Жизнь и приключения Геныча на Баме

Часть 22

41.

С наступлением зимы вновь появились обычные для этого времени проблемы. Постоянная нехватка воды, необходимость постоянной заготовки дров, накопление бытового мусора и мн. др.

Воду в городок привозили на специальных машинах водовозках. Они были устроены так, что вода в их бочках не замерзала. Жители городка ждали машину с водой, чтоб сделать запас. Она подъезжала к каждому дому и женщины старались наполнить по возможности побольше ёмкостей, чтоб воды хватило на всё необходимое.

Для мусора тоже были специальные машины мусоровозки. Раз в неделю они собирали мусор и отвозили в специально отведённое место. Воду, остающуюся от бытовых нужд, тоже приходилось сливать в одном месте, так как она не уходила в землю, а собиралась на поверхности, образуя ледяные горы. Весной такое соседство при оттаивании собирало кучи насекомых, а запах распространялся на много метров по кругу. Закапывать всё это было нельзя, чтоб не нарушать верхнего слоя мерзлоты, поэтому было принято решение сбить несколько деревянных коробов, куда всё сливалось. Когда они наполнялись замёрзшими помоями, их тракторами оттаскивали на место свалки, а на их место ставили новые ящики.

Дрова заготавливались всё лето, но рубить дрова в болотах сложнее, чем, когда всё замерзает. Да и колоть их легче в мороз, поэтому заготовка дров продолжалась круглый год.

Когда Геныч с Рябининым жили в вагончике, им выделили солдата, который топил у них в вагончике в их отсутствие и заготавливал дрова на ночь. В пик морозов, они ещё пару раз за ночь подкидывали дров в топку. Но всё равно было холодно, можно было утром проснуться и обнаружить, что волосы примёрзли к стенке вагончика.

С переходом семьи Геныча в дом, проблема с отоплением отпала, так как здесь было централизованное отопление, а о его нормальной работе хорошо заботилось начальство. За этим строго следили, малейшая авария немедленно устранялась. Халатность и безалаберность могла парализовать котельную, что бы привело к полной разморозке всей системы за очень короткий срок, что было бы катастрофой для всех жителей домов. Обеспечить всех буржуйками было невозможно, буржуйки стояли в вагончиках и палатках, где жили солдаты.

На зимнее время основной объём работ был заметно сокращён. На это время объявлялся учебный период, и большая часть военнослужащих занималась на учебных занятиях. На работу людей направляли только на сдаточные объекты.

Геныч всё время находился в части и часто забегал домой. Люба уже не работала, не могла. В санчасти в это время больные поступали чаще, она сильно уставала и последние месяцы переносила тяжело. Геныч заставил её сидеть дома и хотел отправить её к матери, но она не согласилась. Боялась одна отправляться в такую даль, а его с ней не отпускали, до отпуска было ещё далеко, а прошлый отпуск он ездил сдавать сессию. Ей предлагали поехать с лейтенантом, который отправлялся в отпуск, но она отказалась. Решила, что будет здесь, рядом с мужем.

Когда до срока осталось пару недель, Геныч решил отправить Любу в роддом раньше, так как на месте подходящего медика не было и её не могли даже нормально обследовать.

Фельдшер, работавший раньше в санчасти, уволился осенью вместе со своим напарником из солдат, срок службы которого закончился тоже осенью. На их место назначили молодого парнишку, закончившего стоматологическое отделение, который мог разве что только зубы вставить кому-нибудь из солдат после проявленного усердия дедушек в процессе воспитания молодого пополнения.

- Я поеду к Палычу! - заявила Люба. –Только ему я могу доверить рождение нашего ребёнка.

-Далеко до Палыча… - попробовал возразить Геныч, но и сам понимал, что выбора у них нет, нужно решать, как её туда доставить.

Трясти сотню километров по таким дорогам было опасно. В таких условиях могло всё начаться преждевременно где-нибудь в дороге. Отсутствие медика и погодные условия могли привести к необратимым последствиям и Геныч не стал рисковать.

Он отправился со своей проблемой в штаб.

Предложение привезти доктора в часть было отклонено сразу. Больницы переполнены, медиков не хватает, отсутствие доктора на месте могло стоить кому-то жизни. Было решено отправить её на вертолёте, но на территории части в настоящее время не было расчищенной площадки, способной принять вертолёт. Он садился в соседнем посёлке, а до него нужно было ещё добраться.

Люба решила, что они пойдут пешком. До посёлка было километра три по прямой и в снегу была протоптана тропинка. Машиной было намного дальше, и она не захотела, побоялась тряски.

Они отправились рано утром, чтоб успеть к вертолёту. Тропинка была хорошо протоптана, но местами встречались заносы, через которые Люба с трудом перебиралась, проваливаясь в снег. Уже к середине пути Геныч был не рад, что послушался её и согласился на это путешествие. Случись с ней сейчас что-нибудь, и им никто бы не помог, а взять кого-нибудь с собой из части Геныч не догадался.

Но к счастью, всё обошлось. Они благополучно добрались до нужного места, погрузились в вертолёт и добрались до госпиталя.

Обратно Геныч добирался на попутках. Транспорт в это время ездил редко и домой Геныч попал уже к ночи, озябший и уставший.

42.

Через семь дней Геныч получил известие, что у него родился сын. Крепкий, здоровый малыш, весом 3.300

-Ну что, лейтенант Игнатов. Наши ряды пополняются. Сын у тебя! Солдат! - сообщил комбат Генычу, вызвав его в штаб. - Как назовёшь?

Геныч слегка растерялся. Он не предполагал, что его вызвали специально для этого.

-Ну, что молчишь? Или не рад?

-Конечно рад, товарищ майор!

-Ну вот! С тебя причитается. Как назовёшь-то?

-Сергеем.

-В честь друга твоего...-лицо комбата помрачнело. - Что ж, правильно. Как он, кстати? Не слыхал?

-Дарья писала, идёт на поправку, но медленно. Получает пособие по инвалидности.