Жара в Архангельске

Глава 2

— Ну и что мне с тобой делать, а, Филимонова? Мало того, что три дня на работе не появлялась, так ещё и задание не выполнила! Тебя когда просили в налоговую съездить? В понедельник! А сейчас какой день недели? Пятница!  

Олива с видом нашкодившей школьницы, в своей затрапезной спортивной куртке и со своим плохо чёсанным хвостом какого-то ржавого цвета волос, стояла перед столом начальника Елагина. Фингал под глазом, полученный накануне, был обильно замазан тональным кремом, что делало весь вид Оливы ещё более неряшливым.  

— Из бухгалтерии на тебя жалуются! Из юротдела жалуются! Вот что, Филимонова, пиши-ка заявление об уходе. Мне такой курьер не нужен.  

— Но я не виновата, я была в налоговой, там очереди. Я не смогла попасть… — невнятно промямлила Олива сквозь подступающие слёзы.  

— Что ты там бормочешь? Почему другие люди попали, а ты нет, объясни мне, пожалуйста? Почему документы важные, прости господи, как из жопы достала? — Елагин гневно встряхнул грязной кипой вчерашних мятых бумаг, — Кто ж их теперь зарегистрирует? Ты что же, пьяна была? На ногах не стояла? Тогда тем более, за пьянство тебя уволить, по статье, и всего делов!  

В кабинет Елагина, неся на подносе чашку кофе и печенья, вошла Яна.  

— Спасибо, Яночка, спасибо, куколка… — и, бросив гневный взгляд на съёжившуюся в углу Оливу, прорычал: — А ты иди! Через пять минут заявление мне на стол!  

— Простите, Александр Антоныч, но Оля не виновата, — заступилась Яна за подругу, — Её вчера избили и бросили документы в лужу.  

— Кто избил? Ты видела?  

— Н-нет, но...  

— А раз не видела, как же ты можешь утверждать?  

— Но вы же видите этот синяк...  

— А что синяк? Может, она по пьяни сама с кем-то подралась? Ладно, — Елагин стукнул ладонью по столешнице, давая понять, что разговор окончен, — Пусть пишет объяснительную. Там посмотрим...  

Олива вернулась в свою подсобку и там дала волю слезам. Села на свой продранный стул (стол курьеру в подсобке не полагался) и стала думать, с чего начать писать объяснительную. Да и что писать? Избили бывшие одноклассники во дворе и кинули важные документы в лужу? Опять переживать по новой это унижение.  

В подсобку с ручкой и листом бумаги зашла Яна.  

— Вот, — она протянула Оливе ручку и листок, — Пиши, всё образуется. Только сначала успокойся. Слезами горю не поможешь...  

— Сволочи, — провыла Олива сквозь сжимавшие горло рыдания, — Одиннадцать лет в школе мучилась… Думала, закончу — вздохну свободно. Так нет...  

— Да уж, — вздохнула Яна, — Но ты сама виновата. Ты так себя поставила, что каждый тебя может пнуть. И одеваешься, ты меня извини, конечно, но реально как бомж. Может, в деревне где-нибудь такое и прокатило бы. Но ты же не в деревне.  

— Тебе легко говорить, — вяло огрызнулась Олива, — А на что бы я себе одежду купила? Моей зарплаты на еду едва хватает, а родители, сама знаешь. Отец — алкаш, а мать...  

— Ну и что? Можно подумать, у меня отец президент. Но всё равно, я как-то стараюсь… соответствовать, что ли...  

— Тебе легче соответствовать, с твоей внешностью тебе всё легко даётся.  

Олива с досадой отошла к окну, вытирая припухшие от слёз глаза.  

— Эх, уехать бы… Далеко-далеко, где тебя никто не знает.  

— Куда, за границу? — Яна скептически усмехнулась.  

— Почему за границу? Просто в другой город. Пусть маленький, провинциальный. Зато гнобить не будут, как здесь.  

— Тебя везде будут гнобить. От себя не убежишь.  

— А может, убежишь? — с неясной надеждой в голосе проговорила Олива, — Может, я просто родилась не там? Проснуться бы где-нибудь в другой обстановке, среди других людей… Подальше от этой мразоты...  

— Ага, как Алиса в Зазеркалье. Или Элли в Изумрудном городе!  

— Да. А почему нет?  

Яна решительно отошла к двери.  

— Потому что, милая моя, сказок поменьше надо читать. А реальность — вот она. Жестокая реальность, где каждый сам за себя. Где правит закон естественного отбора, оставляя только сильных и убирая слабаков, — жёстко отчеканила она, — Глазки открой.  

 



Оливия Стилл

Отредактировано: 30.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться