Золсум. Могильный Алхимик. Часть 1

Глава 1. Принцесса лондонских дождей

Айсин Фарфала с трудом оторвалась от книги, которую взахлеб читала до самого утра. Ее не смогли остановить даже яркие лучи солнца, настойчиво пробивающиеся сквозь оконное стекло, но случилось то, что, к сожалению, происходит со всякой историей: она подошла к концу. Захлопнув книгу, Айсин заморгала, возвращаясь в реальность, и потерла рукой глаза – те начали слезиться от усталости. Зевнув, она бросила быстрый взгляд на стоящие рядом часы, беспощадно сообщающие о том, что сейчас семь утра. Смысла ложиться спать уже не было, поэтому Айсин отбросила теплое одеяло, которым она пыталась согреть вечно мерзнущие ноги, и тихо встала. Книгу о жизни и удивительных завоеваниях Александра Македонского, прочитанную всего за ночь, она вернула на то же место, откуда взяла: между биографиями Гая Юлия Цезаря и Ганнибала Барки.

Поправив корешки книг так, чтобы они представляли собой идеальную линию, девушка все так же тихо направилась в ванную комнату – все для того, чтобы не разбудить отца, вернувшегося с ночного вызова в половину четвертого утра. Насколько Айсин успела услышать по телефонному разговору, возле королевского театра Ковент-Гарден нашли труп актрисы, играющей там главные роли. Никаких явных следов борьбы не обнаружилось, как и открытых ран, нанесенных холодным или огнестрельным оружием. Айсин понимала, почему именно ее отца с напарницей вызвали на это задание, ведь Алфиан Фарфала обладал невероятной способностью подмечать детали и связывать их между собой. Порой ему удавалось благодаря одной зацепке закрывать старые дела, собиравшие годами пыль в ящиках. Благодаря этому таланту Алфиана повысили до должности детектива и перевели в столичный уголовный отдел Лондона из полиции Сассекса, и поэтому же сегодняшнюю ночь он провел в объятиях прохладной сентябрьской погоды. 

Выйдя из ванной, Айсин тут же почувствовала терпкий запах жареного бекона, разносившийся по всей двухкомнатной квартире. Пройдя по овальному коридору, она заглянула на кухню, где в ранних лучах солнца у плиты стоял ее отец. За густыми каштановыми волосами, ей казалось, он не заметит, как она подойдет сзади и обнимет его. Но Алфиан даже не дернулся от неожиданности, хотя Айсин и пыталась двигаться как можно тише. Обхватив дочь одной рукой за плечи, а второй продолжая помешивать бекон, весело подпрыгивающий на раскаленном масле, он произнес:

– С Днем Рождения, Айси! Опять до утра читала?

– Спасибо, пап. Эй, как ты понял? Хоть на мне не используй свои шерлоко-штучки, – усмехнулась она.

– Ты всегда так делаешь, будто я тебя не знаю, – рассмеялся Алфиан, отстраняясь от дочери и перекладывая бекон на тарелки. – Садись давай.

С той же улыбкой девушка села за разделочный стол-островок, стоявший посреди кухни. Тут же перед Айсин о мраморную поверхность стукнулась тарелка с яичницей, беконом и небольшой порцией фасоли в томатном соусе. Рядышком с ней Алфиан поставил широкий графин с апельсиновым соком и стакан. Сам же он расположился напротив дочери с таким же завтраком и кружкой кофе. 

– Так что там с той женщиной? Кто ее убил и как? – с нескрываемым любопытством поинтересовалась Айсин, вилкой отрезая кусочек яичницы. 

Алфиан хмуро посмотрел на дочь. Отец не любил рассказывать о работе, но она была уверена, что и в этот раз он сдастся под натиском искреннего интереса. Вскоре морщины на его лице разгладились, в голубых глазах – таких же, как у Айсин – заплясали искорки от солнечного света, когда отец выпрямился, готовясь говорить на серьезную тему. Айсин обожала подобные моменты и лицо Алфиана. В этом свете даже глубокий тройной шрам, рассекавший левую щеку и доходивший до кадыка, не выглядел таким ужасным.   

– Айси, мы же не раз с тобой говорили на эту тему, – Алфиан все еще пытался увильнуть от разговора.

– Ну, ты просто не можешь отказать мне в маленькой просьбе в такой важный день, – Айси сделала наивное выражение лица, чтобы окончательно склонить чашу весов на свою сторону.

– Ох, ладно, – отец окончательно сдал все позиции своей обороны. – Это была одна из солисток театра, Мари Левинг. Возвращалась домой после поздней репетиции, но, увы, не дошла. Найдена в ста шестидесяти пяти ярдах от самого здания театра Ковент-Гардена без единой видимой раны.

– А сумка при ней? Кошелек, деньги, банковские карты? – Айси не упускала возможности позадавать отцу вопросы, будто он на самом деле всего лишь свидетель, а не детектив.

– Все при ней, – Алфиан отпил кофе, неохотно вовлекаясь в игру. 

– Ты сказал, что ни единой видимой раны не нашли. Она лежала на спине, да? Там смотрели? Если нет явных ранений, то ее могли отравить, – немного поразмыслив, предположила Айсин, крутя в пальцах вилку и совершенно позабыв о завтраке. 

Алфиан усмехнулся и чуть заметно кивнул. Несмотря на то, что он старался избегать разговоров о работе, его все же восхищала смекалка дочери.

– На шее под волосами найдена небольшая ранка как от иглы. Пока не ясно, был ли это… – Алфиан не успел договорить, как его прервал телефонный звонок. Он сосредоточенно слушал собеседника, поглаживая другой рукой подбородок. Айсин не могла разобрать ни слова и пыталась по эмоциям отца угадать, о чем речь. Он смотрел на нее чуть отрешенно. С таким же взглядом он обычно говорил, как она похожа на мать, но девушка ненавидела это сравнение. Мать бросила их, и быть похожей на нее Айсин совсем не хотелось.