Зов пустоты

Глава 15-1

ГЛАВА 15

Я не помнила, как ноги принесли меня к башне пустоты. В отличие от магистрата света и тьмы, вокруг не стояли стражники, а в ворота мог войти любой, только не входил. Все знали, что тени не любят чужих, и однажды вошедший может уже никогда не вернуться. Но мне было все равно, вернусь я или нет. Какое-то время стояла, сквозь решетку разглядывая серые, потрескавшиеся кирпичи, из которых была сложена башня. Её, как и башню света, венчал колокол, который прозвали туманным. Вместе с солнечным и звездным, он оповещал жителей о самых важных событиях в жизни страны. Думалось, вернулся ли уже человек в сером балахоне в свои покои. Наверняка, да. Вряд ли врата пустоты можно открыть без подготовки. А затем я толкнула створку ворот и вошла внутрь. На мгновение стало холодно, но ощущение быстро прошло.

Воздух вокруг вился сизоватой дымкой, и на коже словно оставались маленькие капельки. Странное и жуткое место. Казалось, стоит отвернуться, и из пустоты шагнет кто-то и утащит за собой. Но я пришла не бояться. Я не могла помешать исполнению приговора Анри, но могла быть с ним в эту минуту. И, наверное, мне самой это было куда нужнее, чем ему.

- Кого-то ищете?

Я вздрогнула и обернулась. Никого! Откуда тогда голос?

- Мне… нужно поговорить с магистром Эйлеаном, - ответила я.

- Магистр не принимает, - ответил тот же голос.

- Передайте, чего его хочет видеть невеста Анри Вейрана.

Повисла тишина. Я поежилась – холод посреди лета стремительно усиливался.

- Вас встретят у входа, - наконец, донесся ответ. Я пошла к входу в башню. Стоило достигнуть двери, как она отворилась, и я шагнула в серое, мрачное помещение, сам воздух в котором казался спертым и едким. Если здесь так жутко, как же тогда там, в пустоте? Не думать! Не сейчас, иначе сойду с ума.

У входа меня действительно ждали – странное существо в таком же сером балахоне, как и у магистра. Почему странное? Потому что там, где заканчивался балахон, не было ног. Мой провожатый будто висел над землей, и лица его под капюшоном я не видела. Наверное, стоило возблагодарить за это судьбу. Меня провели по длинным коридорам к лестнице, а затем начался долгий подъем, виток за витком. На пятом я сбилась со счета, затем – и с дыхания, когда мы, наконец, очутились перед дверью. Существо коротко постучало.

- Входите.

Знакомый то ли голос, то ли шелест. Я, внутренне замирая от страха, перешагнула порог. После знакомства с тенями готова была увидеть, кого угодно – даже призрака, но передо мной был человек. Балахон не скрывал артистичных, чуть худощавых кистей рук. А на ногах магистра были самые обычные ботинки.

- Чем обязан, мадемуазель Лерьер? – без эмоций спросил магистр, и снова стало не по себе.

- Мне нужно с вами поговорить, - напомнила себе, зачем вообще сюда пришла. – Об Анри.

- Увы, о вашем женихе разговаривать бесполезно. – Магистр неопределенно пожал плечами. – Приговор вынесен и будет исполнен. Теперь отменить его не сумею даже я.

- Но вы пытались. Значит, знаете, что Анри невиновен, - настаивала я.

- Я могу только предполагать это, мадемуазель Лерьер. – И мне показалось, что в голосе магистра прозвучала усмешка.

- Если бы вы только предполагали, то не стали бы отодвигать слушание, - настаивала я.

- Я должен был убедиться.

- Убедились?

- Как видите, нет. Поэтому вы зря пришли, я не смогу пощадить вашего возлюбленного.

- Я пришла не за этим, - опустила голову. – Позвольте мне присутствовать при исполнении приговора. Я хочу быть рядом с Анри, раз уж это все, что могу для него сделать.

- Вы – храбрая девушка. – Кажется, мне удалось убедить бесстрастного магистра. – Не каждая согласится видеть, как её любимый человек отправляется на встречу с пустотой.

- Я люблю его.

- Это не ответ. Любовь – это слишком мало, мадемуазель Лерьер. Любить можно кого угодно. Соседа, который улыбается вам каждое утро из дома напротив. Или маленькую девочку, которая дарит цветы просто так, без повода.

- Неправда.

- Спорите? А у вас железный характер. Видимо, в этом все и дело. Кстати, мадемуазель, вернитесь домой, ваша матушка крайне обеспокоена. А раз ваше участие в преступлении господина Вейрана не было доказано, то и обвинять вас больше никто не будет. Поэтому живите, мадемуазель Лерьер. Живите, как будто ничего не было. Это единственный шанс стать счастливой.

- Забыть? – с горечью прошептала я. – Вы не первый, кто предлагает мне забыть. Только это жестоко, не находите? Оставить за спиной человека, которому отдал сердце, из-за того, что на него решили переложить чужую вину. Нет, магистр Эйлеан, это невозможно.

- Тогда присутствуйте. Только не думаю, что граф Вейран будет этому рад. Не каждому понравится, когда на него смотрят в трудную минуту. Это обязывает держать лицо, знаете ли.

Я не понимала, чего от меня хочет магистр. Непросто разговаривать с кем-то безликим. Когда есть только этот серый балахон – и все, ничего больше. Непросто – и удушающее страшно. Но после этого дня я разучусь бояться. Раз и навсегда. Потому что ничего страшнее уже не случится.