Золотые крылья сильфиды

Размер шрифта: - +

8 Глава (часть 2)

Не помню, как я вышла из кабинета. Как добралась до своей комнаты - тоже вылетело из памяти. В голове билась только одна мысль: через полторы недели я потеряю не только дом, но и имя. И стану…

А кем я стану? Как я буду называться? Лиатрисс Иллийская перестанет существовать и появится Лиатрис… чья? Чьему роду я буду принадлежать? Какая семья вступится за меня, какая признает родной?

Нет, я знала, что Мартина мне не откажет и дядюшка Морис в тот же день пойдет в городскую ратушу, чтобы переписать мою опустевшую к тому моменту метрику на свое имя. Но как же горько осознавать, что родной отец отказался от тебя вот так запросто и навсегда!

Открыв дверь в свою комнату, я увидела разваливавшегося на моей кровати Милора.

Сводный братец положил ногу на ногу и со скучающим видом рассматривал картинки в какой-то книге.

- Привет, красавица, - он внимательно глянул на мою щеку, - Ух, какая ты красавица! Отец постарался?

- Нет, повар украсил – свеклу проверял! – съязвила я, осторожно потирая больное место – рука у отца была тяжелая и синяк гарантированно расплывется, - Кто ж еще, кроме моего дорогого и любимого папочки, умеет показать любовь к собственным детям!

- Да, в этом ему равных нет.

- Особенно ко мне! – я уселась на край кровати, - Милор, почему он меня так ненавидит?

Брат сочувственно сжал мое плечо.

- Не знаю, Трис. Я от него по этому поводу даже намека не слышал.

Я покосилась на брата, но он врать бы мне не стал. Если он не знает – то это, и правда, тайна за семь замками.

- Ладно, переживу, - буркнула я и растянулась рядом с ним, - И кто у нас новая избранница папеньки?

- Девица из рода Санторнов, кажется, вторая дочь.

Кажется? Мне показалось или Милор явно зол фактом женитьбы родителя.

- Она не из благородных, что ли?

- Обедневшие дворянчики, - презрительно скривился брат, - Раньше жили в столице, но умный дедушка нынешнего главы рода проиграл титул  и все состояние в карты. Наследничкам пришлось уехать на периферию, в Андалию, где  они и  жили до тех пор, пока наш драгоценный папенька  не приметил их чудесную дочурку, - сарказм в исполнении добродушного Милора звучал более чем говоряще. Нет, братец не зол. Он был просто в бешенстве.

- Милор, ты что, действительно веришь, что на этот раз родится сын?

Он мрачно глянул на меня:

- Только никому не говори, ладно? Это информация неофициальная и знают о ней всего пара-тройка доверенных лиц, - я с готовностью закивала, - Отец уже оприходовал свою невесту с вящего благословения ее семейки, - я ахнула в возмущенном восторге, а Милор продолжил, - Рейены притащили на свадьбу своего мага, и тот подтвердил, что через восемь месяцев…

- Девять.

- Восемь, Трис, восемь… В общем, я жду, когда объявят имя будущего герцога Иллийского, - и снова вернулся к картинкам в книге.

Я сочувственно потрепала брата по руке.

Милор был незаконнорождённым сыном герцога.

Разумеется, отец погуливал от своих жен на сторону и у его многочисленных любовниц: кухарок, горничных и даже благородных фрейлин родилась небольшая когорта бастардов, в основном мальчишек. И вроде бы – вот они, твои сыновья и наследники, бери любого и расти из него будущего герцога. Но папенька в этом вопросе был принципиально категоричным: незаконнорожденные, даже если мать из благородной семьи, прав ни на что не имеют. Ни на имя, ни на наследство.

По совершеннолетию они, так же, как и мы, младшие дочери его светлости, получали в подарок от герцогской короны лишь небольшой кошелек и маленькое поместье. Фактически, между нами было только одно различие - дочери герцога сохраняли за собой его имя, у бастардов было имя матери.

А я? Чье имя я сохраню?                    

Впрочем, возвращаясь к Милору, - из всех многочисленных бастардов отец только его привлек к своему окружению. Его матерью была одна из фрейлин первой жены герцога, девушка благородного происхождения, но бедная как храмовая мышь. Родив незаконнорожденного Милора, она некоторое время оставалась при младенце, но потом вышла замуж и уехала в столицу королевства, оставив ребенка на попечении отца. Тот растил парня как советника и помощника, включая во все свои дела, доверяя ему переписку с соседями и деловые переговоры. Бывало, что Милор даже представлял герцога на незначительных городских мероприятиях, например, чествование мастера какой-нибудь из ремесленных гильдий. Одного отец не делал – не признавал Милора своим сыном официально, а значит и наследником тот стать не мог.

Это брата очень беспокоило, пару раз я замечала, как Милора аж перекашивало, когда на светских праздниках наследницей объявляли Оливию. Впрочем, Ливи многие не любили, уж слишком она была  надменной, капризной и своевольной. Ее не спасала даже редкая красота.

Кстати, братишка тоже был тем еще сердцеедом. От отца ему достались густые темные волосы, которые братец забирал в низкий хвост, прямой нос и красивый абрис губ, от матери – яркие синие глаза и милейшие ямочки на щеках при улыбке. Милор был дивно хорош собой и покорил немало женских сердец. Мне всегда доставляло удовольствие наблюдать за тем, как юные девицы – подружки Оливии и Миры наперегонки бегали за братом, надеясь получить улыбку или ласковый взгляд. Надо отдать должное, он старался девушек не обижать и из его спальни частенько доносился звонкий девичий смех.

- Кстати, насчет рейенов, - я встала с кровати и подошла к окну. На улице почти стемнело, и в узорчатом стекле отображался неровный свет канделябра на столе – раскинувшего крылья дракона, - Папенька сказал, что они тоже выберут себе невесту, - повернулась я к братцу.



Анна Азарцева

Отредактировано: 18.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться