Жизнь через хоган

Размер шрифта: - +

Глава 9. Арки и купол

После Противостояния прошло чуть больше месяца когда на кухне Вадим вдруг встретил Лиз. Она была спокойна и весела. Он с чувством раскаяния подумал, что с той ночи на берегу так ни разу к ней и не подошел, но девушка даже виду не показала, что тот разговор у них был. И он махнул рукой: Лиз сделала свой выбор и не ему вмешиваться в ее дела. Магду он время от времени видел в столовой, но она перестала заходить в Пещеры, так что общения не получалось. Девушка сторонилась его, а он не навязывался. Взятые на себя профессиональные обязанности перевешивали желание ввязаться в какие-либо личные отношения. К тому же компания соратников у него подобралась отличная и дефицита в общении он не испытывал.

На кухню он теперь заглядывал только чтобы проведать своих учеников по огню. Всего их было трое и они посменно теперь укрощали пламя под многочисленными сковородами, котлами и чанами. Практикум управления кострами Вадим провел с двумя десятками колонистов, но лишь трое влюбились в эту работу так, что отогнать их от очагов теперь было непросто. На них-то он и переложил все свои дежурства по кухне, разве что забегая время от времени проведать как у них идут дела.

Он был рад, что Соров подсказал ему воспитать учеников для работы с огнем. Работы у него теперь было очень много и на кухонные дежурства времени не оставалось.

Вначале он нарисовал проекты арок и передал их на Землю, попросив переслать в его архитектурную мастерскую — как бы ни хотел он все сделать сам, но специалистов по материалам и расчетам конструкций здесь не было. Теперь конструкции уже были доставлены на Арзюри и смонтированы. Заодно появилась новая должность, которую назвали «мастер укрытия» — два человека дежурили весь день, передвигая раз в два часа солнцезащитные пленки, прикрывая столовую и оба палаточных лагеря. Народ ликовал — в палатках стало намного прохладнее и в них можно было находиться даже днем. Впрочем, большинство продолжало по привычке спать на воздухе, под навесами своих палаток, забираясь внутрь лишь в непогоду, которая была здесь крайне редко.

Покончив с арками, Вадим точно также спроектировал два купола: один очень длинный и невысокий для реки, второй глубокий и обширный для озера. Со следующей оказией и эти проекты отправились на Землю. Все бумаги были успешно доставлены и приняты, но ответа теперь нужно ждать — ближайшие четыре недели никто из колонистов своим хоганом перемещаться не собирался.

Этот пакет с проектом куполов он передал на Землю с одной из девушек, живущей в верхнем лагере. Вернувшись, она рассказала, что сама отвезла пакет в его мастерскую, но, увы, Ваади там не было. По словам сотрудников, он уехал в Японию и вернется не скоро. Вадим заволновался: неужели с его японским куполом что-то не так?

Он настолько закопался в свои проекты, что совершенно забыл о расследовании разгрома часовой мастерской и двух убийств. Опросив всех лентяев и передав Сорову все свои заметки, Вадим от дальнейших следственных действий уклонился, погрузившись в другие дела.

Да и с занятиями стало полегче. Только теперь стало очевидным, насколько разными они оказались со своим двойником. Преподавать галактическую каллиграфию он не мог, ибо так и не освоил навыки письма — этот предмет взяла на себя учительница испанского из верхнего лагеря, физику гораздо успешнее преподавал Соров, который заодно начал вести биологию и геологию, ранее лежавшие на плечах Ваади. Так что на долю Вадима остались лишь черчение и математика. Так что занятия у него были теперь через день, по утрам, после чего он заваливался спать.

Как-то раз сразу после урока его попросили подежурить днем на визитнице — плановые дежурные еще не вернулись из похода в горы и, скорее всего застрянут там до завтра, а все остальные уже легли спать, так что...

Вадим, еще в запале после успешного занятия, где он показывал как чертить дуги для арок, которые будут вскоре смонтированы над обоими лагерями, не раздумывая кивнул и кинулся за одеждой и едой. Собрав легкий рюкзачок, он направился в сторону визитницы. Подходя к тропинке, ведущей к палатке Мигеля, он услышал громкие голоса. Вадим даже сразу не сообразил, что разговор ведется на испанском, а не на галактическом. Голос Мигеля был горяч, но насмешлив, а вот второй голос принадлежал Хуроту и он явно кипел от злости, осыпая соперника ругательствами. Затем хозяин палатки расхохотался, а гость выскочил на тропинку, бурля негодованием.

Отношения с Хуротом у Вадима, увы, не заладились. Школьный куратор был недоволен тем, как и какие новый учитель ведет уроки. Несколько раз Вадиму уже намекали, что куратор настраивает против него учеников, говоря, что ничему дельному они у него не научатся. Вадим думал, что тот просто скучает по Ваади, с которым дружил, поэтому и перенес свое раздражение на прототипа. Такую позицию можно было принять, но представить, что общего могло быть у его двойника с этим не слишком приятным и высокомерным типом, не получалось.

— Почему на занятиях? Сегодня же твой день? — рявкнул Хурот, разъяренный тем, что его ссоре нашелся свидетель.

Вадим не разобрался в чувствах куратора и внутренне ухмыльнулся: своими повадками Хурот вдруг напомнил ему классического строгого директора школы из дешевых мыльных опер.

— Урок уже закончился, все разошлись, — пытаясь сдержать улыбку, ответил он.

— А ты куда намылился? К Мигелю? Какие интересно у вас с ним могут быть общие дела?

Сначала Вадим хотел объяснить, что идет на визитницу, но остановил себя. С какой стати он должен оправдываться?

— Наверное совсем не те, что у тебя с ним, — хмыкнул он, намекая, что слышал ссору.

Хурот сверкнул глазами и направился в сторону Пещер, задев плечо-в-плечо Вадима, который отвечать на грубость не стал, а просто продолжил свой путь. Хорошее настроение от успешного урока согревало его почище солнца.



Лолита Волкова

Отредактировано: 20.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться