Звезда Элиота

Глава 3.

Первые утренние лучи, пробежав по мокрой от ночного дождя листве, задержались на секунду на странном, тугом и пульсирующем свертке из зеленых стеблей лиан, корней и листьев, наполовину погруженном в сырую от влаги землю и взрытый мох. Откуда-то из верхней его части, там, где сквозь зелень проглядывали светлые проблески, раздался полный боли стон, и лианы, шевелясь и втягиваясь, ушли под землю, грубо разрывая нежную, изрядно уже подпорченную подстилку изумрудно-зеленого мха, но и оставляя после себя скорчившееся в позе эмбриона тело крупного мужчины. Одежда на нем во многих местах зияла круглыми дырами, из которых, как живые змеи, выползали тонкие корешки, втягивавшиеся в землю вокруг него. Еще мгновение, и на одежде ночной жертвы Заповедного Леса не осталось и следа — ведь даже его одежда была частью экосистемы Леса. Пошевелившись, мужчина привстал на локтях — руки его не держали и он как-то странно, неуверенно и будто бы впервые в своей жизни, сделал глубокий вздох, тяжело, натужно закашлявшись.

Мужчина судорожно начал рыться в карманах, скрюченными пальцами пытаясь нащупать какой-то предмет. Наконец, хоть и не с первого раза, ему это удалось сделать. Он дрожащими руками, стараясь сдержать рвущийся натужный кашель, вставил в ноздри какие-то предметы и попытался вздохнуть. Но, увы, новый приступ, еще тяжелее и болезненнее предыдущего, согнул его пополам. Выдрав из носа фильтры, он, цепляясь за гладкий от влаги ствол дерева, попытался встать, но попытка была странной и провальной — так мог бы пытаться встать на не держащие ноги новорожденный младенец. И то лучше бы получилось.

Что-то заставило его, натужно хрипящего, оглохшего и полу-ослепшего, сначала поползти, а потом, хватаясь за стволы деревьев, корни и пучки травы, на четвереньках двигаться вперед, к маячившему невдалеке, как финишная лента, кусту лиловой каппи. Спотыкаясь, как пьяный, держась за раздираемую болью грудь, мужчина вывалился на поляну, где он еще вчера сидел и болтал с маленькой смешной Скиоль. Дрожащей рукой нашарив в кармане кристалл связи, Стриж сжал его, вызывая Лекса — единственного, кто мог бы дать хоть какие-то объяснения. Лекс долго не отвечал, а мужчина все больше и больше усиливал нажив, со всей дури вливая в вызов свое отчаяние и боль. Наконец среди багровых кругов, вертевшихся перед его мысленным взором, проявилось искаженное страхом и бледное лицо его друга.

— Стриж?! — Заорал Лекс, — Ты живой?!

— Что-то вроде того, — прохрипел бывший, как теперь понимал он, страж границы, — Что со мной?

— Я не знаю… Ты… У тебя ни один имплант не отвечает. Будто у тебя их и нет! Но, бездна, я же сам тебе их ставил!!! Тебя нет на карте, ты пропал… — Лекс, поджав губы, на секунду отвел взгляд, будто бы сверяясь с какими-то данными на мониторе, — У нас вчера такой колоссальный отток энергии произошел, все сбоит, техника вышла из строя. До сих пор в себя прийти не можем! Эй, приятель, с тобой что?! — Заметил, наконец, Лекс странное состояние друга, — Ты что, там умирать вздумал?!

— Нет… Я… Я не знаю, что со мной. Я вчера с Лесом говорил, и вот. Дышать тяжело, и тело… каждый мускул, каждая чертова кость ломит!

— Ааааа… — Хмуро протянул Лекс и опять отвел глаза, — Понятно…

— Что, черт побери, тебе понятно?! — Взорвался Стриж, — Ну-ка, умник, поделись-ка со мной! Что вы со мной сделали?!

Лекс, втянув голову в плечи, старательно пытался не встречаться взглядом с разъяренным другом, начав примирительно, но как-то уж слишком ласково и заискивающе успокаивать его:

— Ты, главное, не волнуйся, Стриж! Это не мы, это, понимаешь… Лес… Ты же теперь знаешь, что это сознание «Звезды Элиота», да? В общем, я вчера ввел инфу по этой твоей кошавке, ну и запросил кое-что из новых данных, разрешение тебе хотел оформить… И как понеслось! Я сам не до конца понимаю, но, кажется, «Звезда», в обход нас, дала тебе разрешение покинуть Лес… Что-то вроде того… Так, да?

Стриж, превозмогая боль в саднящем горле, сглотнул и кивнул, не сводя глаз с виноватого лица друга, а тот, воровато глянув на стража, предположил:

— Как я понял, Лес, он же разум «Звезды», переделал тебя так, что бы ты мог находиться за пределами Второго контура… Как — ума не приложу, разум звездолета закрылся и не отвечает на мои вопросы… Только отделывается непонятным «ждите». Что он от тебя хочет?

— Я… — Начал было Стриж, но почувствовал, что ему резко перестало хватать воздуха.

Пальцы, судорожно сжатые, сами разжались, и комм, соскользнув по ладони, скатился в короткую, но густую травку. Дерн, отрицая саму свою природу, быстро раздвинулся, шевеля белесыми корнями на разломе, наполз на кристалл и, схлопнувшись, пошел рябью, проглотив добычу. Еще и, выстрелив вверх стрелкой бледного ростка, цветочек на этом месте вырос. И все это за какие-то несколько ударов сердца.

— Ну и подавись, ссссволочь! — Прошипел Стриж, без сил откидывая голову на мягкую лесную подстилку, — Вот не пойду никуда и сдохну. Прямо здесь. Задохнусь, и сдохну! И не пойду никуда! Сам иди, добывай свой источник, что б тебя!..

После отповеди Лесу дышать стало чуть легче, но лес придумал новый способ выгнать риута «на задание» — пришли муравьи. Здоровый твари, в фалангу пальца длинной, обычно не трогали стражей. Обычно. Но эти же… Стриж с опаской, одними глазами наблюдал за тварями, кружащими вокруг него, как сам-падальщики вокруг тушки дохлого тиуля… 

— И? Я тебе сказал — посылай другого идиота! Вон, Лекса отправляй -- у него голова больше, а я никуда не пойду без моих имплантов! И без кома — не пойду! И без… — тут рука мужчины дернулась к опустевшей кобуре, и он, истерично подхихикивая, ласково и нежно промурлыкал, обращаясь к «воришке», — Ах ты сволочь электронная! Где мой станер?!.. Я что, с голым задом на этих твоих попру? Счаааз!



Татьяна Дунаева

Отредактировано: 23.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться