Змееносец. Легенда о летящем змее

Размер шрифта: - +

XXIV

Февраль 1188 года по трезмонскому летоисчислению, Ястребиная гора
Мишель равнодушно слушал лязг запираемой за ним решетки. И вновь он остался один на один с темнотой. Правильно ли он поступал? Де Брильи был славным воином, но его жизненный путь вышел долгим. Молодой де Вержи еще мог совершить не один подвиг и покрыть себя славой, как и его отец, верой и правдой служивший Александру де Наве. Стоит ли его королевство жизней людей, которые были ему близки? Ради Катрин де Конфьян он принял вызов графа Салета. Не задумываясь, что станет с королевством. А теперь он жертвует своими воинами в угоду Петрунелю Форжерону. Проклятый мэтр!
Его Величество прикрыл глаза. Все было белым, как борода старца. Ни единое пятнышко не нарушало слепящую белизну. И не было больше ничего. Ни дерева с петлей, ни висельника.
- У меня один путь, - прошептал он.
Сев в углу на тонкий тюфяк, Мишель опустил лицо в ладони и замер. Неожиданно на голову ему с потолка свалилось что-то мелкое и холодное и завозилось в волосах. Раздвинуло челку короля и заглянуло в лицо.
Мишель протянул руку, взял ящерицу, правый глаз которой неестественно подергивался, и посадил ее на край своего плаща.
- Зачем на этот раз пожаловали, магистр? – устало спросил Его Величество.
- Я все видел! – противным голосом заверещал Великий магистр Маглор Форжерон. – Ты понимаешь, что тебя тоже повесят? Понимаешь или нет? Кому я передам титул? О чем ты здесь думаешь? Stultus stultorum rex!
- О Мари и сыне…
- О Мари и сыне? – магистр открыл пасть. – То есть, глядя, как вешают твоих подданных, ты думаешь о Мари?
- Я думаю, это хорошо, что они сейчас не здесь. Мари будет проще устроиться в привычном ей мире. Потому что, когда меня не станет, здесь наверняка найдется тот, кто захочет сделаться ее опекуном и начнет принуждать ее к монастырю или неугодному браку.
- Podex perfectus es! – завопила ящерица. - Filius tu canis et cameli! Asinus Stultissimus! Canis matrem tuam subagiget! Faciem durum cacantis habes! Morologus es! Mihi irruma et te pedicabo!
Еще долго она бегала кругами по плащу короля и изрыгала проклятия.
- Магистр, успокойтесь! У вас закружится голова и вас стошнит на мои одежды.
- Успокоиться? – Маглор Форжерон на минуту замер. – Успокоиться, говоришь? Мари и Мишель – там! Тебя здесь казнят! Ожерелье неизвестно где! Санграль я перетащить не могу, он мне не подчиняется! Салет решил короновать себя! А ты сидишь здесь и беспокоишься о чистоте своего плаща?
- Пока еще есть время, попробуйте все же найти ожерелье, - Мишель почесал ящерицу по голове.
- Я пытаюсь! Я постоянно пытаюсь! Мне мешает рыжий мальчик, который бегает по башне. Он постоянно что-то думает и сбивает меня!
Ящерица залезла на колени к королю и грустно устроила голову у него на ладони, жалобно заглядывая в глаза:
- Я не справлюсь один! Я стар! И у меня атеросклероз. В моем возрасте внуков нянчить, а я вместо этого пытаюсь вытащить тебя из петли!
- Vae! Какой еще мальчик! Вы совсем с ума спятили!
Ящерица надула щеки и показала королю язык.
- Атеросклероз и маразм – разные вещи, король. Мальчик! Рыжий! Бегает все время то ли за маркизом, то ли от маркиза. Я не разобрался.
- А по-моему, все-таки маразм! Расколдоваться вы не можете, разобраться, кто в какую сторону бегает, – тоже. Ожерелье перенесли сюда и теперь даже не знаете, где оно находится, - Мишель вздохнул. – Магистр! Отправляйтесь к Мари. Здесь от вас проку мало. А там хотя бы повеселите принца.
- У меня встречное предложение, Ваше Величество! Давай я лучше сюда перенесу королеву. Мари – девочка смышленая. Найдет твое ожерелье. Ну, или в Трезмонский замок сбегает за Сангралем.
- Идите к дьяволу, магистр! – рявкнул Его Величество.
Ящерица вцепилась лапками в его плащ и стала карабкаться на плечо. Выходило скверно. Она скатывалась по ткани вниз, пыхтела, но ничего у нее не получалось. В конце концов, она стукнула хвостиком по колену короля и воскликнула:
- Как же ты не понимаешь, Мишель, что помочь больше некому?! Если Мари не поможет, ты умрешь! И это убьет ее!
Король, схватив ящерицу за хвост, отодрал ее от своего плаща и, глядя в ее по-прежнему дергающийся глаз, проворчал:
- Только посмейте!
В следующее мгновение в его пальцах трепыхался один только хвост.
Ящерица в ужасе привстала на задние лапы, потом посмотрела на свой зад и упала навзничь. Это был самый настоящий обморок.

 



Марина Светлая (JK et Светлая)

Отредактировано: 18.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться