Новинка от Даниэль Брэйн. Попаданка в мачеху!
Бытовое фэнтези про попаданку от Даниэль Брэйн
Добрая мачеха 18+
Чек-лист для попаданки:
— выдать замуж старшую падчерицу (ого-го задачка!)
— поднять бизнес с нуля
— вырастить младших падчериц
— построить свекровь
— починить дом
— посадить недоброжедателей
— избежать наказания за убийство (которое она не совершала)
Марьяшу без спроса выдали замуж — засиделась в девках, пора и честь знать. У бесприданницы и сироты под чужой крышей жизнь не мед: бьют — терпи, мужа пуще отца родного почитай, свекрови перечить не смей, родне в ноги кланяйся. А коли за два года не понесла, так место твое со свиньями в холодном сарае.
Я тоже была сиротой и голодранкой. Я выстояла, не сдалась, многому научилась, я превосходно держу удар. Но я все та же Марьяша, купеческая вдова, мачеха, хозяйка паршивой лавки и рухляди под названием «дом».
Я проживу еще одну свою лучшую жизнь, чего бы мне это ни стоило.
Циничная и расчетливая героиня. Альтернативная Россия, XIX век, быт без купюр и прикрас, детектив, долги и предпринимательство, купечество и аристократия, друзья и враги — все, за что вы любите мои книги.
Я, зажмурившись, полежала какое-то время, надеясь, что все обошлось. Лестница не такая высокая, думала я, осторожно двигая руками, ногами, бережно поворачивая голову. Меня будто спеленало, грудь давило, сильно саднило в виске, но это была единственная боль, которую я ощущала. Мне нужно встать и выбираться, пока старый дом не погреб меня под обломками. Я все еще слышала визги, крики и плач будто сквозь вату.
— Батюшка! Батюшка, пощадите! Батюшка, не надо, я не хочу! Пожалуйста, нет!
Голос был совсем молодой и отчаянный, и я, пребывая между жизнью и смертью, подумала — не закрыли же кого-то специально в горящем доме? Но к мольбам примешивался неразборчивый мужской бас, крики, похожие на карканье, словно старушечьи, и я открыла глаза.
— Матушка! Помогите мне! Пожалуйста, нет, я не хочу!
Голова кружилась, перед глазами прыгали выцветшая стена, стол с какой-то стряпней, венские стулья с потертой обивкой, все это мешалось с белыми вспышками — молния, это была молния, а после — пожар. Крики девушки превратились в истерические рыдания, громыхала мебель, и я наконец попробовала встать.
Капля крови шмякнулась с разбитого лица на кружевные рукава. Я опустила взгляд ниже, увидела пышную юбку, ободранный сизый ковер, некогда роскошный паркет. До двустворчатой двери, откуда неслись раздирающие крики, мне нужно было пройти всего ничего, но тело, как не мое, не подчинялось.
Это галлюцинации. Я уже в реанимации. Все хорошо. Мертвые галлюцинаций не видят. В палате интенсивной терапии я могу делать все, что хочу, при условии, что смирно лежу на своей кровати, подумала я, поэтому распахнула дверь.
Грузный мужчина лет пятидесяти, но в целом я не могла определить, сколько ему лет, повернулся ко мне и выпустил из рук свою рыдающую добычу. Совсем юная девушка в белом платье вцепилась в ножку стола и едва почувствовала, что свободна, забилась под стол, потеряв старенькую туфлю. К стене жались две перепуганные, заплаканные девочки помоложе, и тощая, как жердь, старуха в побитом молью чепце, опираясь на клюку, смотрела на меня колючими темными глазами.
Мужчина тяжело задышал и сделал шаг ко мне. Со старухой он был одно лицо.
— Ах ты дрянь, — проревел он, зверея еще сильнее, — платье заляпала! Настойку нашла? Настойку нашла, спрашиваю, паршивка? Или тебе сызнова морду разукрасить?
Он замахнулся на меня и в момент сложился, как старый сундук захлопнул крышку. Он даже не смог завыть и корчился, пуча глаза и задыхаясь от боли. Я переступила через упавший с его головы картуз и подошла к девушке в белом платье.
— Матушка, — прошептала она одними губами. — Не губите, матушка. Не велите мне замуж идти!

0 комментариев
Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарий
ВойтиУдаление комментария
Вы действительно хотите удалить сообщение ?
Удалить ОтменаКомментарий будет удален безвозвратно.
Блокировка комментирования
Вы дейтсвительно хотите запретить возможность комментировать ?
Запретить Отмена