Золушка на час

5. Торт как лекарство от грусти

Лиза

- Ну, хочешь, я тоже останусь?

Полина с сочувствием наблюдала, как я поедаю принесенный

 вчера торт. Вилкой. Даже не нарезав его на кусочки, прямо из коробки.

Соскребаю самое вкусное – безе и белковый крем. А бисквит не трогаю. Не люблю бисквит. Маринованная вишенка... М-м-м! Вкуснятина.

- Не говори ерунды, - ответила я Полине с набитым ртом.

- Ты меня пугаешь, - подруга во все глаза смотрела, как я расправляюсь с тортом.

- Ой, извини, я тебе не предложила... – Я оглядела оставшиеся от кондитерского изделия руины. – А теперь он некрасивый, неудобно предлагать.

- Да не надо мне торт! Я хочу, чтобы ты опять стала нормальной. И улыбнулась.

- Да все нормально! Я в порядке. Уже смирилась с мыслью, что не еду.

Я снова воткнула вилку в торт. Полина сморщилась, как будто я попала ей в ногу.

Я получила дурное известие сегодня утром. Позвонили из деканата и промямлили что-то о путанице со списками. Оказывается, в лагерь еду не я, а Наташка Смирнова. От неожиданности я даже не возмутилась. Хотя вряд ли бы это что-то изменило... Наташка стояла в списке за мной,  у нее было на три балла меньше.

Какая гримаса судьбы! В первый раз меня щелкнули по носу месяц назад, когда я чуть не попала в число счастливчиков, но все же не попала. Теперь дали надежду... и снова отобрали.

Мне было обидно до слез. Да что там, я даже всплакнула немного. Шмыгала носом, пока драила и без того чистую кухню. Вон, дверцы шкафов сияют, как новые. Я даже оттерла неоттираемое пятно на столешнице! И отполировала чайник из нержавейки. Блестит, как зеркало...

Полина прибежала сразу после моего звонка. Я долго не решалась ей позвонить, думала, может, она не дома, может отсыпается у Вадима после бурной ночи. Набрала ее ближе к обеду.

Оказывается, она вчера не осталась с новым знакомым. Я была рада. Но удивлена.

- Ты же вчера ушла с Вадимом.

- Ага.

- Ты же говорила, что собираешься пойти на поводу своего каприза.

- Говорила.

- Одумалась?

- Он бы так уверен в собственной неотразимости, так грамотно меня обрабатывал... Комплименты, прикосновения, намеки на его нечеловеческую крутость. Он ни секунды не сомневался, что я поеду к нему!

- И ты решила его проучить.

- Да! И получила от этого невероятное удовольствие. Это было лучше, чем секс, ей-богу!  

Я смущенно опустила глаза. Плохо представляю, о чем подруга говорит. В моей жизни еще не было... ничего такого. И вряд ли будет.

- Когда я сказала, что передумала и еду домой, у него были такие глаза... - Полина произнесла это как-то даже мечтательно.

- Обалдевшие?

- Не то слово! Как будто он, голодный, расположился за столом с ножом и вилкой, а я выхватила у него из-под носа дымящуюся отбивную!

Я усмехнулась, представив эту картину.

- Мне его стало даже немного жалко. Правда, он быстро натянул на лицо улыбку и снова принялся меня соблазнять... Я наслаждалась до последнего. Он почти бежал за моим такси! А я махала ему платочком.

 Умеет подруга меня развеселить!

Отсмеявшись, я отложила вилку. И залпом выпила кружку чая, уже остывшего.

- Все? – спросила Полина.

- Все. Плакать больше точно не буду. И набрасываться на торты тоже Но, наверное, еще пару дней пострадаю... Знаешь, как обидно!

- Еще бы не обидно! Сволочи! Гады! Свиньи! Так издеваться над человеком. Взорвать этот деканат к чертям. А Наташку Смирнову...

- Да она, может, не при чем.

- Ага, конечно, ни при чем. Наверняка за нее кто-то попросил. Или за деньги ее впихнули, или по знакомству. Точно тебе говорю.

- Ладно. Все равно уже ничего не изменишь. Ты, кстати, чемодан собрала?

- Почти. Еще вчера.

Полина вздохнула.

- Вчера было так радостно его собирать...

- Да ладно, не вздыхай. Переживу.

- Кстати, - всполошилась Полина. – Я же вчера кинула клич. И у меня уже есть целый список желающих стать горничной миллионера. Я все отменю.

- Подожди...

- Что? Ты же не едешь. Значит, остаешься на работе. Разве можно отказываться от таких денег! За какие-то две недели несложного домашнего труда.

- Можно, - произнесла я. – И я откажусь.

- Но почему?!

Потому что в обществе Марка со мной творится что-то странное, вот почему!

Вчера он сел со мной в такси, сказал, что проводит до дома. Я не хотела ехать с ним в одной машине, мне было неловко. Он чуть меня не поцеловал! Наверное, неправильно понял. Я слишком к нему прижималась во время танца, да еще и голову положила на плечо, когда пыталась спрятать пылающие щеки. И он подумал, что я с ним заигрываю. Нет! Я бы никогда на такое не решилась.

Может, он не собирался меня целовать, может, наклонился ко мне по какой-то другой причине? Например, что-то сказать или спросить... Не знаю. Сейчас я уже ни в чем не уверена. Хотя вчера не сомневалась, что это начало поцелуя. Который не состоялся только потому, что сменилась музыка. И я очнулась.

Когда мы приехали, я хотела попрощаться и выйти из машины. Но он вышел первым и распахнул передо мной дверь. Я сказала:

- Спасибо, до свидания.

И пошла к подъезду. По дороге я мучилась мыслью: должна ли я была предложить ему деньги за такси? Конечно, он бы отказался, но все же... Может, все же, нужно было? Ради приличия?

Я дошла до двери и приложила электронный ключ к домофону. Он запищал, я потянула ручку на себя... и только в этот момент заметила, что Марк стоит рядом. Что он тут делает?

- Можно, я провожу тебя до квартиры? – спросил он. – Мне так будет спокойнее. Вдруг по вашему подъезду шастают маньяки.