Жена по обмену

Font size: - +

Глава 3

Понятия не имею, чему учат каких-то там сати в каком-то там пансионе при монастыре. Но чай заваривать я умею. Если бы Хэл не был таким противным, еще бы и кекс испекла. Или оладушки со сгущенкой.

— За обучение заплачено столько, что Тамани должна уметь все, — несмешно шутит «дядя».

— В накладе вы все равно не остались, — замечает Бэл. — Сати Тамани принесла вам гораздо больше, чем ваши заводы.

А вот это уже интересно! Надо будет расспросить об этом Мину или лекаря — если Анри приставлен ко мне с детства, то должен знать, что за странные намеки делает главный жрец.

— У Тамани хорошее приданое, — веселится Виллин. — Многим сати, явившимся на отбор, приходится жить в небольших домах вместе с дуэньями, другими кандидатками и слугами. А у вас целый особняк.

Не слишком ли важничают эти парни, с чего им такие почести? Понятно, хороши внешне и наверняка образованны по меркам этого мира. Но куда им столько девушек?

— Какой чай вам принести? — уточняю у Хэла. — С молоком, сахаром?

Кажется, опять что-то не так ляпнула. Бэл и Виллин переглядываются, дядя багровеет.

— Молоко — священный продукт, разве можно его добавлять в чай? — недоумевает Хэл.

Алия мерзко хихикает за моей спиной. Ей никто не разрешил приблизиться к почетным гостям, вот и пользуется моментом.

Мысленно желаю ей провалиться. Быстро спохватываюсь — а ну, как тело Тамани помнит нужный финт руками и действительно избавится от Алии. Так лучше не рисковать. Найдется другой способ проучить «сестренку».

— Вы же главные жрецы, — иду ва-банк, обозначаю поклон перед гостями, — вам все можно.

Хэл, как большой кот, довольно щурится и откидывается на спинку кресла. Злость испаряется, сменяясь самодовольством.

Эх, знала бы, как ему понравится замечание, молчала в тряпочку.

— Принеси с молоком, попробую, — разрешает Хэл. — Хотя и не очень представляю, как оно будет сочетаться с чаем.

— И мне, и мне! — клянчит Виллин. — Это будет интересно.

— Мне тоже, будь добра, — улыбается Бэл. — Знаешь, магический сон пошел тебе на пользу. У тебя появились интересные и необычные идеи.

Вот, вроде бы, хвалят, а я напрягаюсь. Кому вообще поклоняются жрецы, кому служат? Вдруг непрошенные гостьи у них не в почете. Еще на жертвенный алтарь отправят.

Быстренько удаляюсь из зала. На ходу киваю Мине, чтоб помогла справиться с заданием. Пусть хоть кухню покажет — сама я опять заблужусь в этом гигантском особняке.

— Если удивите жрецов, вам это зачтется при отборе, — замечает служанка. — Как ловко вы придумали, сати Тамани!

Нашла, чему радоваться. Вот если бы я нашла способ вернуться в свое тело — другое дело. А то, что польстила каким-то жрецам, мало трогает.

На широкий серебряный поднос устанавливаю чайник, чашки, сахарницу и молочник. Мина добавляет засахаренные фрукты и крошечные галеты.

— Тогда и варенье тащи, — предлагаю я.

— Что это? — удивляется служанка. — Если один из рецептов вашей матушки, то лучше забудьте. Магические продукты, неодобренные жрецами, нельзя вносить в дом механиков.

Задумчиво кусаю нижнюю губу. Смотрю на Мину с сомнением.

— Когда мать погибла, сколько мне было? — все же задаю этот вопрос.

— Три полных чаши Великой Матери, — улыбается Мина. — Меня к вам приставили, когда наполнилось двенадцать.

С шумом пропускаю воздух через плотно сжатые губы. Мне бы сюда переводчика. Или хоть толкователь неизвестных выражений.

— Спасибо, Мина, ты мне очень помогла, — улыбаюсь служанке.

Она же не виновата, что я ничего не поняла из ее тарабарщины. Сколько это — полная чаша? Тринадцать месяцев или больше?

От недостатка информации едет крыша. Но узнать все и сразу — значит, выдать себя. Правда, и затягивать не стоит — через много ударов барабана уже не спишешь забывчивость на магический сон.

Подхожу к гостиной, распахиваю двери.

— Вот и наш чай! — довольно потирает ладоши Бэл.

Прохожу мимо Алии — та пытается поставить под ножку. Вовремя замечаю и отхожу подальше.

— Надеюсь, вам понравится, — замечаю искренне.

Разливаю чай по трем чашкам. Замираю, не зная, кому подать первому. Хэл, Бэл и Виллин тоже напряглись, ждут.

— Простите, у меня руки дрожат, — произношу растерянно и пододвигаю поднос в центр стола. Пусть сами берут, не маленькие.

— Никогда прежде не принимала высоких гостей, а, сати Тамани? — ехидничает Виллин.

Первым берет чашку, прихлебывает. На лице его отображается удовольствие.

Бэл и Хэл берут чашки одновременно. Пробуют. Засыпают меня похвалами.

— Надо будет предложить попробовать верховному жрецу, — замечает Бэл. — Инке сумеет оценить напиток по достоинству.

— Может быть, пригласим сати Тамани к нам в пирамиду? — играет бровями Виллин. — Пусть сама подаст изобретение к столу.

Михо напрягается. Кажется, даже дышать перестает. Алия забывает, что нужно моргать.

Бэл и Хэл переглядываются. Первый кивает, соглашаясь. Второй раздумывает.

— Не думаю, что это хорошая идея, — вступаю я. Вижу, как обиженно вытягивается лицо Виллина. — Нет, я очень признательна, сочту за честь. Но магический сон… Иногда мне трудно вспомнить самые простые вещи. Не хотелось бы упасть в грязь лицом перед верховным жрецом.



Соловьева Елена

Edited: 17.01.2019

Add to Library


Complain about a subscription