Золотые крылья сильфиды

Размер шрифта: - +

6 Глава (часть 3)

Некстати вспомнив знахарку, что так любит лезть не в свои дела, я решила узнать у кормилицы еще кое-что:

- Тетушка Мартина, а ты мою мать наверняка ведь помнишь? Какой она была?

Кормилица оглянулась на меня с непонятным взглядом. Одновременно тревожным, смущенным и почему-то испуганным. Положила платье в кофр, развернулась ко мне и участливо поинтересовалась:

- Трис, девочка, а с чего ты вдруг ты о ней заговорила?

 - Да так… - махнула я рукой с пирожком, - Папенька, день рождения… Ты же понимаешь.

Мартина уселась на стул и многозначительно глянула на пирожок в моей руке. Я ойкнула и спрятала его за спину, но кормилица ничего не сказала, а значит можно дожевать.

- Ты с раннего детства о ней не вспоминала.

- Я знаю, - тихо проговорила я, – Но сегодня я была у той травницы, что госпожа Ландорв посоветовала и … в общем, я хочу знать.

Мартина сжала мои пальцы.

-Травница? Ей какое дело до твоих родителей?

Я лишь пожала плечами. Сейчас мне это было совсем не интересно.

- Твоя мать, Лейзия, - начала вспоминать тетушка Мартина, - Она была очень хороша собой, Трис. Добрая, великодушная. Правда, почему-то очень грустная и даже несчастная… Впрочем, она же вышла замуж за твоего отца, тут мало кто обрадуется. С ней постоянно был рядом ее брат, господин Наралекс, он буквально не отходил от Лейзии ни на шаг. То ли охранял, то ли следил. Герцог ведь женился на твоей матери не из-за большой любви и ее красоты, а только ради наследника. Требовал родить только мальчишку. Они постоянно ссорились между собой, и господин Наралекс не давал герцогу распускать руки…

Я кивнула. Слышала уже об этом.

Отцу с наследником очень не везло. Правда, первая жена, мать моих сводных сестер, Оливии и Мирабеллы, родила отцу двоих сыновей. Но один умер в младенчестве от черной оспы, которая выкосила в тот год чуть ли не половину всего герцогства, а второй, Брайс, неудачно упал с дерева и сломал себе шею в десять лет. Отец был убит горем, мать Брайса к тому времени снова была беременна, но на нервной почве у нее произошел выкидыш, и она умерла от кровотечения.

Но как ни крути, герцогу нужен наследник, поэтому он решил выбрать себе в жены девушку из рода, известного своей плодовитостью. Жаль, не богатством. Моя мать, госпожа Лейзия, обладала изумительной красотой и десятью братьями, но к сожалению, это было ее единственным приданым. Отец так надеялся, что у сестры десятерых братьев родится мальчик, посещал мою мать каждую ночь, но… Я стала его самым ненавистным разочарованием. Мать, зная, как разозлила герцога, сбежала еще до его приезда сразу после моего рождения, и я больше о ней ничего не слышала. И не хотела слышать. Мне было достаточно факта, что она меня бросила.

Только вот травница своими недомолвками разбередила и мои детские воспоминания, и ту глубокую обиду, что я питала к матери. Она сказала тогда, что я ничего не знаю. Это верно. Я всегда уходила от рассказов о моем рождении, не желая слушать о произошедшем.

А теперь оказывается, матушка была великодушной?

Я недоверчиво хмыкнула. Не вязалась у меня благородная доброта с бросанием своего ребенка на произвол судьбы. 

- Господин Наралекс даже потребовал от твоего отца, чтобы его покои находились рядом с их спальней. Мы видели, что он очень любил твою мать, трясся буквально над каждым ее движением.

- Любил? В каком смысле? – я цинично подняла бровь.

Тетушка Мартина непонимающе глянула на меня, а затем замахала руками.

- Да ты что, Трис, даже думать о таком не смей! Они же близкие родственники!

- Что-то мне подсказывает, что папенька в этом не был уверен, - я горько скривила губы, - Иначе как объяснить его отношение ко мне? Он еще до госпожи Ислин меня шпынял почем зря.

Ни магия, ни именитый астролог, ни всевозможные травники и лекари, которых отец призывал в замок, никто ему так и не смог помочь – сына у отца так и не родилось.

Что самое интересное, из всех своих дочерей отец яростно ненавидел только меня. Оливия и Мирабелла были его официальными наследницами, и он довольно серьезно занимался их воспитанием и образованием, к маленьким Беате и Алейне он относился равнодушно и вообще не замечал их присутствия, я же была виновата почти во всем, что происходило плохого в замке. Если у повара сгорел ужин – найдите Трис, она наверняка крутилась рядом, если конюх недоглядел за лошадьми – посадите Трис под замок, она отвлекала конюха болтовней, если заболела Мирабелла, сама по себе слабая здоровьем, - лишите Трис сладкого, почему она должна питаться хорошо, когда старшая сестра страдает. И так всегда и во всем.

- А то господин герцог много знал?! Он же с Лейзией всего месяц-то и пожил. Как узнал, что твоя мать забеременела, так сразу и уехал инспектировать войска на границе и до твоего дня рождения в столицу даже носа не показывал. Небось, сбежал от Наралекса, тот не спускал герцогу ни малейшего укора сестре.  

- Мартина! – улыбаясь, я пригрозила ей пальцем, - Чти своего хозяина и властелина!

Она отмахнулась:

- Ни для кого не секрет, моя девочка, что твой отец человек недалекий и грубый. Да, что там говорить – солдафон он и есть солдафон.

- Но, тем не менее, - я обреченно вздохнула, - этот солдафон не выкинул ненужного ему ребенка, а оставил при  себе и …, Готова признать, все-таки папенька меня кормил, растил  и дал довольно приличное образование.

Мартина чуть помолчала и словно через силу сказала:

- Ты уже взрослая, Трис, имеешь право знать. Будь его воля – он в тот же миг вышвырнул тебя из замка, но твоему отцу приказали. Не знаю, кем они были, я их видела всего минут семь-десять от силы, но герцог их очень боялся.

Я замерла. В голову мигом полезли разные мысли, складывая по кусочкам мозаику прошлого.



Анна Азарцева

Отредактировано: 18.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться