Жемчужная принцесса, рубиновый король. Отбор для дракона

Глава 11

Проклятая слабость!.. Да сколько ж это еще будет продолжаться?..

Аллен Варрлей покачнулся и оперся о перила императорской ложи, скрытой от посторонних взглядов плотными шторами. И какого рокка он приперся в этот храм? Кому это нужно? Здесь и без него прекрасно справляются. Да и, по большому счету, плевать, кого Рахун определит ему в пассии. Была б его воля, вообще отменил бы этот Отбор ко всем демонам. Но нет: законы, правила, традиции… Император обязан следовать им, дабы не пошатнуть устои и не лишиться уважения подданных. Смешно. Подданным нужен хлеб и зрелища, не более того… А Отбор будущей Императрицы – еще то зрелище. Развлечение для всех, кроме самого Императора.

– Ваше Императорское Величество, как здравие? – мужская рука легла Аллену на плечо. Похлопала лишь слегка, а казалось, будто камнем к земле придавило.

– Так прекрасно себя еще никогда не чувствовал, – мрачно отозвался он, не оборачиваясь.

– Да уж, брат… Выглядишь чуть лучше покойника, – с усмешкой протянул гость.

– Спасибо за комплимент, – Аллен даже не попытался усмехнуться в ответ. – А ты где задержался? Мне доложили, что Его Величество Бертон Варрлей уже вчера прибыл в Турмалин.

– А, дела были, – весело отмахнулся «Его Величество Бертон Варрлей». – Навещал одного знакомого. Инкогнито.

– Знакомого или знакомую? – Аллен все же криво улыбнулся.

– Да какая разница? – ухмыльнулся Бертон. – А что, какие-то проблемы?..

– Считаешь, если Король Изумрудных Долин спокойно разгуливает по столице соседнего государства без охраны, да еще и посещает неизвестно кого и, предполагаю, ночует там же, это «никаких проблем»? – поинтересовался Аллен.

– Я же сказал, что делал все это инкогнито. Ни единая душа не догадывается, кем я являюсь на самом деле. Да и кому нужен Изумрудный Король? – Бертона трудно было призвать к совести и разуму. – То ли дело Ваше Рубиновое Величество… Кто ж тебе смерти желает, а? Не выяснили еще? – уже без улыбки спросил он.

– Нет, – покачал головой Император. – И даже трудно представить, кто мог воспользоваться запретной магией… Одно ясно: кто-то из Высших. Остальным эту магию укротить не под силу.

– А ты не думаешь, что к этому могут быть причастны мареги? – Бертон задумчиво потер подбородок.

– Жемчужники у нас первые в списке подозреваемых, – отозвался Аллен. – Но сам понимаешь, насколько трудно это проверить…

– Да уж…– вздохнул Бертон и, следуя примеру брата, облокотился о перила. – Ну а там у нас что? – он кивком показал вниз, где у алтаря бога Рахуна шел ритуал распознавания крови. – Как невесты?

– Не знаю, – Аллен устало провел ладонью по лицу. – Никого не различаю… Блондинки, брюнетки, рыжие… Все как одна. Ладно…– он отпрянул от перил. – Пойду… Надоело…

На самом деле на Аллена вновь нахлынул приступ слабости, до тошноты, до позорной дрожи в коленках, но признаться в этом кому-то, пусть даже брату?.. Нет, ни за что. Да и ритуал, по правде говоря, его тоже не интересовал. Как и сами невесты.

– Не хочешь досмотреть? – окликнул его Бертон. – Скоро уже конец… Вон, две девицы остались… Ух ты, глянь, какая сочная графиня… И, главное, из моих, изумрудочек…

– Смотри сам, – Аллен уже кое-как дошел до выхода из ложи. – Потом расскажешь…

– Постойте… Кто это? Неужели…– донеслись до него удивленный возгласы брата, но он уже не стал оборачиваться и уточнять, в чем там дело.

Единственное, что сейчас ему было нужно – поскорей очутиться в тишине и темноте своей спальни и выпить лекарство.

Слабак! Какой же слабак! В эти минуты Аллен себя просто ненавидел. Прошло уже три дня, а он только сегодня встал на ноги. Да и где тут «встал»? Как бы снова не рухнуть… Еще и на глазах прислуги. Нет, никто не должен видеть, как ему плохо…

– Ваше Величество, вам помочь дойти до дворца? – сделал шаг навстречу один из гвардейцев, что охраняли ложу.

– Я сам, – излишне резко отозвался Аллен и пошел вперед.

Гвардеец послушно отошел, а затем вместе с сотоварищами поспешил за Императором.

Раньше расстояние от храма до дворца Аллен преодолевал за несколько минут, теперь же это заняло у него не меньше четверти часа. Еще и испарина на лбу выступила. Спина тоже взмокла, и до раздражения хотелось скинуть с себя камзол и рубашку прямо здесь, на тисовой аллеи, наплевав на все приличия и собственный статус. Но Аллен держался, держался из последних сил, пытаясь не обращать внимания на вновь и вновь накатывающие волны дурноты.

Он почти ввалился в свою комнату и, придерживаясь за мебель, дошел до кресла. Упал обессилено в него, закрыл глаза. Нащупал рукой на столике колокольчик и позвонил в него, призывая служанку. Инга явилась почти в ту же секунду, замерев в дверях.