Звезда Гаада

Размер шрифта: - +

Часть 2.9

Очнулась. И с ужасом поняла, что лежу головой на коленях у белого Старейшины. Тай задумчиво водил ладонью над моей пораненной голенью. Попыталась вырваться, но светловолосый сжал мою голову как в тисках. Сильный.

- Долго спала, - проворчал, - Но теперь силы восстановились хотя бы.

Я спала… Значит, те яркие картины – это просто сон. Странный сон. Он бы мог случиться. Или нет? Вот они там так рассуждали, что за слово «грех». Будто не знали. Вот в моём мире в религии такое было. Но было бы странно, если бы кто-то пел в их мире, мол, «мой первый грех». Тьфу, Вера, глупая ты! Это же был твой сон. Ты видела его. Ты пришла из мира, где есть такое слово, и, более того, оно много значит. Так что же удивительно, что Кайер в моём сне пел, используя его?

Хотя…

- Благ… - спросила я, робко подняв взгляд.

Старейшина хмуро посмотрел на меня.

- Что тебе?

- А среди белых хранителей когда-нибудь был такой… - поморщилась, вспоминая, - Такой мужчина… Тёмные волосы. Они вьются. Но не кудряшками, а просто волнами крупными. У него ещё шрам над бровью. Старый меховой плащ. И ещё он носит как украшенье на груди клык какого-то крупного зверя. Такой, с дыркой, через которую продет кожаный шнур?

И замерла, напряжённо выжидая ответ.

Кажется, именно такого видел в моём сне Благ в отражении на поверхности озера. И… мне как будто похожий примерещился ещё тогда, когда пошла в лес вслед за Карстом. Будто кто-то стоял такой и на Карста внимательно смотрел. Но повар Гаада тогда сказал, что не видел никого. И что среди чернокрылых такого не было.

- Такого… нету, - сказал Благ, смотря куда-то вдаль.

- Но, может, когда-то был? Просто сейчас уже умер?

Ведь Гаад уже несколько веков как Старейшина. И Благ. А того молодого мужчину Благ видел вскоре после того, как Старейшиной стал. Ну, в моём сне. Как по правде-то я ж не знаю.

Парень меня столкнул на землю. Поднялся. Сердито выдохнул, смотря на меня сверху вниз:

- Я знаю. Я видел портреты всех хранителей, которые были. В книгах. Такого среди белых хранителей не было.

- Ну, может… Может, среди чернокрылых? А, да, тебе-то неясно, ты же…

- И их портреты видел, - проворчал Благ, - Такого не было.

Села, пока не пнул.

- А почему ты о нём спрашиваешь? – спросил Старейшина чуть погодя, не глядя на меня.

- Ну… - смущённо нос поскребла, - Он мне приснился.

Мой мучитель расхохотался, потом насмешливо посмотрел на меня:

- Он всего лишь тебе приснился, а ты меня о нём спрашиваешь?! Вот глупая!

Вздохнула. В общем-то, Благ прав. Я уснула от усталости, после потрясения. И мне ерунда какая-то приснилась.

Благ долго-долго молчал, смотря куда-то в сторону от нас, потом опять ко мне повернулся.

- Зачем ты в окно сунулась, если летать ещё не научилась?

Смущённо признаюсь:

- Думала, что полечу.

- Вот…! – последовавшее ругательство было мне непонятно, хотя у меня и появилось ощущение, что меня сравнили со здешним видом гусениц.

- А не надо было меня доводить!

- Ты сама кого угодно доведёшь, - проворчал долговязый.

Радостно вскрикиваю:

- А ты волновался из-за меня, да?

- По виду – зрелая девица, а по поведению – малявка лет пяти или семи, - ядовито произнёс Благ.

Не сдержалась:

- Между прочим, тут кое-кто сам ведёт себя как избалованный ребёнок: сердится, что кто-то вокруг него на цыпочках не бегает.

Старейшина больно ущипнул моё правое предплечье.

- Предупреждаю, Кария, что больше твоего хамства не потерплю! Пока предупреждаю по-доброму. Но это недолго будет. Хотя мне очень хочется надеяться, что ты умная и по-доброму поймёшь.

Возмутилась:

- Меня обижать можно, а тебя нельзя? И после этого выходит, что это я веду себя как ребёнок?

Благ сердито сверкнул глазами. И вдруг отвесил мне затрещину.

- Думай, что говоришь, дурочка.

И куда-то переместился.

- Я же просил тебя не нарываться! – вздохнул Тай, - Это ты ещё мало отделалась.

Ворчу:

- Мне же хуже.

Как ни странно, за завтраком меня сладкого не лишили. Наверное, чтобы у меня было больше желания жить и меньше – прыгать из окон. Значит, я им всё-таки нужна. Вот только их жалостливые взгляды и многозначительные перемигивания раздражают. Такое ощущение, что мерзавцы принимают меня за сумасшедшую или тяжелобольную. Даже долговязый, единственный из местных хранителей, с которым я хоть как-то смогла разговориться, молчит. И ещё эта давящая угнетающая атмосфера, более походящая на приём у короля, чем на совместную трапезу единомышленников и сотрудников.



Елена Свительская

Отредактировано: 21.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться