Зимняя Ласточка

Размер шрифта: - +

Глава Седьмая: Швейцарский Шоколад

Первый дневник закончился на прощании с Андреем и надежде его забыть. Но в её следующем дневнике он упоминался так же часто как и раньше. Дневники за вторую половину 2006 года, за 2007-ой и 2008-ой год целиком и полностью состояли из собраний не отправленных писем к нему. Аня не говорила с дневником, она говорила с Андреем, так словно он рядом, все слышит и радуется за неё.

Аня ругала его за холод, за то, что не отвечает на электронные сообщения, на письма она ответов совсем не ждала. Но не смотря на все продолжала делится всеми чувствами и переживаниями на этих страницах именно с ним. Дневники содержали сотни таких писем. Читать все заняло бы много времени, но перескакивать тоже не хотелось. Ведь читая каждое из них он узнавал её все ближе. Было такое чувство, что они никогда и не расставались. Для Ани так оно и было. Она жила с мыслями о нем, с надеждой, что когда нибудь он появится у ступенек возле её факультета. Рассказывала ему о Женеве, о том, как она привыкла сидеть в кафе на берегу Женевского озера и смотреть на фонтан. Много писала о прогулках вдоль реки Роны, про красоту Собора Святого Петра, готические ратуши и Дворец Наций.  Мечтала, что когда нибудь сможет показать Андрею этот город пахнущий "деньгами и шоколадом".

Как то под новый год в квартиру к Андрею принесли посылку из Швейцарии. Посылка предназначалaсь Марии Николаевне. Расписываясь Мария Николаевна шутила:

-  Андрюша, надеюсь нам кто-то прислал коробку лишних денег, ведь этим знаменита Швейцария!

- Мама, ты про шоколад забыла... вздыхая ответил Андрей.

- Интересно от кого это? Не подписано. Кто у нас есть в Швейцарии? Никак не припомню. Мария Николаевна была взволнованна и счастлива получив на руки свою ценную посылку.

- Не знаю. Ответил тогда Андрей.

Аня ему и в голову не пришла. Вспоминал он её редко. Весь с головой ушел в работу, проект не клеился, работа не нравилась.

- Тут есть открытка. Широко улыбаясь воскликнула Мария Николаевна.

 Она начала про себя читать содержимое открытки продолжая широко улыбаться, после чего смеясь сказала:

- Так это же твоя Анечка. Мы про неё совсем забыли. Помнишь, она в Женеву учится уехала.

- Точно! - Озадачено ответил Андрей.

- Вы что с ней совсем не общаетесь?

- Как сказать. Она пишет мне иногда...

- А ты ей не отвечаешь! - Закончила предложение своего сына Мария Николаевна.

- Мда... - протянул без настроения Андрей.

- Ах! Это же настоящий швейцарский шоколад. Ох какой аромат! Нюхая конфеты восклицала Мария Николаевна. - Конфеты пришли мне, с тобой я делится не стану!

Сын на шутку не реагировал. Только стал ещё угрюмее.

- Ладно, ладно под новый год съедим. Сейчас я их по дальше спрячу, если честно, от самой себя. Сказала она и захохотала.

- Ну зачем себя мучить, попробуй.

- Ну и в правду! Махнув рукой Мария Николаевна положила в рот шоколадную конфету и закрыла глаза от удовольствия.

Вспоминая это Андрей улыбнулся и допил последние капли вина со дна бутылки.

Вина было не достаточно, что бы он опьянел, но легкий хмель поселился в его голове. Андрей пошел к своей "коробке воспоминаний". Там оказалось не мало открыток отправленных на его имя и на имя Марии Николаевны. Открытки с изображениями  высоченного фонтана , набережной, ратушей, здания ООН, цветочных часов и парков были собраны Марией Николаевной в одном большом конверте. Аня продолжала быть частью его жизни, даже когда он сам того не замечал. Не смотря на то, что он этого не ценил, даже забыл.

Раз в году на пару недель она приезжала домой, но каждый раз у них не получалось встретиться. Андрей был в разъездах, тоже редко бывал на родине. А когда и был дома в своем роде прятался от неё. Ему казалось, что встреча с ней, может что то изменить в его жизни. А жизнь ему нравилась именно такой, какая она была.

Было много женщин, подруг, друзей, знакомых. Много событий и знакомств. Боязнь привязанности и любви перетекли в боязнь потерять управление над своей жизнью и боязнь потери свободы. Хотелось сохранить все так как есть. Он напоминал сам себе гордого одинокого орла, который летит куда захочет и как хочет. Женящиеся один за одним друзья же, в его глазах были похожи на петухов привязанных к своим курам и цыплятам. В этом ничего плохого он не видел, но такой образ жизни явно был не для него. Андрей подсознательно знал, что Аня скорее всего единственный человек, способный завязать на его шее лассо любви и привязанности, поэтому и бежал от встречи с ней как только мог, а время шло...

Хмель в голове рассеивался. Хотелось продолжения этого легкого состояния, поэтому взяв кошелёк и ключи Андрей  вышел на улицу. Погода радовала. Собрались тонкие тучки из которых пошел мелкий дождь. Дышать было легко, голова прояснялась ещё больше. Чем яснее становилась голова, тем больше усиливалась боль в груди. Эта боль была смесью чувства вины и злости на себя, но в нем было ещё что то, совершенно новое, чувство страха потерять её и не успеть все исправить. Теперь ему не было дела ни до свободы, которaя стала постылой, не до гордого полёта одинокого орла, который был так ему дорог. Аня завоевала его сердце. Андрей капитулировал все свои чувства и остался перед ней беззащитный и открытый. Будь она рядом, он наверно с хватил бы её в свои объятья и кружил, кружил, кружил...

Хотелось ещё Кабарне и шоколада. Из швейцарского в винном магазине был только горький сорт марки Lindt, все равно, главное что бы ближе к Ане. Вернувшись домой он обнаружил маму на кухне, она смотрела на него удивленными глазами.

- По какому поводу, милый!?

- Просто так, мамочка! Андрей положил пакет с вином и шоколадом на стол и крепко обнял мать. - Ты знаешь, я тебя очень сильно люблю, очень сильно.

- И я тебя милый, но с тобой явно что то не так. Улыбаясь, Мария Николаевна продолжала смотреть на Андрея удивленными глазами.



Татьяна Констандогло

Отредактировано: 18.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться