Жизнь наискосок: Вишнёвые сны

ЧАСТЬ 3. МЫ НАЙДЁМ ДРУГУЮ ДВЕРЬ (продолжение 2)

В воскресенье я заболела. С самого утра заложило нос, противно царапало горло, хотелось лежать под одеялом и ничего не делать. От одной мысли о том, что завтра начнется новая рабочая неделя со всеми ее планёрками и прочими прелестями, ко мне опять подступала депрессия.

Да уж, а говорят, что на работу надо ходить с радостью. Мне это в ближайшее время точно не грозит. Я не только не могла привыкнуть, а даже наоборот: чем больше времени проходило с момента моего устройства, тем больше меня всё это напрягало. Как я ни гнала от себя эти мысли, но никак не могла избавиться от ощущения, что я как будто не отсюда, я – кусочек из другой мозаики.

Особенно явственным оно становилось именно по выходным, когда время замедлялось и я была предоставлена самой себе.

Я пила кофе с мёдом, обложившись подушками, и смотрела какой-то подростковый сериал про танцоров. Там была девочка, которую все считали гадким утёнком, потому что она танцевала не так, как остальные. Не лучше и не хуже, просто не так. Я её очень хорошо понимала.

Почему-то именно сейчас вспомнилась картинка, которую я когда-то увидела на просторах  контакта: в головку чеснока вставлена долька от мандарина, и подпись:

«Если вы подходите, это ещё не значит, что вы на своём месте».

Вот и у меня – вроде всё так, но что-то не то. Это чувство угнетало похуже заложенного носа и больного горла. Мало того, скорей всего, я и заболела-то именно из-за него. Как там нас учили в тренинговом центре? Психосоматика всякого рода ОРЗ и ОРВИ – в чистом виде нежелание работать. Очень на то похоже.

Я вздохнула, перевернулась на другой бок и закуталась глубже в одеяло. Неужели так будет всегда? Надо с этим что-то делать.

Ну допустим, но что? Увольняться в никуда через месяц с небольшим? Опять искать работу? Испортить трудовую, а потом объяснять на собеседованиях, почему так мало проработала?

Нет, это не вариант. А если не в никуда?.. Уже лучше, но это же надо искать, ходить на собеседования…  Когда я буду этим заниматься? И кто меня туда будет отпускать, интересно знать, особенно если учесть, что я работаю у чёрта на рогах?..

Да, кажется, теперь я понимаю, что такое тупик. Это когда и то, что есть, не нравится, и сил что-то менять нет. Может, попробовать расписать плюсы и минусы своей работы, чтобы принять взвешенное решение?

Хотя, что там расписывать, я их и так знаю: из плюсов – одна Наташа, из минусов – всё остальное. Даже зарплату, которую Валерия называла мне на собеседовании, на время испытательного срока сократили на 20%, причем поставили меня об этом в известность уже после трудоустройства. Может, конечно, и не критично, но как минимум неприятно.

Я уж молчу про невероятно долгую дорогу и  адские пробки каждое утро и вечер, отнимающие драгоценное время жизни, которого и так мало. Какие тут поиски другой работы, когда приезжаешь домой еле живая. Да уж, Полина, поздравляю, похоже, ты застряла на подводной лодке…

С этими невесёлыми мыслями я провалилась в болезненный сон.

Мне приснился тренинговый центр. Арина, Паша, Вика, Алиса, Дима, Олег…

Мы сидели всей командой в нашем уютном офисе на Кирова и играли в Свинтус.

Дело было, кажется, в обед, потому что в окно заглядывало яркое солнце и светило мне прямо в правый глаз, я щурилась и уворачивалась от назойливого луча, параллельно пытаясь незаметно заглянуть Диме за плечо, чтобы подсмотреть его карты…

– Я всё вижу, – сказал он, но карты прятать не стал. Мы с ним давно играли заодно против Арины и Паши, у нас был молчаливый сговор, и все в офисе об этом знали.

– Поля, твоя очередь ходить, – сказала Арина.

Я мельком взглянула на карты, выбрала, какой сходить, и уже хотела положить, но неожиданно зависла с картой в руке…

Я понимала, что это сон. Я смотрела на них, а они на меня. В их взглядах читалось разное: у Паши – дружелюбный интерес, у Алисы – выжидательное любопытство; Вика смотрела оценивающе, её тогда ещё парень Олег – как всегда, насмешливо, Арина – пронзительно и с каким-то странным пониманием, как будто хотела сказать: «Я всё знаю»…

Они смотрели и ждали, а я не могла от них оторваться. Я знала, что вот-вот проснусь, и хотела запомнить этот миг и каждого из них в нём. Солнце из обеденного вдруг превратилось в вечернее, оно больше не слепило, но подсвечивало офис приглушённым оранжево-алым светом…

Дима справа легонько постучал меня по плечу и спросил:

– Ты ходить будешь?..

Я растерянно повернула голову. Он смотрел на меня с добродушной усмешкой. Рядом с ним летала, назойливо жужжа, большая разноцветная муха.

Я открыла было рот, чтобы  спросить, откуда она взялась в нашем офисе, и тут кто-то крикнул:

– Хлопокопыт!.. –  и все засмеялись, а я открыла глаза.

Проснувшись, я сначала не поняла, почему жужжание из моего сна продолжается наяву. Потребовалось несколько секунд, чтобы до меня дошло, что это вибрирует мобильный. Я наощупь протянула руку, всё ещё не понимая до конца, что происходит и какое сейчас время суток, почему-то подумала, что приехал Боря.