Зимняя сказка, или Новый год у мамы

Глава 15

Мужчины машут кулаками, а я взираю на них с неописуемым удивлением, попеременно открывая и закрывая рот.

— Это всё из-за тебя, - шипит Ирина, буквально выжигая на моем лице дыру своими ядовитыми глазами, - припёрлась из своей Тутуновки в лаптях и вязанной кофте. Как вспомню, фу, сразу передергивает. Деревенщина неотесанная, только навозом не воняла.

Слезы обиды душат горло изнутри, не дают дышать, мешают говорить. Я боюсь даже рот открыть, иначе наружу вырвутся дикие рыдания.

— При чем тут Аня? - между мной и блондинкой встаёт Вика, закрывая меня точно щит, - ты сама виновата!

— Я?! - вопит Ира, - в чем? Я чуть ли не с пелёнок его люблю!

— А чего тогда так долго мурыжила? - рядом с невестой материлизуется Витя, - ты его только лишь динамила, а как Аня появилась, сразу вдруг влюбилась.

И за что мне все это? Я же зла никому не желала ... Да если бы знала, то и на метр не приближалась к Лёше.

Не хочу больше эту грязь слушать и впитывать. Резко разворачиваюсь на каблуках и убегаю из зала. Мимо администратора, прямиком на зимнюю стужу. И только там даю волю слезам, чувствуя себя раздавленной и униженной. Никогда больше я не смогу посмотреть Стасу в глаза. А его Оля будет шпынять меня при каждом удобном случае.

Как же холодно, я даже пуховик не взяла из гардеробной. Обхватываю себя руками, и неожиданно на мои плечи опускается что-то тёплое. Мой пуховик. Наверное, Степа догнал меня. Кривлю губы в благодарной улыбке, оборачиваюсь... И пропадаю. Столько нежности и заботы в зелёных глазах, что начинается вторая волна слезного потока.

Я захлебываюсь в собственных рыдания, в то время как Стас прижимает меня к своему жаркому телу, позволяя испачкать клетчатый пиджак тушью.

А затем ведёт за собой, усаживает в мазду и увозит от ресторана. 

— Куда это мы? - моргаю часто-часто, чувствуя как щиплют глаза.

— Куда хочешь, - просто отвечает сосед, ловко справляясь с рулем одной рукой и время от времени поглядывая на меня, - можем просто по городу кататься. Обожаю ночной город, пустынные дороги и грохот динамиков в салоне.

— Не знаю даже, - перед глазами до сих пор стоит мерзкая сцена, - стой! Ты что же, свой ресторан бросил в первый вечер?

Завьялов морщится, однако разворачиваться обратно не собирается.

— Ничего страшного, и без меня справятся. Что касается твоих ... друзей, то я распорядился выпроводить их. Ты не против?

— Мне все равно, - бурчу под нос. Почти правда. Только за Громова обидно. Он-то в общем и не при чём. Эх...

— Опять пыхтишь, - усмехается Стас, - хочешь в Ледяной городок сходить?

— Куда? Впервые слышу.

— Значит, обязательно нужно туда отправиться. Только одета ты легко для зимней прогулки. Говори адрес - сейчас заедем переодеться.

Немного напрягаюсь. 

— Расслабься, - забавляется Стас, - обещаю с ночными визитами не беспокоить. Только, если сама захочешь.

И я не могу сдержать улыбку. 

Буквально на десять минут мы заскакиваем ко мне. Стас не навязывается и остаётся в машине, а я мчусь поскорее утеплиться и вернуться обратно в мазду. И до конца не верю, что такой препоганный вечер начинает играть новыми красками. И главное - сбываются мои самые сокровенные мечты.

Через двадцать минут мы приезжаем на набережную, где уже отдыхают горожане и приезжие.

Завьялов покупает билеты в огорожанный городок, где сверкает пушистая елка, величественно красуются ледяные скульптуры, а с высоких горок на ледянках спускаются взрослые и дети.

— Пошли, - Стас нагло утягивает меня за собой. И все мои сопротивления напрасны.

— Я боюсь, - трясусь я то ли от страха, то ли от холода.

— Чего? Я же рядом.

За огромными зрачками не видно радужки, и я нестерпимо хочу его поцеловать.

— Тебя я и боюсь, - шепчу, не отрывая взгляда.

— Это я тебя должен бояться, - улыбается парень, - вдруг ты лопату об меня сломаешь.

И мы смеёмся. А затем с громким визгом спускаемся вниз.

И так как я следую за Стасом, то не удивительно, что сшибаю его с ног. 

— Ты второй раз сбиваешь меня, - хмыкает парень, потирая ушибленный копчик, - может я денег у тебя в долг брал и забыл отдать. И ты теперь мне так мстишь?

Сердце ты моё забрал и отдавать совсем не собираешься, думаю про себя, а вслух произношу совсем другое:

— Просто городских мажоров не люблю. Особенно тех, кто обидные клички придумывает. Ну-ка признайся, кому пришла мысль меня снежной бабой обозвать?

— Ну... - старательно отводит он бесстыжие глаза, - я теперь и не вспомню.

— Конечно, так я и поверила, - ворчу я, пока он тащит меня подальше от горок, - либо тебе, либо твоей Оленьке.