Джон его не встречал.

    – Что? – спросил Джон.

    – Встань ты с колен, нет смысла орать.

    – Да что ты знаешь? Может есть? Как ты говоришь? Узнаешь? Это твое любимое слово?

    – Выхода здесь ты не найдешь, как и помощи, – сказал Исиф, остановился возле Джона и причесал ладонью свою бороду.

    Джон вскочил с колен, не стряхивая снег. Лицо его покраснело от злости, и он решил выплеснуть ярость. Исиф удивился тому напору, что показал его собеседник. Джон, в свою очередь, сделал несколько быстрых шагов в сторону Исифа и, набрав в легкие воздуха, со всей дури ударил старца по лицу, угодив кулаком прямо под глаз.

    Исиф не шелохнулся, даже не отошел в сторону и ничуть не шатался. Он лишь вернул голову в исходное положение и с досадой посмотрел на Джона.

    – Спустя долгое время, ты перестаешь чувствовать боль, чувства. Все это уходит на задний план, но если тебя это успокоит, то можешь врезать мне еще разок. Ну, так, если захочется.

    Джон стоял, не понимая, что еще его может здесь подстерегать. Старик, не чувствующий боли. С него было достаточно и он начал орать:

    – Да какого черта здесь происходит?! Как мне отсюда выбраться?! Не смей говорить, что я узнаю! Мне нужны ответы сейчас!

    Исиф продолжал с жалостью смотреть на него.

    – Ах, Джон, успокойся, никуда ты не денешься уже. Могу посоветовать тебе только свыкнуться с мыслью, что теперь ты здесь. По-другому никак. Первое время будет очень тяжело, но со временем, ты привыкнешь.

    Джон попытался успокоиться, но он выходил из себя и совершенно перестал контролировать свои эмоции.

    – Почему ты скитаешься вдали от всех? – спросил Джон.

    – Ближе к центру, где находится Аскольт, меня не очень любят.

    – Это почему же?

    – Я говорю слишком много правды для этих краев, – ответил Исиф.

    – Ты же вообще не разговариваешь, даже на вопросы не отвечаешь.