Злолушка или Сестрицы - тоже люди!

5.0

Даже не помню, как уходила из квартиры. Рита пыталась со мной говорить, но я упрямо молчала. Отчасти потому, что сил ссорится с сестрой сейчас совершенно не было, отчасти из-за совета мамы, к которому я всерьез прислушалась. Когда первый наплыв отчаяния спал, но обида и чувство старого унижения продолжали грызть душу, я вдруг серьезно задумалась, а на какой почве могу сейчас накричать на сестру? Накричать очень хотелось, но логических основания для этого было никаких, поэтому я, мысленно гордясь собой, решила просто поиграть в молчанку.

К Денису добралась на такси, бросив на прощание Рите скупое:

— Скажи маме, к ночи буду.

Когда я позвонила в дверь с номером 25, Князев открыл тут же, как будто ждал меня на пороге. Взгляд у него был взволнованный. Парень тут же затащил меня внутрь и внимательно вгляделся в лицо.

— Кира, ты в порядке?

Такая забота смутила. Надо же, устроила сама себе истерику, а парень тут испереживался весь, будто я прямо сейчас собралась испустить последний дух.

— Все нормально, — неловко промямлила я. — Ты чего?

— Да у тебя голос был такой странный, — поняв, что моей жизни ничего не угрожает и не угрожало, облегченно выдохнул парень, — я подумал, случилось что-то серьезное.

От его внимательного взгляда стало душно. Или это в квартире у него слишком сильно топили? Я покраснела и принялась снимать пуховик и шарф. Позорно запуталась в собственных рукавах и психанула. Денис покачал головой и помог мне избавиться от куртки.

— Проходи, — махнул он головой в сторону зала, — есть хочешь?

— Нет, спасибо, — смущенно отозвалась я, вдруг вспомнив, что так и не поела ужин, оставив его в микроволновке. Живот, подтверждая мое вранье, тут же громко заурчал. Князев усмехнулся:

— Сейчас сделаю тебе что-нибудь. — и прокричал уже из кухни: — как относишься к бутербродам?

— Хорошо, — ответила я.

В комнате парня было так же чисто, как и в прошлый раз. Только на этот раз диван был сложен, а большой телевизор на стене включен. Кефир, сонно мурлыкал разлегся прямо поперек дивана. Я ласково погладила кота по макушке. Тот сонно зевнул, открыв огромную пасть с острыми клыками, и лениво приоткрыл один глаз. Признав во мне знакомого человека, Кефир коротко мявкнул и грациозно поднялся на лапы.

— Привет, мой хороший, — улыбнулась, садясь на освободившееся место. Кефир тут же запрыгнул мне на колени и свернулся клубочком, продолжая громко урчать. Я одной рукой зарылась пальцами в его шерсть, а другой нащупала рядом переключатель. По телевизору смотреть было совершенно нечего, и я решила остановиться на излюбленном Диснее. Мультики еще никому не вредили.

— Держи, — явившийся через пару минут Денис поставил на столешницу рядом с диваном тарелку с бутербродами и кружку дымящегося чая. Запахло мятой.

Князев уселся рядом, забрал кота на руки, а я как-то растерянно наблюдала за действиями на экране. По телевизору шел известный с детства мультик о Золушке. Бедняга девушка в очередной раз с опущенными глазами и грустью сносила издевательства мачехи и двух сводных сестер.

— Как думаешь? — тихо поинтересовалась я, задумчиво откусывая кусочек от хлеба с сыром и не отводя взгляд от экрана. — На кого я больше похожа?

Денис, что до этого отвечал на пришедшее на телефон сообщение, удивленно покосился сначала на меня, а потом на экран:

— В смысле?

— На Гризельду или на Анастасию?

Парень пару минут молчал, наблюдая за кознями, что две вредные сестры главной героини, ей строили, а потом отложил телефон и повернулся ко мне.

— Рассказывай.

А я взяла и рассказала. Вот так просто, без вступлений, спокойно начала говорить и про папу, который нас бросил, и про Макса, и про появившихся в моей жизни Риту и Андрея, и про тот чертов День рождения. Причем чем дальше продвигался рассказ, тем хуже становилось мне от понимая, какой же дрянью я иногда была.

Я вдруг поняла, что не просто жалуюсь Дэну на Риту и Максима. Я вдруг поняла, что совершенно честно рассказываю ему о том, как мерзко себя чувствовала, когда перегибала палку. Как ненавидела, что мама светится от счастья, разговаривая со своей приемной дочерью. Как ставила ей палки в колеса. Я совершенно неожиданно поняла, что окончательно переболела той ситуацией с Максом и отпустила ее настолько, что даже не хотелось подбирать дурацких эпитетов, чтобы описать подлость Березиной и Королева. Сейчас меня гораздо больше интересовал другой вопрос, который я под конец напрямую задала Денису:

— Как ты думаешь, я законченная завистливая дрянь?

Денис, который внимательно слушал всю мою исповедь, как-то невесело улыбнулся. За время моего рассказа, я успела с ногами забраться на диван и повернуться полностью в его сторону, а сам парень, сидел в пол-оборота положив одну руку на спинку дивана. И прямо сейчас он положил ладонь этой руки мне на голову и ласково погладил волосы.

— Нет, Кира, — произнес он. — Ты просто человек.

Я не поняла, что он имел в виду и нахмурилась. А Денис вздохнул:

— Человеку свойственно испытывать подобные чувства, понимаешь? Зависть, злость, обида. Если это все не переходит серьезные границы, то в том, чтобы испытывать их, нет ничего плохого.



Александра Шеина

Отредактировано: 17.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться