Жёлтый фонарь, или Ведьмы играют честно!

Размер шрифта: - +

Глава 8.1. Путь и не-люди

 

Навагрем

Как путешествуют оборотни? Не на лошадях же? Или в своем втором обличье? А как тогда быть мне? Или Карран отправится сам? Эти вопросы занимали меня до тех пор, пока мы не покинули Волков.

Все оказалось гораздо проще.

Оборотни идут. Не останавливаясь на отдых или еду, не уточняя дорогу или направление, не любуясь открывающимся пейзажем или симпатичной вампиршей у ручья. Эльфы, кстати, поступают так же. По крайней мере, остроухая рабыня, зачем-то нас сопровождавшая, не жаловалась на способ передвижения. Как и Дара, мерно шагавшая рядом.

Некоторое время спустя я начал замечать, что стволы деревьев проносятся мимо слишком уж быстро. Земля мелькала под ногами. Но мы не бежали, нет! Вот только выматывала такая ходьба почище бега.

Близился полдень, а я уже устал. Карран шел впереди, не оглядываясь на спотыкавшееся «потомство», эльфийка смотрела исключительно перед собой, зато орка проявляла поистине материнскую заботу. Насколько я понял, для Дары Няв все еще оставался малышом.

– Привал!

Ее звонкий голос разлетелся по лесу. Как ни странно, оборотень остановился.

– Малыш совсем вымотался! – Орка кивнула в мою сторону. – Ему давно пора обедать.

Карран криво усмехнулся, но перечить не стал. Опустился на землю там же, где стоял, с легкой улыбкой наблюдая за хлопотавшей девушкой. Рабыня устроилась таким же способом, опустила голову на колени и замерла.

Меня накормили, напоили, приласкали… Не скажу, что было неприятно. Вот только в какой-то миг я взглянул на оборотня. Никогда не думал, что увижу такое выражение на лице потерявшего душу… Безграничная любовь… Как же больно ему находиться рядом со мной! Смотреть на родного человека и понимать, что внутри – чужак. Даже не соплеменник, а низшее существо, не способное оценить преимущества своего положения. Жалкий человечишка… Мотылек, чья короткая жизнь неожиданно превратилась в бесконечную.

А ведь я и сам пока над этим не задумывался. Да, ведьмы живут долго, однако это касается ведьм-женщин. У отца тоже есть слабые способности, но он выглядит не старше меня лишь из-за любви мамы. И жить он будет до тех пор, пока жива ее любовь. Наверно, это должно быть страшно – знать, что твое существование зависит от другого человека…

Я никогда не планировал найти возлюбленную, способную поддерживать мою жизнь. И никогда не хотел видеть бесконечность. Рена часто дразнила меня бабочкой-однодневкой… Кажется, сестра была права. До сих пор план моего будущего выглядел донельзя простым: нагуляться, остепениться, состариться и умереть в окружении внуков. Как несколько моих дядь и теть, не унаследовавших от бабушки силы. Она редко вспоминала о них…

А как жить, когда знаешь, что впереди – вечность?

Карран заметил мой взгляд. Поднялся. Молча пошел по едва заметной тропе. Рабыня двинулась следом, мы с оркой – тоже.

Деревья, кусты, трава, песок… Море!

Мелос располагался на полуострове, соединенном с континентом узким перешейком. Город-порт, ага. И он процветал. Даже Ландар не мог похвастаться таким кипением жизни в своих окрестностях.

Это ложь, будто Пустошь полностью изолирована от остального мира и не ведет торговли ни с кем. В некотором отдалении стояли корабли, на одном из которых я смог рассмотреть гартонский флаг. Да что там флаг, достаточно было взглянуть на его паруса. Золото и лазурь – цвета короля Геданиота. А еще дальше покачивалось торговое судно веллийцев. И многочисленные лодки не-людей.

Город не имел ни врат, ни стражи. Путника могли ограбить посреди белого дня, но неписанные правила запрещали мстить сумевшему постоять за себя. В Мелосе можно было купить все что угодно, и продать – тоже. Выиграть несметные сокровища и удачно жениться. Найти клад и получить в подарок пол-улицы. Потерять жизнь за медную монету и родных – за сребрик.

Здесь не существовало ни тюрем, ни правителей. Вернее, официальных правителей… Все знали, кому следует поклониться, чтобы дом оставался на месте, товары никуда не девались, а на родственников не нападал внезапный мор.

Три квартала – Жилой, Торговый, Игривый. Редко кто из приезжих бывал в первом. Не потому, что не интересно, нет! Коренные жители не любили чужаков, и почтенный старец, забредший под стены родового гнезда мелосца, чаще становился кормом для рыб, нежели забулдыга, не нашедший монету расплатиться в Игривом квартале.

Вольный город… Да, его жители и гости были свободными. Рабы – всего лишь товар, чего их учитывать?

Когда мы подходили к Мелосу, Карран вполголоса приказал:

– Занора, сними ошейник.

Эльфийка начала неуверенно протестовать, но под немигающим взглядом оборотня повиновалась. Символ рабства полетел в одну из куч мусора, присутствовавших здесь в несметном количестве. Длинноухая опустила голову, словно стыдясь его отсутствия. Она что, с детства мечтала стать рабыней?

И мы вошли в город, из-за жителей которого всех не-людей Пустоши называли потерявшими душу.

***



Елена Гриб

Отредактировано: 17.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться