Зверь придет с рассветом

Глава 13. 2

Дома про побег Лили быстро забыли. Никто из родителей не воспринял ночное исчезновение дочери всерьез. Отец пожурил, мать похмурилась, после чего их всецело поглотило неожиданное прибытие Нерина Марта. Его встречали, как короля. Лили подумалось, что даже матери Йона, сиятельной Хати-Иханне, не выражали в этом доме столь искренней радости по поводу приезда.

А Нерину Марту и его головорезам обрадовались, как родным.

Лот и его жена метали на стол разносолы, шутили, улыбались.

Даже драгоценную бочку вина, припрятанную на черный день, выкатили из подполья.

Лили злилась, но поделать ничего не могла. Три года она жила относительно спокойно, как хотела: общалась со сверстницами, даже с Эллой-северянкой, от которой старательно отваживали ее отец и мать, или сбегала на Пустошь, где учила древний язык и читала книги, в основном, тот самый, подаренный Табитой, Некрономикон. Лили унесла его из дома и оставила под присмотром костяного зверька…

Зверек приходил к ней каждый раз, когда она по веревочной лестнице спускалась в библиотеку. Он, кажется, радовался. Лили привыкла к странному существу и переживала, если страж книг, вдруг, по каким-то причинам не приходил.

И вот теперь, с возвращением Нерина Марта, беззаботная жизнь должна была подойти к концу.

Закончиться навсегда.

- А ты хорошо округлилась, - заявил жених, сидя рядом с Лили за ужином. – Жду не дождусь брачной ночи.

Он довольно хохотнул, и побратимы – так Нерин называл своих спутников – поддержали его дружным гоготом. Рыжий Брон снова подмигнул.

Лили потупила взор, уткнулась носом в тарелку, больше всего на свете желая взять эту разнесчастную тарелку и вылить из нее горячую похлебку прямо на головы горе-жениха и его дружков.

В дверь постучали. Мать открыла и тут же согнулась в благочестивом поклоне. На пороге, выкатив укрытое блестящей алой тканью пузо, стоял священнослужитель Эвгая. Его звали учитель Мун. Он прибыл в Нерку из Города-Солнце во главе группы миссионеров.  Приехав, сразу потребовал от местных денег на возведение временного храма. Деревенские рады были бы отказаться – да, вот проблема! – вместе с миссионерами прибыли шестеро вооруженных воинов в алых плащах богозащитников, с которыми спорить никто не рисковал.

- Да будет свят этот день, - слащаво поприветствовал присутствующих Мун. – Могу я войти?

- Конечно, учитель, милости прошу, - засуетился Лот, приглашая священника присоединиться и занять самое почетное место за столом. Уступил свое. – Мы рады, что вы решили посетить наш скромный дом.

Мун сразу перешел к делу.

- Я слышал, у вас дочка на выданье? Сколько ей?

- Девятнадцать. Скоро будет двадцать.

- Ай-ай-ай, какая жалость, - поджал узкие губы гость. – Знаете ли вы, что благочестивые девицы не должны ходить не пристроенными после восемнадцати лет? Мы прибыли сюда по воле великого Эвгая, чтобы донести до местных жителей его заветы и его благодать. Наша цель – просветить людей и сделать их жизнь менее греховной. Избавить от искушений, понимаете? А незамужняя созревшая дева полна соблазнов…

- Не переживайте, достопочтенный Мун, - успокоил священника Лот. – Моя дочь уже давно сосватана за достойного человека, - он указал на Нерина Марта. Тот гордо кивнул. – Наш будущий зять был призван на службу, а дочка дожидалась его, как и положено честной, богобоязненной невесте.

- Какая хорошая девочка, - похвалил Лили Мун. – Значит, у тебя скоро свадьба? Почему же ты сидишь, такая хмурая, дитя мое?

- Потому что мне не весело, - тихо ответила Лили.  

- Прискорбно, милая моя, - наставительным тоном пожурил девушку священник. – Настоящая женщина должна всегда излучать радость и дарить ее окружающим. Таков замысел Эвгая. Тем более, перед свадьбой греховно пребывать в печали. Это же самое счастливое событие в твоей жизни. Так заповедовал нам Эвгай, - священник благоговейно воздел ладони к потолку. – Он все видит, и ждет твоей счастливой улыбки. Ну же, милая, не разочаровывай его.

- Выходит, Эвгай поощряет лицемерие? – не сдержавшись, ехидно поинтересовалась Лили.

Лицо священника покраснело от возмущения, губы стали еще тоньше и сжались плотнее.

- Эвгай не поощряет лицемерие, также как и дерзость. Хорошая девочка не должна дерзить.  Хорошая девочка должна молчать и улыбаться.

- Так? – Лили натянула на лицо жуткую улыбку, похожую на оскал.

Ей уже было все равно. Ничего хорошего впереди не ждало. Ильза и Табита умерли, Йон и Элла уехали, побег не удался… Остались только разочарование, грусть и скорая свадьба с ненавистным Мартом. Нечем особо дорожить. Нечего терять.

Отец, приструняя дочку, стукнул по столу кулаком.

- Ты чего себе позволяешь, а? Опозорить меня вздумала? - Лот схватил Лили за шкирку и потащил на улицу.  Там, залепив ей несколько мощных оплеух, закрыл в полупустом сенном сарае и запер на тяжелый засов. – Посиди тут и подумай о своих словах, дура.

Лили не выпускали из сарая до следующего вечера. Трижды мать приносила ей воду и еду, смотрела, молча, с укоризной. Как ты могла так дерзить важным людям, мол.



Жанна Лебедева

Отредактировано: 07.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться