Жрец Лейлы. На распутье

Часть третья. Выбор. Глава 18. Сюрпризы Белой ложи.

 Утро у верховного мага Белой ложи оказалось почти шокирующим. А как еще назвать ситуацию, когда едва проснувшись, оказываешься почти в пасти одного знакомого дракона. Дракон, бывший когда-то рыцарем этой же ложи и, по сути, им и оставшийся, оказывается просил что-то типа отдыха, так как его подруга неожиданно снесла яйцо.
      И теперь нужно было срочно придумать, как прикрыть те границы земель, где всегда патрулировал дракон.
      Как назло, самый ответственный и самый мудрый из советников верховного мага отсутствовал в данный момент, и подсказать что-то стоящее способен не был.
      Кофе, которое принесли магу прямо в рабочий кабинет, оказалось безвкусным.
      Абсолютно.
      Но он успел его допить, прежде чем в кабинет ворвался послушник, который дежурил на воротах, и с горящими глазами сообщил о двух всадниках, которые с невероятной скоростью приближаются к ложе. Что этих двоих, похоже, преследует кто-то, кого пока не видно, но они явственно направляются к их крепости.
      Мейдок глухо выругался, подхватил плащ и рванул к воротам. Что-то подсказывало ему, что он должен присутствовать лично.
      Выругаться второй раз захотелось, когда он узнал одну из аур приближающихся гостей. А еще захотелось срочно выпить что-нибудь крепче кофе. И его уже не волновали странности ауры спутника Лилиана. Достаточно того, что его старший брат не мог появиться просто с дружественным визитом, да даже если бы это было так, он все равно тащил за собой кучу довольно нескучных, но весьма опасных для жизни окружающих событий. И часто непредсказуемые и неприятные последствия этих самых событий.
      — Откройте ворота, — почти обреченно махнул он рукой.
      — Господин?!
      Мейдок вздохнул:
      — Лорда Лилиана здесь всегда рады видеть.
      Воин побледнел. Он был на стенах ложи, когда жрец Лейлы пришел в Белую Ложу с армией песчаных котов-оборотней. И сместил в итоге предшественника Мейдока.
      Ворота Белой ложи распахнулись, впуская гостей.
      Мейдок встретил их аккурат, когда они влетели во двор и ворота начали закрываться за их спинами.
      Когда всадник с аурой его брата спешился и обернулся, маг несколько опешил.
      Мало того, что на руках у того спала сладким сном маленькая девочка, так еще и на Лилиана он совсем не походил, хотя и был им. Если бы не аура и не до пронзительной ясности знакомые сапфировые глаза, его было не узнать. А еще из его ауры кое-что пропало. Словно тонкую незаметную паутинку пыли стряхнули.
      Мейдок аж залюбовался сверкающими гранями освобожденной ауры. Он мигнул от неожиданности.
      Освобожденной?
      Маг перевел взгляд на спутника Лилиана и чуть не застонал от предчувствия неприятностей.
      Некромант!
      О них одни легенды остались! Но нет, его братец где-то умудрился откопать себе одного! Причем, судя по ощущениям, старше того же Дэвида на не одну тысячу лет!
      Хотелось вцепиться себе в волосы и взвыть. Мейдок начал жалеть, что вчера таки дошел до своей постели, что бы в ней проснуться утром, а не упал в портал к Дэвиду... Хотя Лилиана все же увидеть был рад... он немного беспокоился о старшем братце.
      — Привет, Мей! — жизнерадостно поприветствовал его Ли. — Хочешь познакомиться с племянницей?
      Верховный маг Белой ложи понял, что вечером таки придется раскупорить пару-тройку бутылок крепкого вина из самых дальних винных погребов.

      — Как ты думаешь, братец, — хитро щурится Мейдок, разглядывая бутылку вина на просвет. — Свет — он какой — белый?
      Тами спит уже в своей комнате, которую ей довольно шустро выделили в Белой ложе под присмотром парочки умиленных магинь, принявших живое участие в судьбе четырехлетней девочки, пока её непутевый папаша решил скрасить вечерний досуг своего младшего братца за бутылочкой древнего выдержанного вина.
      То, что вопрос с подвохом, это даже чуять не надо было и так понятно. Поэтому я предпочел задуматься, прежде чем дать ответ. Но похоже, Мейдоку мое вмешательство и не требовалось. Он почти сразу ответил сам:
      — Конечно нет. Хотя, так иногда и кажется. Просто в его спектре смешалось такое количество цветов, что они выглядят в итоге сплошным белым пятном.
