Жара в Архангельске

Глава 25

Когда Олива, укравшая Даниила на целый день, уехала, наконец, в свою Москву, он снова появился дома у Никки. И Никки, не упрекая его, не закатывая сцен ревности, снова безропотно, подобно кроткому ангелу, приняла своего любимого. Однако, от неё не ускользнуло то, что он, после этой встречи с Оливой, стал другим, будто его подменили. Задумчивым он стал, холодным и отстранённым, как никогда. И, хотя Никки держалась молодцом весь вечер, под конец не выдержала и, видя, что он вот уже второй час не отлипает от компьютера, переписываясь с Оливой в мейл-агенте, молча ушла на кухню.  

— Что ты делаешь здесь в темноте?  

Никки вздрогнула, но не обернулась. Не зажигая света, она стояла у окна, спиной к стоящему на пороге Даниилу.  

— Я ушла, чтобы не мешать тебе, — сухо проговорила она.  

Даниил подошёл к ней вплотную и встал за её спиной.  

— Но ты огорчена, ведь так?  

— Нет. Всё в порядке, правда...  

— И всё-таки, ты огорчена, — сказал Даниил, осторожно взяв её двумя пальцами за подбородок, — Настолько, что ещё немного — и из твоих глаз брызнут слёзы.  

Никки попыталась отвернуться. Из её глаз уже и вправду катились слёзы. Ей не хотелось, чтобы Даниил видел эту её слабость. Но он, откинув с её лица прядь волос, наклонился, отёр ей слезу и… поцеловал. Сначала в щёку, потом в губы.  

Но Никки уже не могла перестать плакать. Слишком долго она ждала этого момента; но теперь, когда он, наконец, наступил, терпение её уже было на исходе. Рыдания душили её; она отошла от Даниила на другой конец окна и, вздрагивая спиной, уткнулась лицом в тюлевую занавеску.  

— Я устала, Даниил. Я измучилась. Я, конечно, всё понимаю, но это… Это уже слишком...  

Даниил подошёл к ней и обнял сзади за плечи.  

— Неужели ревнуешь?  

— Кто я тебе, чтобы ревновать...  

— Ревнуешь, ревнуешь. И напрасно. Ни она, ни кто-либо другой не сможет занять больше места в моей жизни, чем я позволю.  

— Даже я? — не оборачиваясь, всхлипнула Никки.  

— Стоп! — Даниил развернул её лицо к себе, — Девушка, вы забываете правила игры. Разве этому я вас учил?  

— Конечно, не этому, — она вздохнула, — Ты учил меня не впадать в зависимость от отношений. Ты говорил, что надо любить всех, но никого в отдельности. И тогда, дескать, не будет страданий и разбитых сердец, а будет всеобщее счастье.  

— А почему такой сарказм?  

— Потому что это утопия! — взорвалась Никки, — Ты говорил, не будет страданий, а почему же тогда мне так больно?  

— Я понимаю, что больно, — сказал Даниил, — Но ты ведь сильная. Ты справишься.  

— Я сильная. На мне воду возить можно. И ты этим пользуешься...  

Даниил сел рядом на табуретку и прижался головой к Никкиной спине.  

— У меня с ней ничего не было. Верь мне. Я никогда тебе не лгал.  

— Ничего? Ты провёл с ней целые сутки.  

— Так. Это что, допрос? — шутливым тоном произнёс он.  

— Я просто не понимаю, зачем тебе всё это надо было...  

— Мне жаль её, — тихо проговорил Даниил, уткнувшись лицом в вязаную кофту Никки, — Я просто хотел ей помочь. Просто показать ей, что каждый человек достоин любви. Что любить можно всех, и её тоже. А о нашей тайне знаешь только ты...



Оливия Стилл

Отредактировано: 30.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться