Золотое топливо

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

- За одного из наших мы по идее должны были убить твоего друга. – Сказал кстати Красстихг, обхаживая кругом Тальвера, окидывая того измеряющим взглядом.

- Но всё же не убил по какой-то причине.      

- Ха, а надо было, да? – Ухмыльнулся жрец.

- Как бы ты ни строил из себя злодея, а совесть у тебя есть.

- Что ж, может, ты и прав. – Красстихга повергли слова Тальвера в ступор, и он не знал, как ещё отвечать. – И что ты предлагаешь?

- Сразиться нам с тобой один на один. – Дошёл до дела небесный принц. – По крайней мере, убив меня, ты уже будешь относиться к себе не как к бессовестному убийце, а как к честному человеку, пусть и злодею.

- Тебе-то выгодно сейчас говорить о чести. – Заметил Красстихг. – А знаешь, - здесь жрец сделал паузу, заглянув в глаза Тальвера, - мне нравится твоё предложение.

С этими словами жрец снял с себя своё длинное одеяние, представив взорам зрителей своё жилистое и мускулистое тело. Тальвер повторил за ним то же самое. 

Первый на соперника налетел Тальвер и промахнулся. Жрецу ничего не стоило увернуться и отойти немного в сторону. 

- Да ты не торопись. – Посоветовал Красстихг. – Я тебе дам шанс себя показать.

- Почему раньше вы относились ко мне как к богу, а теперь ты так уверено говоришь о том, что даёшь мне фору?

- Я же вижу, – тот, сохраняя боевую стойку и ища слабые места противника, сделал небольшую паузу, после чего заключил: 

- …Что ты человек, а не бог. По крайней мере, в этом теле. Может, тебя сослали сюда? Ну, другие боги?

- Я сам сюда прилетел. – Ответил Тальвер и нанёс удар. В этот раз более и менее удачно. Кулак небесного принца вмазался в лицо брюнета, но не в челюсть.

- Хорош. – Оценил Красстихг и сам проявил себя не менее чем первоклассно. 

Пара обманных движений ловкого жреца, и Тальвер в один момент потерял ориентацию в пространстве, но остался стоять. Влетело неслабо. Однако Тальвер не потерял контроль и самообладание. Следующую быструю, как дробь из автомата, тройку легких и резких ударов Тальвер деликатно предложил своему сопернику, правда, несколько пожадничав их силой, но, всё же «угостив» ими жреца, так что тот более чем явно почувствовал отличную подготовку бойца. Красстихг, в свою очередь, наоборот был особенно щедр на «подарки». Всего лишь ему надо было разогреться, как кто-то прошептал из наблюдавших за зрелищем жрецов. Щедрость эта вскоре дала о себе знать, когда онимбийцу пришлось особенно несладко от смачного «угощения» от прыткого и выделяющегося сильным телосложением противника. Момент – помутнение в голове, круги перед глазами. Всё же Тальвер, стиснув зубы и сжав кулаки, быстрее вернулся в нормальное состояние, прежде чем Красстихг успел завершить бой решающим ударом. Что ж, жрецу приходилось повременить с окончанием противостояния. Так, Тальвер увернувшись от последующего выброса твердого, не слишком большого, но несущего в себе страх кулака жреца, сам поддал предводителю убийц как следует, пусть и не совсем удачно, тыльной стороной мощного предплечья, так что тот отшатнулся, однако скоро снова принял правильную боевую стойку.   

- Большие и сильные руки у тебя. – Прокомментировал Красстихг и позволил Тальверу первому ловким выпадом продолжить бой. 

Ультрасовременный (даже для летоисчисления Онимбии) ботинок пролетел изящно мимо лица Красстихга, едва не влетев тому в челюсть. После сего жрец, работая всё время одними руками, удивил всё своё окружение очень неудачным для него промахом, так что бойцы столкнулись друг с другом вплотную, и дело дошло до борьбы. «А бога завалить непросто», - подумал Красстихг, уже тяжело дыша, впрочем, как и сам Тальвер. 

- Тогда, у того узкого пещерного хода в скале ты не проявлял себя подобно богу. – Заметил жрец.

- Люблю удивлять. – Пояснил тот, являясь абсолютно правым в сём утверждении. Тальвер зачастую не торопился хвастаться перед всеми своими способностями. Хотя, стоит сказать, что Кириокас в той заварухе едва не погиб; но причиной тому являлось то, что у онимбийского мужчины нервы, хотя и изношенные, и истерзанные болью, жившей в душе несчастливца несколько последних лет, всё же скрывали в себе таинственную силу и железную крепость; так что даже в слишком критической ситуации не подводили воина, и потому тот никогда не действовал раньше времени, дабы не показать в себе угрозу для врага, а после уже устроить неприятелю сюрприз, кем бы он ни был. 

- Вали его! – Крикнула Фетиль, всецело поглощенная сценой, в которой участвовал её названный муж. 

- Красстихг, у него рост, а у тебя же ловкость и сила, покажи ему! – Подал голос один из жрецов-убийц. – Убей его! – Заключил тот же голос со свирепостью и жаждой крови в тоне, добавив ещё и пару ругательных слов в адрес Тальвера. 

- Типун тебе на язык, мерзавец! – Гаркнула на того верная, преданная своему возлюбленному Фетиль.

- Слышь ты, девчонка! – С этими словами здоровяк направился к смелой девушке, глядевшей наглецу прямо в глаза.

- Стой. – Фейрон схватил того за руку внушительных размеров. – Она моя.

- Ты вообще кто такой? Ты здесь не наш. – Со злостью прошипел бугай на ученика Толаса.

Пока двое жрецов разбирались друг с другом, между Красстихгом и Тальвером противостояние достигло своего пика, когда бойцы дошли до того, что оба уже не в состоянии были стоять на ногах и опустились в партер.

Тогда же рядом начался другой поединок. Фейрон бился с большим парнем, и следующее зрелище тоже собрало вокруг себя зрителей. Вернее сказать, всеобщее внимание уже переключилось к двум жрецам. Не пришлось тем долго выяснять отношения, как дело сразу перешло к драке.