      — Хочешь сказать, что Свет — это этакая многоцветная радуга?
      — В точку, братец, — согласно кивнул верховный маг Белой ложи и щелкнул пальцами, отчего пробка вылетела из горлышка бутылки, словно брошенная катапультой. — Так же как Тьма, впитала в себя всевозможные цвета...
      — Подожди-ка! — я замер, начиная понимать, что пытается донести до меня брат. — Хочешь сказать, что Тьма и Свет — по сути одно и тоже?
      Мейдок смотрел на меня долгим пронизывающим взглядом так, что я невольно поежился. Похоже, мне собирались сообщить что-то еще более ошеломляющее.
      — Знаешь, — тихо начал он. — я довольно долго пытался разобраться, почему в одном единственном случае мой портал срабатывает не так как надо...
      Это он, похоже, о своем постоянном выпадении в Черную ложу.
      — Ведь это странно... обычно такое происходит, когда я на автомате стремлюсь в самое безопасное место — к себе домой. В свою постель... а попадаю в постель к воплощению Тьмы... Хочу чашку кофе в своем кабинете, а оказываюсь в кабинете Дэвида... — он странно усмехнулся. — Но однажды я застал Дэвида за беседой... с его Тьмой.
      Голос Мейдока упал до шепота.
      Я невольно напрягся.. Воплощение Света напротив самой Тьмы?! Что там произошло?!
      Мейдок смотрел странно, погрузившись в какие-то глубокие мысли..
      — Мейдок? — осторожно позвал я.
      Он встрепенулся:
      — Ли... у госпожи Тьмы были глаза господина Света.
      Я уставился на брата ошарашенный и... оглушенный.
      — Мей? — в горле пересохло. Я раньше не обращал на это внимание, а ведь мне приходилось встречаться и со Светом и с Тьмой.
      — Да, Ли, — он плеснул в бокал из бутылки, которую, наконец, перестал вертеть в руках. — Представляешь, что я почувствовал? А когда ОНА взглянула на меня...
      Он внезапно улыбнулся:
      — Госпожа Тьма сказала "УПС"... я так не смеялся никогда в жизни. Дэвиду пришлось вливать в меня что-то покрепче кофе, чтобы привести в более-менее адекватное состояние. Оказываться, он давно знает это... Тьма и Свет — это одно и то же существо. И об этом даже боги не знают... а вот тебе почему-то я должен рассказать. Что происходит, Ли?
      — Какая забавная шутка, — пробормотал я. — Подожди-ка... Если так рассуждать, тогда и Смерть вполне может быть... Жизнью?!
      А вот этого, похоже, не стоило говорить. Мой любимый младший братишка как раз сделал глоток.
      Упс.
      — Мейдок... ты в курсе, что я отказался от силы и покровительства Лейлы? — попытался я перевести тему.
      Верховный маг Белой ложи осторожно отставил бокал и грустно на меня посмотрел:
      — Лилиан...
      Ну да... с утра я ворвался в его любимую ложу с воплями, что я привез ему — знакомится свою дочь, а сейчас после его откровений, довольно-таки... выбивающих из колеи, выдаю такое...
      — Рассказывай, — вздохнул он. — Я знал, что ты приехал не просто так... к тому же, я чую за твоей спиной "хвост".
      — Упертые ребята, — одобрительно заметил я. — Они мне даже начинают нравиться.
      — А некромант с тобой? — хмыкнул он. — Просто прибился по дороге?
      Я даже попытался смутиться. Ну, вот честное слово. Только вот именно, что попытался...
      — Давай рассказывай... с самого начала, — строго потребовал мой младший брат.
      Я вздохнул, прикинул и начал рассказывать... с того дня, как я четырнадцатилетний прятался за портьерами в покоях родового замка... почему-то казалось, что именно с этого и надо было начинать.

      Слияние душ — ритуал, который провели они с Лилианом, позволил Мейдоку тогда взглянуть на события его жизни глазами самого Лилиана. И не только глазами: эмоциями, ощущениями, восприятием... так как это было ДЛЯ Лилиана... Однако рассказ его старшего брата оказался намного глубже, теперь, несколько лет спустя. И в какой-то момент, магу захотелось, до дрожи в кончиках пальцев, снова слиться разумами и душами, что бы увидеть все выкладки и события глазами Ли снова... с этой новой, необычной, пусть и страшной точки зрения.
      Лейла... богиня сама, лично, подтолкнула еще их деда начать кровавый поход против культа богини Ночи. Она фактически свела с ума этого жесткого, сильного и волевого человека, который, в конце концов, убил себя, бросившись на клинки воинов одного из последних великих храмов Лейлы. Король Мирейи Регил... сумасшедший ублюдок... их отец... бедная пешка в большой игре.
      У него не было ни единого шанса. Это Мейдок понимал особенно четко. Богине требовался наставник для её нового верховного жреца, для её новой культуры для настоящей магии возрождения... И какой-то человечек, которого она свела с ума еще в детстве — это лишь инструмент.
      Сложная и иногда невнятная комбинация. Не все ходы Мейдок понимал, так же как и истока... почему все-таки семья Катани и Мирейя? Почему именно их королевство?
      Да и вообще некоторые моменты вызывали глухую тоску, ярость и недоумение и требовали долгого анализа. Он не сомневался, что разберется. Потому что оказывается у Ли могло быть нормальное детство, и у него самого мог быть отец... да и вообще много чего могло бы быть... маг прекрасно понимал, ЧТО сейчас чувствует Лилиан, который должен был оказаться всего лишь простым орудием — компасом на настоящего наставника... рассказ продолжался до дна третьей бутылки по счету. Четвертую они распивали молча, каждый обдумывая сказанное и рассказанное.
      — Она просто так тебя не отпустит, — наконец, сообщил Мейдок, чувствуя, как все уже плывет перед глазами, хотя голова была ясной и светлой, а мозг обрабатывал информацию с невероятной скоростью. — И даже покровительство Тьмы в Черной ложе не укроет тебя надолго. Плюс еще эти настырные ребятки Мрака и Крови. Ты как обычно нашел себе интересных охотников...
      Лилиан хмыкнул:
      — Да, что ты говоришь...
      Судя по речи у него тоже начали возникать проблемы... оба с сомнением уставились на пятую бутылку вина... за окном занимался робкая заря.
      А в голове Мейдока забрезжила абсолютно гениальная, по его мнению, идея, на которую его натолкнула часть рассказа Лилиана, о том некроманте, что его сопровождает.
      — В Черную ложу тебе пока нельзя, — авторитетно заявил светлый маг. — А вот телепортировать тебя в одно укромное местечко с твоим некромантом и Тами можно...
      — Только не сейчас... — испугался Ли.
      — Сейчас и не получится, — с сожалением признался Мейдок, укоризненно рассматривая пустую, пятую, бутылку вина. — Крепкое зараза...
      — Еще бы, — насмешливый голос Митаса от порога оказался полной неожиданностью. — Ему не менее трех тысяч лет! Спать, алкоголики! Проспитесь, и буду с вами разбираться!


      Оба брата, словно нашкодившие дети, заулыбались и покорно поплелись по постелям. С помощью слуг. Сами они подняться даже из кресел не смогли.
      Как только повелитель ложи со своим братом скрылись за дверью, Митас рухнул в кресло и прикрыл глаза ладонью:
      — С ума сойти. Как только прибывает Лилиан — все переворачивается с ног на голову.
      — Все просто, — тихий голос некроманта, который все это время был за спиной мага, был безмятежным. — Он как переменная. Катализатор. Сунь такое в любое зелье, и оно тут же дает реакцию. Дар нашего знакомого синеглазого юноши именно в этом. Но это пока он молод по законам вселенной.
      — А что потом? — Митас с интересом взглянул на колдуна, который подошел к окнам, любуясь зачинающейся зарей.
      — Потом... никто не знает. Такие, как он обычно бесследно не исчезают. Но его ждет другой путь. Который он, может быть, еще и не выбрал. Но согласись, сначала боги... теперь вот покровительство смерти...
      — Ты чего-то не договариваешь...
      Марек согласно наклонил голову:
      — И отрицать не буду. У меня есть определенные мысли. Но я не уверен, что имею право их высказывать.
      Митас медленно кивнул:
      — Хорошо не буду допытывать. Лилиан что-то сказал насчет твоего знакомства с драконами?
      — Да... я хотел бы поговорить с вашими драконами. Я давно не видел этого племени на Эмире. Сиган совершил чудо. И, возможно, разговор поможет мне определиться с дальнейшим путем.
      — Что ж... — маг поднялся из кресла. — Думаю, оба алкоголика проснуться не раньше полудня, так что у нас есть время сходить в гости.
      — А ты все же доверяешь Лилиану. Кого бы он не привел, они априори безопасны?
      — Нет... но он не стал бы обещать тебе встречу с драконом, если бы не знал, что так или иначе он же тебе её и устроит. А я слишком уважаю нашего рыцаря, чтобы позволить ему расхаживать на цепи кого-либо, что бы познакомить его с некромантом. Разве я не прав, колдун с глазами дракона?
      — Какой проницательный маг, — Марек откинул капюшон и взглянул на старого мага. — Что ж... веди.

      Утро началось с тяжелой похмельной головы и нахального солнца в окна. Я поднял голову, преодолевая тяжесть и боль, кажется, все же утро давным-давно закончилось. Кто-то весьма любезно распахнул все шторы, что бы солнечный свет просто изжарил меня на постели.
      Скрипнула дверь, и в щель буквально просочился стройный мальчишка с кувшином и полотенцем.
      — Пииить, — буквально прохрипел я, и мальчишка вздрогнул так, что чуть кувшин из рук не выронил. А потом искривил губы в усмешке, почти ненасмешливой и протянул кувшин. Я вцепился в него, словно утопающий за соломинку, и моментом выхлебал больше половины, только после этого почувствовав вкус...
      — Что это?! — я удивленно уставился внутрь кувшина.
      — Разработка мастера Митаса, — гордо ответил мальчишка. — Вам же стало легче?
      — Да, — согласился я. — Только теперь во рту натуральная помойка.
      — А это побочный эффект, — важно закивал этот... нахаленыш. — Вас ждет господин в главной библиотеке.
      — Какой господин? — насторожился я. — И как моя дочь?
      Мальчишка смотрел с легким сочувствием:
      — Ну, конечно же, господин Мейдок. Он уже часа три как ожидает вашего пробуждения. А с маленькой госпожой все в порядке. Они играет с драконами.
      Я поперхнулся гадостью из кувшина, нет, я конечно знал, КТО эти драконы, но все же... чтобы моя маленькая Тами с ними ИГРАЛА?!
      Кстати, так и не спросил, кто теперь у Мейдока за начальника безопасности, раз Гунар таки последовала за своим драконом. А еще нужно будет у него выспросить, как было на самом деле, а то до меня только песня добралась, хорошая песня-баллада, но может я смогу создать свою, когда услышу историю из первых уст? Хм... тогда, наверное, лучше не к Мейдоку с этими вопросами, а к самим драконам. В конце концов, их там моя дочь развлекает.
      Я отставил кувшин в сторону, настораживаясь, что-то странно мысли текут... словно... словно, я вернулся на несколько лет назад.
      — Что-то случилось? — мальчишка, стоящий напротив, напрягся, хотя смотрел он скорее не на меня, а куда-то... сквозь меня?
      Я протянул руку и провел ладонью перед его лицом.
      Он внезапно грустно улыбнулся:
      — Все правильно, господин. Вы догадались.
      — Подожди-ка.. но я же вдел и чувствовал твой взгляд!
      — Магия на многое способна, — тихо ответил паренек. — Особенно магия Света. Но сейчас она дала сбой... рядом с вами. Вы же не светлый. А кроме того, вы же сами почувствовали... есть еще какое-то, пока еще не совсем уловимое, но воздействие...
      — Да, — медленно кивнул я. — Есть... Это же башня, в которой были заключены жрецы Лейлы? Я помню эту комнату.
      — Вы сами выбрали её вчера, — тихо опустил голову мальчик. — Хотя я не думаю, что это было хорошей идеей.
      Я вздрогнул. Проницательный малыш.
      — Как тебя зовут?
      — Я — Сали, паж госпожи Литании, магиссы воздушных потоков, — прозвучал ответ. — Только она прогнала меня. Я разбил её любимую вазу... снова. Теперь я на побегушках. Вот, к вам послали с кухни...
      — Понятно, — я действительно понял. В Белой ложе у магов хорошая память, особенно на события столь недавних лет. Взрослые просто напросто бояться и послали мальчишку. Слепого. Хотя, может они, конечно, и не знают, что он слеп, но это их не оправдывает.
      — Сали, — помоги мне одеться, — я поднялся на ноги. — Думаю воздействие комнаты тебе не сильно помешает, все-таки башня остается Светлой... пусть тут прожили в течении полувека три жреца темной богини. И расскажи-ка мне, что тут происходит... А то братец, скорее всего весь в делах, и ему некогда будет делится сплетнями своей ложи.
      Тот хихикнул:
      — Вряд ли, господин верховный маг знает об этих сплетнях.
      — Да ладно, — хмыкнул я. — Разве ты не в курсе, что у твоего господина отличный слух и идеальная память? Он помнит даже тот миг, когда его глаза впервые увидели свет. А еще он обладает полезной привычкой проходить сквозь стены.
      Сали чуть отступил от меня, его глаза опять обрели ясность и он сейчас смотрел прямо на меня, серьезно и немного испуганно. Потом вдруг слегка улыбнулся, одними губами:
      — Думаю, я не буду рассказывать этого на кухне, господин. Повелителя Мейдока и так побаиваются и считают, что он видит каждого насквозь.
      — А ты нахаленыш, паж, — я потрепал его по волосам. — Ладно, помогай мне умываться и облачаться. Пока моя Тами не замучила ваших драконов, а я еще хотел услышать от них историю Гунар. А то одни слухи и толку никакого.
      Он радостно кивнул. Похоже, мальчик действительно очень гибкая личность и провести в обществе страшного брата повелителя Белой ложи ему более интересно, чем среди прислуги. Все-таки приключение... хотя.. на какое-то мгновение мне показалось, что он более страше, чем мне показалось.

      Мейдок встретил меня светлой улыбкой и свежим взглядом, словно это не он пил всю ночь вместе со мной:
      — Говорят, ты выбрал себе весьма специфичные апартаменты!
      Я фыркнул:
      — Просто они единственные, которые помнит мое тело на отлично. Вот и все. Но на твоем месте я бы там почистил еще разок-другой.
      Брат моментально напрягся как струна:
      — Хочешь сказать, что очистительная сила света не сработала?
      — Скорее всего, не в полной мере, — я сел напротив него в кресло, и с интересом посмотрел на разбросанные в беспорядке свитки. Конечно, понимаю, что библиотека, но, по-моему для утра после пьянки слишком много документов, тем более выглядевших такими старыми. — В комнате ощущается тонкое воздействие... Может ты когда очищал ложу немного о другом думал, а не о божественной энергии, которой питалась Башня на протяжении полувека.
      — Звучит логично, — тихо ответил Мейдок и взглянул в сторону двери, где замер мой сопровождающий:
      — Сали, да?
      — Да, мой господин, — отвесил тот безупречный поклон.
      — На все время, пока мой брат гостит у нас, ты поступаешь к нему в услужение.
      Мальчишка просиял:
      — Слушаюсь, мой господин.
      И исчез за дверью.
      Темные глаза моего брата смотрели насмешливо:
      — Опять очаровал невинную душу?
      — Само как-то получилось, — я потянулся. — Я бы не прочь перекусить, Мей. Или ты зарылся в бумаги?
      — Обед через час, — отмахнулся он. — Потерпишь немного. А данные бумаги — это не документы... а скорее карты...
      — Карты чего? — насторожился я.
      — Твоего последующего пути, — последовал бесхитростный ответ. — Ты когда-нибудь слышал про город, который считался легендой уже во времена Исхода? Эл'эракез. Город, созданный архитекторами орков и эльфов — двух забытых рас, которые считались непримиримыми врагами.
      Я медленно выпрямился в кресле. Название этого города я встречал лишь однажды... в записях древних баллад, которые читал в кабинете у Дэвида... это были черновики его отца — Ролани Барда, барда, который пел для богов. Белая ложа в очередной раз принесла мне сюрприз.

      Мирос поднял голову, когда пола шатра приподнялась и внутрь проскользнул воин Мрака.
      — Что?
      — Драконы в Белой ложе. Они её, похоже, покидать не собираются.
      — Если жрец Лейлы с дочерью улетят на драконах, будет сложно выследить, куда они отправились, — медленно проговорил жрец.
      Воин кивнул:
      — Судя по всему, именно так и будет.
      Мирос отложил в сторону ритуальный кинжал, которым выводил на пергаменте руны:
      — Проклятье. Подумай, как нам добыть информацию! Идти по следу дракона бесполезно!
      Воин скупо улыбнулся:
      — Жрец, не переживай так... у меня есть лазейка.
      Тот заинтересовано поднял глаза:
      — Что ты придумал?