Звёзды подскажут

Размер шрифта: - +

Глава 14. В ловушке

«Идти на поводу у преступников нельзя». — об этом Стайлз знал, когда едва ли мог доставать до верхней полки книжного шкафа, становясь при этом на стул.

«Близких в беде тоже бросать нельзя». — об этом Стайлз знал от матери, ныне почившей в сырой земле.

      Неразрешимая дилемма: девушка, или… Осознание того, что Лидии в его жизни может не стать, а сама девушка останется лишь в воспоминаниях захлестывала с головой, совершенно сбивая с ног. Даже если учесть, что воспоминания о банши будут храниться в долговременной памяти — всё равно! Стайлз не мог адекватно думать о психологии, зная, что любимому человеку грозит опасность непонятно от кого. Сколько человек держало Лидию? Один маньяк, двое преступников, или вооруженная банда? С каждой новой мыслью на спине парня невольно выступал липкий пот.

      Стоп!

      Взять себя в руки, наконец-то отогнав куда подальше сантименты и начав мыслить здраво. Сложно внять разуму, а не чувствам, однако в данном случае от переживаний нет абсолютно никакого толку.

      Стайлз подошёл к одной из машин ФБР, где взрослые полицейские уже рьяно обсуждали последующие действа, изредка повышая тон, или же уходя в шепот. Версии были различны, поэтому Стайлз решил в первую очередь понять, каковы мнения, перед тем, как примкнуть к какой-либо идее, или же высказать новую.

       — Войти в здание как можно тише. Спецназ разделяется по позициям. Фланги ждут команду. Центральная группа атакует. Никаких переговоров. Всё строго по инструкции. — предложил оперуполномоченный, решая соблюсти нормы протокола.

       — Это при условии, что они в помещении с окнами: тогда атаковать можно с разных сторон. А если в каком-то подвале? — не согласился криминалист.

       — Выбить двери подвала и атаковать.

       — Заложник может погибнуть. — сказано чуть тише, из-за чего вздох Стайлза звучал громче ожидаемого, а сам стажер молился о том, чтоб его присутствие пока что никого не волновало — что-то парень чересчур сомневался, что его — стажера-первокурсника, допустят к спасательной операции.

      Стайлз не мог рисковать жизнью дорогого ему человека — он обязан был вмешаться.
Однако и вмешиваться он не имел права, так как он всего лишь первокурсник.
Новая этическая дилемма казалась неразрешимой, если бы не одно «но» — у Стайлза в рукаве был козырь — его запасной план — его шанс всё исправить.

      Тихо, желая не привлекать к себе лишнего внимания, Стайлз, не долго думая, достал телефон-рацию, набирая выученный наизусть номер.
 

***



      Лидия сидела на стуле. Глаза девушки, как ни странно, были открыты. Интересно, отчего маньяк не надел повязку на ее лицо? Возможно, счел это ненужным, так как планировал убить в этом же помещении, а тогда в сохранении инкогнито не было никакой нужды.

      Оглядевшись по сторонам, девушка поняла, что ее руки связаны веревкой. Веревка привязана к стулу. Пожалуй, девушка не удивилась бы, даже если бы этот самый стул был прибит к полу железными гвоздями. Впрочем… Постойте-ка, этот стул не так-то просто прибить, ведь он не деревянный, как многие из тех, что в обычных аудиториях. Этот стул был металлическим, а сидение — тряпичное, из черной мягкой ткани, всё удобство которой, к сожалению, девушка не смогла бы сейчас оценить из-за неудобного положения.

       — Мисс Мартин, — послышался мелодичный женский голос. — Как хорошо, что Вы уже пришли в сознание. Надеюсь, Вы готовы ответить на вопрос прошлой пары?

      Лидия смотрела на «маньяка» в смятении, абсолютно не зная, как реагировать, когда думал об одном, а на деле выходит совершенно иное.

       — Как Вы…

       — У меня были помощники. — отрезала брюнетка, подходя ближе и указывая рукой на стоящего у дверей мужчину, в котором Лидия тут же узнала преподавателя по статистике.

***



      Стайлз Стилински вновь был в логове оборотней, однако в этот раз уже, благо, не со связанными руками, да и в связи с ногицуне его уже не обвиняли.

      Теперь всё было куда более серьезно.

      Теперь от решений зависело многое.

      Теперь необходимо было быть максимально сосредоточенным и серьезным, только вот скажите мне на милость, как вообще можно быть сосредоточенным, когда в любой миг, только лишь закрыв глаза, пред взором предстаёт облик Лидии, истерзанной всё еще таинственным маньяком самыми нелицеприятными методами.

       Страх за жизнь любимого человека куда больше, чем за собственную шкуру. Страх течет по венам, достигая сердца, а от него — всех органов. Он внедряется в каждую клеточку, готовясь нанести очередной удар по самообладанию. Стайлз еще не проходил по психологии тему «паника», однако был уверен, что если ничего не придумает и не предпримет, то ему грозит именно она. Отвратительное чувство неизбежности и нехватки информации. Чувство, когда уже можешь что-то сделать, но совершенно не знаешь, с чего именно начать и что предпринять далее.

       — Может, уже перестанешь ходить из стороны в сторону, а начнешь что-то говорить? — Дерек бесцеремонно вырвал Стайлза из раздумий. — Не сказать, что я особенно против любоваться на твою задницу, но всё же.

       — Что прости? — Стайлз, да и все находящиеся в помещении на миг потеряли дар речи, глядя на Дерека, будто тот превратился в медведя, вместо волка.

       — Мне нужно было удостовериться, что ты меня слушаешь, а не только киваешь головой, как предыдущие три минуты нашего общения. — отрезал оборотень. — Итак, что ты хотел нам сказать?

      Именно сейчас Дерек походил на того «страшного» оборотня, что Скотт и Стайлз застали в лесу, когда отправились на прогулку, полностью изменившую их жизни. Сложно сказать, был ли мужчина разгневан, или выражал таким образом своё сочувствие. И без того резкие черты лица стали еще более явными, казалось, в следующее же мгновение он оскалит зубы, впиваясь кому-то в глотку, но он напротив был терпелив, ожидая рассказа не в меру обеспокоенного Стилински. Разумеется, обеспокоенность можно было увидеть лишь по тому, как Стайлз чуть ли не бегал из угла в угол, так как во всем остальном его поведение было обычным, даже чуть заторможенным. Дереку не хватало информации. Не хватало того самого болтливого Стайлза, способного рассказать всё и больше за считанные минуты. Неужто повзрослел?

       — Лидия похищена. На мой телефон поступил звонок, но никаких конкретных требований нет.

      Стайлз изо всех сил старался сохранять самообладание. Силы что-то были малы.

      Скотт и Малия заметно напряглись, желая выдвинуть какую-то гипотезу, но Дерек не дал им этого сделать, кинув на подростков прожигающий взгляд.

       — Что конкретно сказали? Кто сказал: мужчина или женщина? И почему я это у тебя спрашиваю, если ты и сам знаешь стандартный набор вопросов? — казалось, Дерек был куда более взбешен, чем хочет казаться. Неужто Лидия более значима для него, чем он пытается показать.

       — Голос был изменён программой, так что это знание нам ничего не даст. — кратко ответил Стайлз. — Хотя… — на мгновение на лице парня мелькнуло некое подобие улыбки. — Если голос изменили с помощью моментальной программы, то есть в прямом эфире, а не на записи, а это было так, ведь об этом свидетельствует сама структура записи, ведь там не было характерных помех на линии и изначального шипения в динамике, то это наводит нас на мысль, что похититель хорошо разбирается в информатике. Правда, это может быть и хакер-любитель, но всё же. Психологи, например, такое не смогли бы провернуть, да и мои одногрупники из ФБР тоже — знаний не хватило бы.

       — Это ничего особенного нам не дает. В Бейконе много людей, да и программистов, думаю, немало. Хочешь вычислить их по IP-adress? — Дерек будто бы подсмеивался, глядя, как Стайлз, изо всех сил старающийся держать самообладание, звереет на глазах. А ведь он даже не оборотень!

       — Я хоть что-то делаю, — огрызнулся Стайлз. — А ты — волк-оборотень, мог бы и помочь.

       — Предлагаешь нам перекинуться и выть на луну? — усмехнулась Малия. — Так ты за этим пришёл…

      Стайлз всё ещё никак не мог распутать всё уравнение целиком, хоть, бесспорно, уже понял, что дважды два — четыре. Одна из сложностей работы агента в том, что у тебя ограничено время: математик может решать уравнение сколько ему заблагорассудится, в то время как у полицейского время строго ограничено, а лишняя секунда обдумывания может стоить чей-то жизни.

       — Нужно найти исходную точку. Момент, от которого будем двигаться… — Стайлз бубнил под нос, совершенно не интересуясь чьим-то еще мнением. Казалось, он полностью растворится в деле, не желая делить загадку с кем бы то ни было. Именно в такие моменты можно увидеть тот самый блеск в глазах, который мелькал лишь при работе. Профессиональное буйство? Возможно. Но разве кого-то это волнует? — Помню, как Скотт стал играть в лакросс, став оборотнем. Ловил мячи на подлёте. А еще слышал уличный телефонный разговор, находясь в классе. А еще мог учуять запах пирога, который испекли в квартире, расположенной на втором этаже.

       — Хочешь сказать, что пришел за помощью в поисках пирога? — продолжала иронизировать девушка.

       — Хочет сказать, что все-таки что-то мы можем. — отрезал Скотт, дружески похлопывая Стайлза по плечу. — Где, говоришь, Лидию видели в последний раз?

       — Вы ее последние и видели! — Стайлз впервые перешел на крик, из-за чего теперь больше походил на ногицуне. — Она от вас ушла, а до меня не дошла.

       — Повторим её маршрут, верно?

      Стайлз улыбнулся. Всё-таки хорошо, когда твои мысли понимают и не приходится объяснять всё множество раз.

       — У вас есть когти, у меня — бита. Правда, она дома, но я могу и у Дерека что-нибудь отрыть. — Стайлз шутил; теперь он был похож на гончую, взявшую след.
 



Катя Вакулина

Отредактировано: 03.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться