Звездный странник 2. Тропы миров.

Глава 3.

Глава 3.

Неизвестная планета.

Архипелаг островов.

Поселение варянгов.

Прыжок с отвесной вершины вулкана и последующий спиральный подъем дельтаплана, на высоту двух километров над уровнем моря прошел хорошо, так как этому очень способствовал теплый воздух из жерла. Поэтому набрав нужную высоту, я взял курс на юго-восток.

Как оказалось, зрение меня не обмануло и действительно, там, в двадцати двух километрах была земля. Сперва показалась гряда из дюжины рифов, возвышающихся над водой, а за нею был явственно виден крупный остров. Используя свои вычислительные мощности, а также баллистический и дистанционный модули нейросети, прикинул его размер, который составил порядка сотни квадратных километров.

В дальнейшем я узнал, что этот остров самый северный и маленький, из архипелага, состоящего из четырех островов, расположенных в форме ромба. Остальные три острова, располагались от него на юго-западе, юго-востоке и юге соответственно. В дымке, у самого горизонта, виднелись очертания береговых полос – первых двух островов, но тогда я не стал заострять на этом внимание. Было сделано самое главное открытие - остров оказался обитаем!

Позже. от жителей острова, я узнал, что на островах проживает четыре этнических группы - если классифицировать их внешность по земным канонам. В первой, самой крупной и расположенной на «восточном» острове, превалировали представители азиатских и ближневосточных этносов. Вторая группа, располагалась на южном острове и была из представителей африканских народов. Западный остров, заселяли явные представители северо- и южноамериканских регионов. Ну а северный, был под европейцами.

Но на тот момент, устав от трехмесячного одиночества, я решил приземляться. Поэтому, сделав пару кругов и приметив несколько удобных мест, я пошел на посадку. Дабы уменьшить заметность и риск быть обнаруженным, последние пару сотен метров высоты пролетел на вингсьюте, «засунув» дельтаплан в «карман» прямо в полете.

Проведя ряд подготовительных мероприятий и оставив следы, которые бы подтверждали мою «легенду», я отправился к селению.

Еще сутки, у меня ушли на наблюдение и изучение. Увиденное и услышанное сформировало очень интересную картинку. Уровень развития соответствовал концу бронзового и началу железного веков. Внешняя атрибутика, одежда и элементы архитектуры явно указывали на скандинавский отпечаток (что-то похожее я видел в исторических фильмах про викингов…).

Лингвистический анализ речи выявил удивительную смесь языка Содружества с элементами древнерусского и норвежского. Первый, был мне хорошо знаком, второй в принципе узнаваем, а третий, оказался идентифицируем только благодаря тому, что у нас в институте проводился международный форум. Вот среди гостей и был норвежец, который выступал с докладом.

Были включения еще нескольких языков, но идентифицировать их я не смог, хотя значения слов было понятно. Не понятно было другое – КАК могла произойти такая языковая «каша»?!

В принципе, для своих дальнейших действий, все что хотел – я узнал, модель поведения выработал, внешность, используя открывшуюся опять способность морфинга (пока только частичного), чуть-чуть подправил. Теперь осталось дело за малым – войти в местное сообщество и стать в нем своим.

***

Доставшимся в наследство от отца стальным молотом, аккуратно ударив по выщербленной кромке лезвия в крайний раз, Ратибор отправил топор в горн нагреваться. Дело в том, что ковать плохо прогретый металл было рискованно – из-за угрозы возникновения трещин. Впрочем, был и другая опасность - перегреть металл.

Допустить этого он ни в коем случае не мог – окончательно испортить один из пяти железных топоров их острова, было бы крайне неприятной потерей. Но и оставлять как есть, тоже было неправильно - большая зазубрина в нижней трети лезвия, грозила в случае сильного удара расколоть головку топора на куски.

Вообще, Ратибор сильно волновался и максимально напрягал память вспамяная как работал с металлом отец. Ведь одно дело, работать с привычными для парня медью и бронзой, а другое - с железом! И все это под пристальным надзором военного вождя поселения – хевдинга Снорри, который ни в какую не хотел уходить из кузницы.

К огромному сожалению парня, многие секреты их семейного ремесла оказались утеряны три года назад с гибелью отца, который с командой воинов-охотников отправился в Проклятые земли на поиски железа пригодного для ковки. Мера эта была вынужденная, тогда срочно требовалось заплатить дань халифу с большого острова.

Когда стало ясно, что добытчики не вернутся, видать встретили Морской Ужас и им не помогла настойка из ягод огневода, в селении был сразу двойной траур - по пропавшим, и по девушкам, которых приходилось отдать в качестве откупа, ибо их участь была печальна – бесправные рабыни и утеха для халифатцев.

От воспоминания о халифе, у Ратибора поднялась волна гнева. В случае, если рабыни теряли здоровье или возможность работать – их скидывали со скалы в море, на корм морским обитателям или обменивали на другие острова. При этом, не ясно что еще было страшней. Говорят, что на острове черных людей племени Банту, их съедают на праздник, а на острове племени Ироезов приносили в жертву, подвергая страшным пыткам. Хотя были прецеденты, когда многие рабы исчезали бесследно и у самих халифатцев…