Жизнь за кулисами

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 2. В которой встречаются две бывшие подруги

Наконец, её мучения закончились. Под утро, неутомимый любовник пресытился любовными ласками и оставил Асю в покое, к её великой радости. В жизни, также как и на сцене, ей приходилось всё время кого-то или что-то играть. Даже во время секса, ей приходилось изображать безумное сладострастие, в то время как на самом деле, она не чувствовала, абсолютно, ничего. Нет, чувствовала - острое желание, чтобы всё это как можно скорее закончилось. Ну не проснулась в ней ещё чувственность, и проснётся когда-либо - это было под большим вопросом. Её возлюбленный не переживал, испытывает ли его партнёрша сладострастие на самом деле, или, всего лишь, изображает его. В его голове «по умолчанию» считалось, что иного не может быть. Уж если любовник он - то это уже говорит о том, что его избранница должна быть неимоверно счастлива и, естественно, что она должна, нет - просто обязана, испытывать «непередаваемые ощущения».

Они проснулись в четвёртом часу пополудни и почти без одежды (разве можно считать одеждой прозрачный пеньюар и стринги на ней и боксеры на нём) босиком, почти наперегонки, помчались в кухню. Любовный поединок отнял силы, и надо было срочно возместить энергозатраты. «Добрая фея» уже позаботилась о них: в холодильнике стояли два больших бокала с красивыми и очень полезными коктейлями, лёгкий завтрак для неё и полноценный для него, включающий в себя его любимые блюда - огромный кусок черничного пирога, большой хорошо прожаренный кусок мяса с картошкой фри. Ася вздохнула при виде изобилия еды и, стараясь не смотреть в тарелку возлюбленного, грустно ковыряла ложкой в своей тарелке - каша на воде, нежирный творог, хлебец с ломтиком сыра - это и был её завтрак.

— Как тебе премьера? — о чём ещё могла вести речь артистка театра оперы и балета? Конечно же, только об этом! — Я тебя не видела в зале, ты сидел не на своём месте?

— Занят был, посмотрел немного и уехал, — ответ был только отчасти правдивым. Он, и в самом деле, ненадолго заехал в театр, посмотрел - надоело, и уехал домой.

— А-а-а! — протянула она, — успех был ошеломляющий! Впрочем, как и всегда, — добавила она слегка утомлённым голосом. — Мне все наши балерины безумно завидуют! Хоть бы пытались скрывать! Так нет - только и стараются что-нибудь неприятное сказать! — уже не скрывая раздражение, продолжила Ася.

— И чему они завидуют? — не отрывая взгляда от тарелки, спросил собеседник, увлечённый едой.

— Моему таланту! Чему же ещё! — не задумываясь, ответила она.

Он вскинул на неё удивлённый взгляд:

— Чему завидуют? — уточнил он.

— Моему таланту! Ну, наверное, ещё моей красоте!

— Ты считаешь себя талантливее, чем остальные девчонки?

— Ну, конечно! Даже странно, что ты задаешь такие вопросы! Если бы я не была такая талантливая, разве я была бы прима?

— А близняшки - они менее талантливые, чем ты?

— Как ты можешь сравнивать их и меня? — искренне удивилась Ася, — у них просто хорошая школа, техника танца! И всё! Просто хорошо танцуют! Они танцуют, а я порхаю по сцене как бабочка, именно с бабочками сравнивают истинных талантливых балерин от тех, кто просто «тупо» оттачивает мастерство.

Его глаза блеснули холодным стальным блеском - это был знак, не предвещавший ничего хорошего, но Ася, в порыве самолюбования, не заметила ошибки, и даже не поняла, что это была её ошибка № 1.

— Сколько мы вместе? — задал он, казалось бы, невинный вопрос.

Она посмотрела на потолок, мысленно высчитывая примерную дату их первого знакомства и вычитая её из сегодняшней даты:

— Около двух лет.

— Хорошо! Это ты помнишь! — продолжил он голосом, не предвещавшим ничего хорошего, — до нашей встречи кем ты была?

— Балериной! Кем же ещё! — она оставалась в счастливом неведении того, к чему он подводил.

— До нашего знакомства ты была на ведущих ролях? — спросил он её прямо, — где ты танцевала?

— В массовке, в кордебалете, — призналась она, — но я была только начинающая свой путь в искусстве балерина. За два года полностью раскрыла талант, меня заметили и теперь я - прима! Не каждая девушка в театре за короткий срок достигнет таких результатов! — хвастливо закончила она речь.

— То есть, ты хочешь сказать, что это целиком и полностью твоя заслуга - то, что ты сейчас прима-балерина?

— Конечно! — она сделала удивлённое лицо, — яркий талант, красивая внешность, ну и, конечно же… — она помолчала.

— Что «конечно же»? — он дал ей ещё один шанс исправить пошатнувшееся положение, но она не поняла. Асе надо было тонко уловить его изменившееся настроение и выправиться: «Конечно, если бы не ты - я бы не была тем, кем я сейчас являюсь! Именно благодаря тебе, твоей помощи, твоим связям раскрылся мой потенциал! Кто я была до тебя? Никто! Балерина, танцующая в массовке! Таких как я много, и все талантливые! Это ты сделал из меня звезду театра оперы и балета!» Асе надо было сказать эти слова, со слезами благодарности на лице. И может быть, всё пошло бы по-прежнему. Но она не поняла, не уловила, и это была её ошибка № 2.



Ирина Шолохова

Отредактировано: 28.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться