Жизнеописание Рутгерты Цимус

Размер шрифта: - +

Глава 2

  Кто был этот таинственный колдун, одетый для путешествий, так и не удалось выяснить. "Мы не разглашаем личности наших клиентов". Конечно. Вернули хотя бы украденные деньги, и то хорошо. С другой стороны, от этого знакомства могло получиться только хуже. Во всех книгах так описывали злодеев: высокий, сухощавый, с длинными тёмными волосами, забранными в тугую косу, с острым лицом, как клюв хищной птицы. Тонкий рот, колючий взгляд... Настоящий злодей. Он бы ей никогда не помог.

  Ведь герои всегда носили сверкающие доспехи, лучезарно улыбались. У них были голубые глаза и белокурые вьющиеся кудри... как у принца Дастина. Рутгерта вздохнула. Какие-то короткие мгновения она даже верила, что влюбилась в него, в своего принца. Письма, которые он писал, его портрет, хранившийся в гостиной... Всё осталось в прошлом. Теперь она не принцесса. Она колдунья. Ещё даже не ученица, но уже колдунья.

  Дорога к Дому-на-Скалах была продолжением главной портовой улицы. Мимо складов, кабаков и ночлежек, вдоль свалки на окраине, вверх и вверх, петляя меж скал, она вела к вершине утёса. Внизу бушевало море, а здесь свистел пронизывающий ветер, который могли перекричать лишь чайки. А дальше по гребню стоял он, Дом-на-Скале. Высокий белый маяк, похожий на гигантскую свечу. Возле его подножия приютился дом, как неряшливое гнездо, прилепившееся сбоку.

  По подворью бродили куры и из печной трубы вился тонкий дымок. Дверь в слегка покосившийся сарай была приоткрыта, но там никого не оказалось. Кроме кур, колдун другой живности не держал.

  Дверь в дом была сколочена из массивных дубовых досок. Ручки у неё не оказалось, но посередине, на высоте глаз, к ней был приделан массивный дверной молоток чёрного железа. Чудовище, смесь дракона и небесной собаки сжимало лапами тяжёлое кольцо. Рутгерта постучала. Подождала. Ещё постучала, и ещё подождала. Никто не отвечал. Неужели никого нет дома? Но кто оставит огонь без присмотра? Рутгерта спустилась с крыльца,чтобы посмотреть не привиделся ли ей дым из трубы, и тут увидела полустёршиеся буквы на дверной арке.

  Щурясь и водя пальцем по старому камню, она, наконец, смогла прочитать надпись. "Скажи друг и войди". Буквы были выбиты в старинном стиле, как было модно больше ста лет назад. Что бы эти слова могли значить? Всё указывало на то, что дверная арка намного старее самого дома и скорее всего попала сюда случайно. Возможно, где-то недалеко есть старые развалины, материал которых использовали для строительства?

  Ветер пронизывал до костей и несмотря на тёплую одежду (а Рутгерта надела в несколько слоёв всё, что у неё было) она почувствовала, что дрожит. Стоило вернуться в порт и подыскать себе комнату. А завтра утром вернуться и попробовать снова. Ведь колдун не может отлучаться надолго - кто-то обязательно должен присматривать за маяком.

  Но что за дурацкая надпись? Если бы она ничего не значила, вряд ли бы Великий Даррах оставил её. Он же колдун, один из самых могущественных колдунов. Но вокруг не было видно ничего колдовского, волшебного. Обычные куры, обычный сарай. Обычные стёршиеся ступени крыльца. Даже маяк обычный - Рутгерта видела похожие на побережье в Кри. Никто ведь не будет над ней смеяться, если она это скажет. Здесь нет никого, кто бы услышал. Она сама не была уверена, что услышит собственный голос, так громко свистел в скалах ветер.

  - Друг!

  Чудовище, державшее дверной молоток, резко открыло железные глаза и уставилось на девушку.

  - Друг, говоришь, - скрипучим голосом произнесло оно, внимательно изучая опешившую гостью. - Ну, входи.

  И дверь открылась.

  В сенях стоял запах старой кожи, хвои и трав, почти как в лесу. Большая комната оказалась смесью гостиной и кухни, как в охотничьем доме, где почти всю жизнь прожила Рутгерта. Почти половину противоположной стены занимал большой очаг. За его решёткой тлели угли. Рядом с очагом стояли два старых кресла. По резьбе на изголовьях и ножках было понятно, что когда-то они были частью дорогого набора, но сейчас обивка выцвела от времени и долгого использования. Вдоль левой стены расположилась кухня - столы, навесные шкафчики с множеством посуды. Сквозь стекло одного из шкафов виднелись позолоченные чайные чашки. Рядом с мойкой было большое окно, такое же, как и справа от двери, составленное из кучи стёкол разной формы и цвета. Такой сложной рамы Рутгерта ещё никогда не видела.

  Слева и справа от очага было ещё две двери, обе оказались заперты, но скорее всего они вели в другие комнаты - они не были даже в половину так массивны, как входная дверь. По правой стене косая лестница уходила вверх, на крышу.

  Куда ни посмотри, каждая вещь дышала временем. Даже ковёр на полу был как минимум столетним.

  Рутгерта села в одно из кресел, поближе к очагу. Несмотря на ясную погоду, она замёрзла до костей.

  - Чаю? - поинтересовался всё тот же скрипучий голос, которым разговаривало железное чудовище.

  - Да, пожалуйста, - Рутгерта осмотрелась, но в комнате никого не было. Загромыхала посуда в одном из шкафчиков, подпрыгнул со своего места чайник и помчался к очагу. В следующее мгновение он качался на крюке над огнём. Неизвестно откуда выскочил маленький столик, и к нему по воздуху полетели чашка, блюдце, ложечка, молочник и сахарница.

  - Печенье закончилось, могу предложить луковый пирог, - продолжил голос, когда посуда закончила свой колдовской полёт. - Ты ведь ешь луковый пирог?

  Рутгерта никогда не встречала ничего подобного. Казалось, весь дом был живой. С таким помощником можно было уехать на так долго, как захочется. Ведь маяк зажжётся сам, и сам же и потухнет, когда придёт время. С чего она вообще решила, что колдун, один из величайших колдунов, будет делать всё своими руками, как простой смертный?



Мара Полынь

Отредактировано: 11.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться