Зов пустоты

Размер шрифта: - +

Зов пустоты - 1

 

Не согревает больше солнца свет.
К тебе хочу прижаться - тебя нет.
Ты отыскал в галактике звезду,
К которой я добраться не могу.

Тебе её достать, преподнести,
Чтоб доказать силу своей любви.
Но ты молчишь, а я тебя зову,
Да только зов, как оказалось, - в пустоту.

Я в платье из забвения стою перед тобой
С мечтою старой-новою, молю, побудь со мной.
Без темноты не светится мне ни одна звезда,
А ты ушёл к своей звезде, навек забыв меня.

Воздвигнут из настроения дворец,
Где на любой вопрос свой слышу — нет.
К тебе пошлю вновь голубя летать,
Чтобы упрямо снова умолять...

Лето 1790 года принесло России желанную победу над шведами. Был заключён мир, и надежды заключить мир теперь с Турцией возросли. Радуясь наполняющей вере, что наступают более спокойные времена, Татьяна поливала в своей небольшой оранжерее цветы. Она нашёптывала стихотворные строки, которые сочинила сама, а печаль всё больше наполняла душу. 

Медленно, тихо тянулись её дни. Она уже который год жила в своём имении под Петербургом и старалась не выезжать ни на какие балы, встречи или празднества. 
Отставив кувшин с водой, Татьяна вздохнула. Она поглаживала лепестки орхидей и напевала красивую мелодию, о чём-то своём задумавшись да прослезившись. Отдаваясь воспоминаниям всё ещё молодой душой, она не услышала приближающихся к оранжерее шагов.

-Татьяна Алексеевна, - вернул её в реальность слуга.

Он стоял рядом, держа в руках горшок с ромашками, что были собраны туда будто прямо с поля.

-Что это? - удивилась она, но, пока слуга искал подходящие слова, пожимая при этом плечами, её взгляд пал на один из стеблей цветка. 

На нём, блеснув лучом солнца, что промелькнуло из-за облаков за окном, красовалось кольцо с драгоценным камнем.

-Не может быть, - узнала украшение Татьяна и улыбнулась, прижав горшок с ромашками к груди. 

Слуга молчаливо откланялся. Не заметив его уход, позабыв о слуге и вовсе, Татьяна села на скамью подле. 

-Вы ждёте меня? - вопросила она будто в пустоту. - Неужто вновь времена меняются?... Вы всегда зовёте, когда моя судьба стоит на краю перемен...

Закрыв глаза, Татьяна опрокинула голову назад. Она сдерживала себя, чтобы не расплакаться, заставляя улыбаться да быть спокойной. Вспоминалось вновь прошлое. Почему-то в последнее время душа звала туда всё чаще и чаще. Будто какое предчувствие затаилось внутри. Будто подсказывала жизнь о том, что настанет.

Татьяна улыбалась, а в её воспоминаниях у камина вновь стоял отец, перечитывая письмо из России уже в который раз. Она же, ещё юная, семнадцатилетняя девушка, была наполнена мечтами поскорее отправиться именно туда, куда и приглашают — в Россию, во дворец к Её Величеству...

-Сделает тебя своей фрейлиной, - кивал отец, уставившись в письмо.

-Это чудесно, милый, - хлопала в ладоши счастливая его супруга. – Мы так давно этого ждали! Как эти корабли, - отошла она к окну, за которым раскрывался прекрасный вид на гавань. - Они ждут своей дальнейшей участи... То побеждают все бури, то гибнут, лишь бы не стоять долго на месте...

Татьяна видела восторг и давно ожидаемое счастье в её глазах. Супруга отца приходилась ей мачехой. Только выдержав траур по погибшей матери, отец сразу обвенчался с нею, никому ничего не объясняя. Татьяне было в то время пять лет. Она помнила тот день. Она помнила родную матушку и как внезапно та погибла, играя с нею в саду... Пала вдруг наземь да не пришла больше в сознание... Оказалось, была отравлена, но кем — до сих пор не известно.

Строгость мачехи, видимое недовольство ею - Татьяна замечала с первых дней жизни вместе. Мачеха терпеть не могла её и искала способ избавиться от падчерицы, как можно скорее. Уговорив через письма Императрицу, чтобы взяли Татьяну во фрейлины да поскорее выдали замуж, мачеха наконец-то вздохнула свободно. И не волновало её то, что отцу трудно отпускать от себя единственную, любимую дочь...

-Сегодня же будет праздничный ужин, а утром немедленно в путь! - поцеловав супруга в щёчку, мачеха поспешила уйти.

Дверь в гостиную, где они были, закрылась, и сердце Татьяны будто сжалось, с болью, тоской, видя заплакавшего отца...

 



Tatjana Rensink

Отредактировано: 24.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться