Золсум. Могильный Алхимик. Часть 1

Глава 6. ЗолСум

- Я ничего не вижу дальше вытянутой руки! – сокрушался Феликс, пытаясь оглядеться. – Надо подходить еще ближе.

В тот день, если можно так выразиться, так и не рассвело. Туман, похожий на молоко, густой и белый, дымкой стелился по поляне, через которую пробирались земляне, укрытые благодаря Сивресу куполом невидимости.

- Мы и так дышим им в спину, могут заметить, - одернула его Айсин. – Будем держать дистанцию.

Дождь еще лил, но теперь стал более мелким и частым, отчего в воздухе повисла непроглядная серость, взбаламученная ветром, будто ил в воде.

- Надо было захватить с собой бутерброды, - простонал Фел.

- Тише, - скомандовала Айси. – Кажется, я слышу голоса. Думаю, почти на месте.

Промозглый и зябкий туман, коварный, меняющий звуки, расстояния и очертания предметов, внезапно раскрыл свои влажные объятия, слегка расступившись перед землянами. На вымершей пустоши, устланной ковром из ржавой травы, покореженной сухостью и увядающей от гниющей плесени, расположилась деревня. В тумане она напоминала спящее чудище. В ее центре, будто обугленный огарок черной свечи, покосилась статуя пожилого мужчины, сгорбленного от тяжести прожитых лет и опирающегося на посох. Лицо статуи, разрисованное сетью трещин и покрошившееся местами, с горечью мудрости смотрело вперед, пока серые пятна лишайника и ползучие дикие розы поднимались по ее ногам.

- Это что, настоящий янтарь? – тихо спросил Феликс почти на самое ухо Айсин, едва сдержавшись, чтобы не присвистнуть.

Айси тоже обратила внимание на левую руку каменного изваяния. На ней красовалось кольцо из почерневшего от сырости серебра с огромным оранжевым драгоценным минералом овальной формы. Внутри него будто проявилась осенняя фотография с желто-красным листопадом. Даже в сером промозглом мире янтарь ловил практически невесомые и невидимые лучи бледного солнца и красиво переливался золотыми всполохами.

- Похоже на то, - кивнула Айсин, пораженная размером драгоценного камня. Он наверняка даже в магическом мире стоил целое состояние. Но, несмотря на разруху, царившую в деревне, янтарь все равно остался на месте. Вокруг статуи теснились хижины с пробитыми дерновыми крышами и стенами, поросшими пушистым зеленым мхом и зияющими в них дырами. За непрошенными гостями вместе с каменным стариком наблюдали взгляды десятков пустых оконных глазниц и смотрящий сквозь них мрак. Айси и Фел огляделись и, не заметив никого, стали пробираться ближе к центру поселения. Айсин точно не знала, что им предстояло найти, но напутствие Нарины о сборе информации подгоняло ее вперед к самому большому чертогу, стены которого до сих пор сохранили древние шрамы от копоти и разрядов энергии. Айси показалось, что вторые оставлены не природной стихией, а чьими-то магическими способностями.

- Лемер, гоните сюда вашу мерзкую псину. Тут, кажется, остаток магии, - голос, раздавшийся внезапно слева, заставил Айсин и Феликса дернуться в сторону и нырнуть за ближайшие кусты. Айси случайно задела локтем ветку, накренившуюся от тяжести маленьких яблочек. Фел же едва не поскользнулся на гнилых плодах, рассыпанных по земле и источающих хмельной запах сидра. Юркнув за кустарник, земляне замерли, приглядываясь к двум силуэтам, вырвавшимся из пелены тумана. Первый, низкорослый, плотный мужчина с намечающимися очертаниями пуза, потеющий даже в утренней прохладе, с редеющими черными волосами, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Второй светловолосый мужчина, тощий и высокий, сутулясь, неспешно вышел из дальней хижины, нырнув под дверным косяком, чтобы не удариться головой. Вслед за ним показалась собака, одного взгляда на которую хватало, чтобы почувствовать пробирающий страх. Нарина Опирум предупреждала об их устрашающем виде, но Айсин не ожидала, что охотничьи псы из Дар-инспекции выглядят, как доберманы-мутанты с отсутствующими глазами и начинающимся процессом разложения. 

- Дельадо, это всего лишь пес. Какая же в нем мерзость? – грустный, утомленный взгляд под тяжелыми дугообразными кустистыми бровями обратился к первому мужчине, а тощие руки с сильными широкими ладонями непринужденно потрепали собаку по голове.

- Алхимики не позволяют себе использовать магию… тем более, это непотребное некромантическое уродство от тумматов, - фыркнул Дельадо, изобразив гримасу отвращения, когда представитель Дар-инспекции приблизился.

- Вас послушать, так отчетливо можно уловить в ваших словах триквертические мотивы. Неужели вы взаправду верите, что мы, маги, покинуты Со-Здателем за величайший грех – магию? – волшебник насмехался над своим собеседником, отчего улыбка его походила на оскал, а орлиный нос стал занимать еще больше места на худом лице.

- Я не ненавистник магов, если вы на это намекаете, инспектор Морон, - пренебрежительно и нехотя отозвался алхимик. – Делайте уже, что должны. И побыстрее, пожалуйста. Не хотелось бы мне столкнуться опять с этой Опирум. Не иначе, как попытается нам всучить под нос бумажку, подписанную королевой.

- Насколько я уведомлен, Опирум отстранена от этого дела по приказу Ордена. По их же приказу здесь и Дар-инспекция. Королева не сможет нам перечить,- Морон перестал ухмыляться и, присев на корточки, начал снимать ошейник с собаки.