Амур на связи! Читать мой бонус прямо в блоге

Автор: Алёна Амурская / Добавлено: 29.09.25, 08:55:23

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 16 ЛЕТ:

РОМКА И ФЕНИКС

История дружбы двух детдомовских мальчишек

из моей новинки "БАТЯ ОДНОГО ХУЛИГАНА"

Я тогда был ещё мелкий - всего три года.

В детдоме жизнь тянулась одинаково: серые стены, запах каши и хлорки, игрушки, которые чаще были поломанными, чем целыми. Дети приходили и уходили: одних забирали, других привозили. Я к этому привык. Никого нельзя держать за руку слишком крепко - завтра его уже может не быть.

В день нашего знакомства я сидел в игровой и листал большую книжку с картинками.

Мне нравились звери, яркие рисунки, которые хоть чем-то отличались от серости вокруг. И вдруг я наткнулся на целую страницу огня. В центре сияла огромная ослепительно красивая птица, горящая прямо в пламени.

Красно-золотые перья, распахнутые крылья...

А под рисунком было слово, которое я еще не мог прочитать.

Я дёрнул воспитательницу за юбку и спросил:

- А это кто? Почему горит?

Она наклонилась, улыбнулась устало, как всегда, и погладила меня по голове:

- Это волшебная птица-феникс, Рома. Она не умирает в огне, а рождается заново, даже ещё сильнее, чем раньше. Она как символ силы и вечности.

Я долго смотрел на страницу. Мне показалось, что это самая крутая птица на свете. Сгореть и снова встать - вот это да! Вот это здорово! Вот бы и мне так уметь...

А потом, днём, к нам пришла другая воспитательница, хлопнула в ладоши и громко сказала:

- Дети, внимание! У нас новый мальчик. Его зовут Феликс. Он останется жить с вами.

Я услышал это имя и сразу воодушевился. Феликс, Феникс... да какая разница, если в одном варианте буква Л, а в другом буква Н? Для меня её не существовало. В голове тут же сложилась картинка, что к нам придет та самая птица из книжки. Просто сейчас она немножко превратилась в мальчика. А что такого?

Она же крутая. А значит, особенная.

Воспитательница добавила тише:

- Его родители погибли в пожаре. Он остался совсем один.

Но я уже не слушал. Я ждал. И вот наконец его ввели в коридор.

На вид ему было лет семь. Мальчик был худой и бледный, нога перевязана, и он хромал. Всё лицо пестрело пятнами ожогов, розовыми и жёсткими, как будто кожа не до конца зажила. Он стоял и молчал, а вокруг сразу начались испуганные детские перешептывания.

- Фу, смотри…

- У него лицо кривое!

- Он, наверное, монстр... этот... франкенштейн!

Дети отодвинулись, явно собираясь обходить новенького стороной и бояться его на расстоянии.

Он сел на лавку у стены, опустил голову. Глаза золотистые - и правда, цветом, как у птицы, - и взрослые не по возрасту. Он не плакал, даже не дёрнулся, когда слышал эти слова о себе. Только губы сжал ещё сильнее.

Один я смотрел на него и не видел никакого монстра. Я видел самую крутую птицу из книжки. Горел - и выжил. Значит, сильный. Это точно настоящий Феникс! Просто остальные дураки, потому что не смотрели мою книжку и пока ничего не поняли.

И я встал.

- Рома, ты куда? - зашипели дети. - Не ходи к нему! Смотри, какой страшный!

Но мне было всё равно. Я подошёл вплотную и уставился на него снизу вверх с нескрываемым интересом.

Он поднял глаза и нахмурился:

- Чего тебе?

Я заискивающе улыбнулся и выпалил:

- Привет! Ты птица Феникс? Которая в огне рождается и самая сильная на свете?

Он моргнул, будто я сказал глупость.

- Какая ещё птица? - хрипло спросил он.

Я распахнул руки, изображая крылья:

- Огненная! Сначала горит, а потом - бац! - и живая!

Он уставился на меня и смотрел долго. Очень долго. Я даже подумал, что он не ответит. Но потом уголок его губ чуть-чуть дрогнул.

- Феникс, значит, - пробормотал он, будто пробуя слово на вкус.

Я радостно закивал:

- Да! Ты Феникс! А меня зовут Рома. Давай дружить?

Он снова глянул в сторону, туда, где дети шептались и отворачивались, а потом перевёл глаза на меня. Каменный взгляд чуть смягчился. Щёки не дрогнули, но в уголках губ будто мелькнуло что-то похожее на усмешку.

- Феникс так Феникс, - пробормотал он.

Все последующие годы я таскался за ним хвостиком. Хоть я был маленький, а он на четыре года старше, мы держались вместе. Он учил меня играть в мяч, показывал, как правильно сжимать кулаки, чтобы драться, учил ругаться «по-настоящему» - так, как взрослые, но только шёпотом, чтобы воспитательницы не слышали.

Когда другие дразнили его за лицо или за хромоту, я всегда вставал рядом. Хоть сам дрожал от робости, но стоял. И он это видел.

Сначала это было только моё слово. Я звал его Фениксом всегда и везде - в игровой, в столовой, даже когда он шипел на меня «хватит, мелкий». Но я не отставал. Для меня он не был ни «Феликсом», ни тем более «монстром». Только Феникс.

И постепенно дети начали повторять. Сначала они только хихикали:

- Слышали, мелкий этого страшного птицей зовёт!

- Птица Феникс, ха-ха!

Но я не сдавался. Повторял снова и снова. А потом, как ни удивительно, прозвище к нему само прилипло. Оно звучало гордо, даже загадочно. Воспитательницы, конечно, делали вид, что не замечают, но я видел: и им было легче так звать, чем замечать детский буллинг по отношению к увечному.

Через полгода после его появления уже никто не звал его ни монстром, ни Феликсом. Даже самые ядовитые из старшей группы начали использовать моё слово: «Феникс, иди сюда», «Эй, Феникс, подай мяч».

Сначала они тянули его с насмешкой, но потом… потом привыкли. И в прозвище осталось только одно - сила и уважение.

Так по всему детдому он и стал Фениксом. Моим Фениксом.

О том, как дальше сложилась судьба мальчишек, >>> читайте в моей новинке :-)

Будет очень эмоционально, романтично, интересно и трогательно - всё, как вы любите.

Приятного чтения!