Зеркало тайных наук

Размер шрифта: - +

Глава 17

Глава 17

Анна заперлась у себя в комнате, не желая никого видеть, даже Лели и Аури. Она вместе с тайным студенческим обществом благополучно вернулась в Лабрин. Торговый модуль прибыл за квартал от дома, где живёт Аури, но заходить к парню в гости Анна отказалась. Она хотела одного – открыть записную книжку и прочитать что там. Анна запёрлась у себя в номере, надеясь найти что-то полезное для общества и боясь найти что-то личное для себя.

Почти вся книжка исчёркана формулами под записями без дат. Но ближе к концу Анна прочитала:

 

Запись без даты

Тысячи философских и теологических теорий о природе, о происхождении человека, о боге – не более чем сказки, легенды и иллюзии, созданные некоторыми расами Лиги. Когда переходишь или даже пытаешься перейти в сферу бессмертия, остаётся одно – скука. Всё остальное: власть, амбиции уходят навсегда. Сегодня настал мой миг изменения. Я вдруг подумал о том, что видел моих девочек трёхмесячными крохами и что с момента, когда их видел, прошло пять лет. Я поймал себя на том, что никогда не думал о том, как они теперь выглядят, хотя мог написать временному оплаченному мной опекуну и попросить прислать фотографии. Мои Рэя и Ирина, простите своего непутёвого отца, который в погоне за иллюзией, забыл о главном. В этой жизни, в любых жизнях, в любых мирах важны те, кого мы любим, и кто любит нас…

 

Анна отбросила книжку в сторону и закрыла глаза. Автор дневника говорил о сестрах близнецах как о своих дочерях! Значит, Александр Кауни – её дедушка! Учёный подземного мира. Прошло несколько минут, прежде чем Анна, решилась продолжить чтение.

 

Запись без даты:

Я вспоминаю своё детство. Не знаю с чего вдруг. Старый довоенный Грозный, тот Грозный, которого уже давно нет. Вспоминаю друга – Аслана и наши игры. Мы любили играть в войну, в которой мы на одной стороне, а мой отец не любил ни наши игры, ни моего друга. Потомок терского казака не может дружить с чеченом, говорил отец. Он говорил, что я должен ненавидеть Аслана. Но я не понимал тогда, что такое ненависть. В детстве все друзья и все едины. Разделение приходит потом. Много лет спустя, уже, когда были в прошлом учёба и работа в институте цитологии и генетики СО РАН в Новосибирске, уже после того, как Мира Кауни забрала меня в Перевёрнутый мир, после того, как я познал истину и взял фамилию жены – иногда думал о тех, кто разделяет, чтобы править. Но до мига изменения, я надеялся, что моя карьера, мои исследования принесут удовлетворение. Что моя жизнь обретёт смысл, тот самый за которым гонится человечество всю свою историю! Но этого не произошло. Если бы мои родители не уехали из Грозного, мы рано или поздно стали бы с Асланом врагами. Потому что никому не дано изменить программу, написанную лордами. Ни одному смертному. Самое печальное, что, я, как и моя жена, помешан на исследованиях. Этот город – Даурфа предоставляет для них такие возможности, которые и не снились ни одному академику РАН. Я и подобные мне – механизм, работающий для того, чтобы скрасить скуку лордов. Мой труд Сизифов, потому что на этой планете ничто не способно развеять скуку лордов. Они идут по кругу и созданный ими мир тоже. А мои доченьки растут, и у меня нет сил, бросить всё и поехать к ним. Просто, чтобы увидеть. Посмотреть в их солнечные глазки, поцеловать и обнять….

 

На этом записи обрывались. Анна потрогала пальцами срезы вырванных из записной книжки страниц. Хотелось разреветься. Анна думала о том, что проходили годы, происходили события, а записная её деда просто валялась на полках лаборатории. Никто её не замечал, никому она не была нужна. Словно ждала, того момента, когда строки из души прочтёт тот человек, который сможет понять. И простить? Анна поняла, что злится на человека, которого звали Александр Кауни. Потому что он создал чудовище по имени Рэя. Потому что он сдался. Ни одному смертному не дано изменить? А кто-то пытался? Пытался изменить не мир, себя? Дед пытался? Нет! Что мешало бросить свои дурацкие исследования, хотя бы после того, как он осознал? Может самое первое происшествие в этом проклятом городе?

Записная книжка не давала ответов, лишь ставила новые вопросы.

 

***

- Поставь кофе на столик, пока не разлила! – раздражённо приказала Рэя Кауни служанке.

Девушка в тонком белом платье вздрогнула от слов госпожи, как от удара. Осторожно примостила чашку на изящный столик. Затравлено посмотрела на Рэю. Та сидела в кресле, запрокинув голову и слегка раскачиваясь. Лёгкий ветер из распахнутого окна трепал обычно гладко зачёсанные и собранные волосы декана третьего потока. Госпожа была красива, очень красива и если бы не надменный, строгий характер… Служанка боялась Рэю. Сама не знала отчего, но боялась. Хотя госпожа Кауни никогда не оскорбляла девушку. Но сила, скрывающаяся за надменностью госпожи – пугала. Служанка знала – любое не повиновение, любое отступление от заведённых правил и.… Об этом не хотелось думать. От этого и становилось страшно.

- Можешь идти, - Рэя наконец, соблаговолила посмотреть на служанку синим обжигающим взглядом.

- Да, госпожа, - поклонилась девушка и, отступая задом, вышла из комнаты.

Рэя, вздохнула и потянулась за чашкой с кофе. Сегодня она все время думала о племяннице. Нет, не только сегодня, уже неделю Анна не шла у Рэи из головы.



Марина Новиковская

Отредактировано: 27.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: