Зов. Книга первая.

Зов. Глава X

Глава X

Словом можно убить,

словом можно спасти,

а бывает так,

что сказать просто нечего

и слова уже ничего не изменят.

1

Колыбель была довольно противоречивым местом. Многоуровневая система города, состоявшая из перегородок, естественных впадин, углублений, перемычек между сталактитами и сталагмитами, создавала своего рода улей, в котором копошились десять тысяч «пчел». Трущобы беженцев чередовались с шикарными, по нынешним меркам, домами старожилов, врезанными в скальную породу или возвышающимися в сталактитах над городом. Но это было и не удивительно. Колыбель принимала к себе всех желающих. Не важно, кем они были наверху. Вор, убийца, разбойник с большой дороги или просто крестьянин – убежище в Колыбели мог найти любой. Однако преступления в стенах города карались клеймом и вечным изгнанием. Люди и сами понимали, что спокойных мест в этом мире не так уж и много, поэтому все вели себя вполне дружелюбно, и у местных жандармов работы практически не было. Все жили мирно, и в относительной гармонии, насколько это возможно во время нашествия немёртвых.

Уже четвёртую неделю никто не выходил на поверхность и не приходил оттуда. Последней была группа Кирилла и Джона, хотя её тяжело было назвать группой. Лишь они двое да три парня из таран-колонны, возглавляемых Шрамом. Единственным плюсом изоляции были похороны Винса. В обычное время всех умерших хоронили на поверхности, за исключением знатных людей. Но его похоронили на внутреннем кладбище с почестями и вычурным пафосом. Да, тело Винса не будут жрать жуки, и кости не растащат хищники, но это было слабым утешением для Джона. Он тяжело переживал смерть друга. После похорон он больше не видел ни Кирилла, ни Шрама. Снежок устроился в ночлежке для беженцев, подрабатывал на плантации, а днём пил в одном и том же баре, вынашивая планы о своём будущем, которые рассыпались в прах вместе с утренним похмельем.

К концу месяца пребывания в Колыбели Джон зашёл, как обычно, в бар и увидел за стойкой Кирилла. Друзей за это время он так и не нашёл, а с ним Джона хоть что-то связывало, поэтому он решил подойти. Кириллу как раз в этот момент принесли его вторую кружку пива (если так можно было назвать местное пойло).

– Уж не ожидал тебя встретить в таком месте, – Джон сел рядом.

– Привет, Джон, – Кирилл сделал пару больших глотков. – Почему же? – по голосу было видно, что Коган захмелел. – Я, по-твоему, не могу выпить?

– Хм, просто думал, что Свирепые не ходят по притонам. Да и ты вроде как не дружишь с пойлом, – Джон заказал у бармена местного виски и сигарет.

– Свирепые!? Хах! Да какой я Свирепый! Я не смог спасти твоих людей, не смог спасти даже своих. Так что я ничем не лучше тебя.  Даже хуже. Как ты меня нашёл?

Такие слова немного покоробили Джона, но, прикинув, он понял – Коган прав. Они оба были сейчас на дне, куда падают все те, кого жизнь использовала, как дешевую потаскушку, и бросила на обочине, не добив исключительно из-за извращенного чувства юмора.

– Я тебя не искал. я хожу в этот бар каждый вечер. тут самогон, который они называют виски, очень даже неплох.

– И что же ты делаешь днём?

– Ничего особенного.  жду вечера, – он сделал глоток, поморщился и закурил сигарету.

– Интересно. Тогда выпьем за вечер, – Кирилл поднял свой бокал и сделал ещё пару глотков. – Но закончим прелюдию. Чего ты хочешь?

– В каком смысле? – не совсем поняв, о чем идет речь, удивился Джон.

– Ну, ведь это ты подсел ко мне, а не я к тебе. Стало быть, тебе что-то нужно.

Джон решил, что Коган явно не в себе, и решил сменить тему.

– Я слышал, что если пить в одиночку, то можно прослыть алкоголиком. Ты слишком мнителен. Ничего мне не нужно, просто хотел выпить.

– В друзья, стало быть, решил навязаться?

– Да пошёл ты! – тут же вспылил Джон и встал из-за стойки, – Я уже было подумал, что ты неплохой парень.

– Ладно-ладно, Джон, успокойся. Просто день херовый, точнее месяц. Давай выпьем, я буду рад твоей компании, – Кирилл жестом предложил ему вернуться на место.

Джон взглянул на профиль Когана, подумал пару секунд, после чего плюхнулся рядом.

– Месяц плохой? Начался он у нас с тобой абсолютно одинаково. А дальше и знать не обязательно.

Коган одобрительно качнул головой.

– Ты прав, мы с тобой в одной лодке. Дай мне, что ли, тоже сигаретку.

–Ты куришь? Ну, бери, – Джон протянул Кириллу пачку и спички. Кирилл закурил, сделал пару затяжек и залил все это пивом.

– Вообще-то нет, не курю, но иногда неплохо прочищает мозги.

– Помню-помню. Тогда на крыльце в пустыне ты сказал то же самое.

Оба затянулись и выпустили дым через нос.

Так и прошёл вечер. Они сидели за стойкой до поздней ночи, распивая пиво и виски. Разговаривали обо всем подряд. Узнали друг о друге много нового, и, хотя никто из них и не навязывался другому в друзья, к концу вечера они ощущали себя приятелями. Ближе к рассвету, когда в баре уже было совсем пусто, изрядно захмелевший Коган встал на стойку и, чудом не упав, ни с того ни с сего предался поэзии: