Звёздная симфония

Выставка

Наступила суббота, выходной день, который Юле предстояло провести в обществе Даши и Максима - парня Даши. На первую половину дня было назначено культурное мероприятие в виде похода на выставку работ Пикассо, а вторая обещала закончиться поседелой в каком-нибудь кафе, где девушки могли бы вдоволь пообщаться за чашечкой чая. Во всяком случае, таков был план, пока за несколько дней до знаменательного уик-энда не выяснилось, что компанию двум закадычным подружкам составит молодой человек одной из них, который оказался ценителем прекрасного и не смог устоять перед возможностью увидеть картины великого художника. Несмотря на то, что присутствие постороннего парня грозило наложить известные ограничения на общение подруг во время этого их похода в музей, всё же Юля не слишком огорчилась ему. Максим во время посещения выставки мог спасти Дашу от скуки, которая, как знала Юля, обязательно настигнет девушку в процессе приобщения к высокому.

Дело было в том, что Даша - лучшая подруга Юли - была совершенно, абсолютно невосприимчива к искусству, ко всем его формам, будь то музыка, живопись, скульптура и тому подобное. Ничто не трогало её: ни концерт симфонического оркестра, ни великолепная игра лучшей в городе театральной труппы, ни выставки картин известных классических и современных художников. Что бы ни представало взору или слуху Даши, всё вызывало у неё лишь скуку, которую она даже не пыталась скрыть, и это её отношение скоро стало заметно и Юле. Уже после первых попыток познакомить Дашу с прекрасным, Юля поняла всю бессмысленность своих усилий, когда та по окончании концерта или спектакля делилась с ней своими впечатлениями.

Нужно сказать, что, когда Юля обнаружила полнейшее безразличие своей дорогой подруги к вещам, которые ей самой казались замечательными и вызывали только положительные эмоции, девушка неизбежно почувствовала разочарование. Однако пускай Даша и огорчила её своей неспособностью понять искусство, тем не менее, это досадное чувство, возникшее в душе Юле, не стало причиной разрыва между ними. Напротив, на примере Даши Юля воочию убедилась в том, насколько люди могут отличаться друг от друга даже в самых важных, по их мнению, вещах и всё равно оставаться друзьями. И это понимание стало мостом между Юлей и Дашей, перекинутым над той пропастью отчуждения, которая могла, возникнув из разочарования, разлучить их навсегда.

Но не только взгляды на искусство отличали девушек друг от друга. Как Юля выяснила со временем, у них с Дашей в целом было непохожее мировоззрение, они мыслили разными категориями, стремились к разным целям в жизни. Даже книги они читали совершенно непохожие, а ведь именно чтение во многом формирует внутренний мир человека. Объяснялись эти различия, в первую очередь, особенностями воспитания и жизни каждой из них. Юлина семья, владевшая собственным загородным домом и машиной, могла считаться зажиточной по сравнению с семьёй Даши, состоявшей из неё, её мамы, бабушки и дедушки, которые все вместе жили в двухкомнатной квартире в городе. Когда Даша поступила в университет и нашла работу, то вместе с подругой начала снимать однокомнатную квартиру в старой, ещё советской пятиэтажке, чтобы не ютиться вместе с родственниками. Конечно, не так просто совмещать учёбу на дневном отделении с работой, и денег у студентов никогда не бывает достаточно, но всё же для Даши это было лучше, чем жизнь в родительском доме. Её отношения с семьёй, как знала Юля, нельзя было назвать тёплыми, поэтому она предпочитала прилагать больше усилий, но оставаться самостоятельной.

У Юли же была иная ситуация. Ей не грозила теснота и нужда, и родители были скорее совершенно безразличны к ней, нежели докучали постоянными претензиями, так что она не столь сильно стремилась покинуть их, по крайней мере, до тех пор, пока не закончит университет. Однако она понимала Дашу и сочувствовала её положению, с одной стороны, а с другой - завидовала её смелости и независимости, пусть эта независимость и давалась ей с большим трудом.

Со стороны могло показаться странным, что эти внешне непохожие девушки, принадлежащие, если так можно выразиться, к разным слоям населения, были подругами. Что привлекало их друг в друге? Юля сама плохо понимала, что держит их вместе. Объяснить это она могла лишь некой подсознательной симпатией, пронизывающей их отношения, каким-то внутренним родством, связывающим их точно кровными узами. Даша не была ей просто подругой, но почти сестрой. И дело тут было вовсе не в длительном знакомстве - потому что симпатия возникла между ними сразу, как они встретились - а в общности их энергий. Просто им было комфортно в обществе друг друга, и если речь не заходила о каких-то фундаментальных понятиях их жизни и суждениях, они прекрасно понимали друг друга и находили много общего. В каком-то смысле их можно было сравнить с сёстрами–близнецами, от природы наделёнными общим набором характеристик и свойств, но выросших в разных условиях, наложивших свой отпечаток на их ум и характер. Внешне они отличаются, но внутренне всегда будут родными друг другу.

Так вот, хотя Даша далеко не была поклонницей живописи, но узнав, что её подруга Юля собирается идти на выставку, тут же вызвалась составить ей компанию. Поэтому в назначенную субботу в час дня у входа в картинную галерею Юля встретилась с Дашей, которую сопровождал высоких симпатичный парень в очках, и все вместе они отправились к кассе.

У полукруглого окошка, проделанного в стеклянной перегородке, отделявшей комнатку кассира от широкого с высоченными потоками белого холла галереи, Дашин парень, Максим, не принимая никаких возражений, оплатил три билета на выставку. Затем они втроём спустились по белой мраморной лестнице в другой длинный и белый холл, расположенный ниже уровня земли. Пройдя по нему, они попали в гардероб, где сдали верхнюю одежду низенькой полной старушке и получили взамен номерки. После гардероба по тому же подземному коридору Юля, Даша и Максим прошли в первый выставочный зал – вымощенное серыми гранитными плитами квадратное помещение площадью метров сорок всё с теми же белыми стенами и очень высокими потолками, с которых свисали белые матовые плафоны светильников. На высоте около двух метров по периметру зала шла галерея-балкон, на тёмно-серых стенах которой были развешаны картины из какой-то экспозиции. Наверх вела лестница с разворотом, начинавшаяся в дальнем конце первого зала. К этой лестнице и направились трое посетителей, так как нужная им выставка находилась в одном из залов на втором этаже. Поднявшись по лестнице и пройдя по галерее, они свернули в освещённый жёлтым светом настенных ламп коридор с коричневыми стенами без окон. Минуту поблуждав по его полутёмным закоулкам, где им то и дело попадались зловещего вида творения какого-то японского скульптора, они наткнулись, наконец, на пожилую смотрительницу, которая указала им верное направление, и они благополучно добрались до искомой экспозиции.